их, а Граф принялся отпаивать наших лихих и зубастых красавцев. Выложились они по полной. Домчались так быстро, как только возможно.
Я рванул вперёд, к клетке. А остальные двинулись за мной. На глаза попадалось то, что осталось от укреплённого лагеря, покинутого второпях. От костров — лишь дымящие угли. Котлы стояли на своих местах. Огромные, чёрные от копоти. Но вода в них всё ещё была горячей.
Мусор, грязь, обломки, личные вещи… Что только не попадалось под ноги. Ящеры сбежали, бросив кучу всего в спешке. Жаль, что мусор в основном…
Кое-где на глаза попадались и полезные вещи: пилы, топоры, другие инструменты, заготовки под луки, недосушенные тетивы из звериных сухожилий… Надеюсь, что звериных.
Была и еда на столах. Куски мяса, порой даже сырого. Глаза произвольно подмечали как ужасающие, так и полезные находки.
За моей спиной кричали соратники. Они хотели драки, но Алиса сотворила, казалось, невозможное. В одиночку захватила вражеский укреплённый лагерь.
— Где они? Где эти гниды⁈ Я их сейчас… — злился и кричал Брячедум.
— Убежали. Судя по следам — в болото. Едва ноги унесли… — тихо сказала Маша, появляясь рядом из невидимости.
— Сволочи! Даже… — впечатал от злости Брячедум свой молот в один из столбов, к которому крепились верёвки ящерского шатра, — сдохнуть нормально не могут!
И шатёр со скрипом рухнул.
— Не отвлекайтесь. Их нет. Но есть пленные! — замер я над ямой для невольников. — Помогите сломать решётку…
Я понимал, что, если бы мы напали на полторы сотни воинов, защищающих свой лагерь, бой был бы жестоким. Кровавым. Мы бы победили, в чём я даже не сомневаюсь. Но какой ценой?..
Я заглянул вниз и попытался поднять невероятно крепкую, стальную конструкцию. И как только эти лизарды умудрились её сделать?
Железяка не поддавалась, а идея разбить её казалась глупой. Лишь когда я осознал тщетность наших попыток и стал искать глазами замок, до меня дошло: я что-то такое уже видел. В темницах… Это не лизарды сделали. Это осталось от нас, людей.
Снизу кричали, просили выпустить. Но мы и так ломали головы, как быть. Лома под рукой нет, а сломать замок магией или молотом Брячедума опасно. Представляю, как он или Герда перестараются, и раскрошившийся металл шрапнелью полетит в головы и без того измученных пленников.
— Пожалуйста! Спасите хотя бы моего сына!
— Мы всех вытащим! Потерпите! Думаем, как открыть! — резко и громко, с командирскими нотками прокричал в ответ Александр.
— Вы в безопасности. Сейчас вытащим вас оттуда, — добавила Маша.
— Где он? — спросил я у Алисы про ключ.
— Остался у посланника… — указала она рукой на хижину, из которой не спеша вышел ящер.
— Не убивать! Посланник! — прокричал я, видя, как дёрнулась рука Имирэна к колчану со стрелами.
Лизард был один. Он выглядел старым и дряхлым. Местами его чешуя была посеревшей, потерявшей свой блеск. Руки пусты, опущены вдоль тела.
Он стал медленно приближаться, шипя что-то на своём языке. Все напряглись, не понимая, что он бормочет. Маша исчезла, готовясь к атаке.
Лизард остановился в нескольких метрах от меня. Посмотрел мне в глаза. Долгий, тяжёлый взгляд. Потом заговорил, к моему удивлению, на понятном мне языке. Относительно понятном… Его хриплый голос и ломанные, исковерканные слова с шипящим акцентом были с большим трудом, но узнаваемы.
— Мы… уходим. Не… идти за нами. Не злить Лихо… Она сказала. Мы… слушаем. Мы сделка делать. Вы забирай всех и уходить с наши болот.
Он помолчал, тяжело дыша. Потом продолжил, с трудом подбирая слова:
— Людей… не трогать. До великий совет племени. Ждать решение вождь, жрецы и боги! Не ходи к нам, Лихо. Или мы умереть в битва. Болота стать могилой для всех.
Он достал из-за пояса связку ключей. Швырнул мне под ноги. Ключи упали в грязь с глухим звуком, наполовину утопая в луже.
Он развернулся, медленно, демонстративно показывая спину. И пошёл прочь. Неторопливо. С достоинством. Прошёл через разрушенную часть стены, где камни обвалились, оставив широкий проход, и растворился в тумане болот.
Я стоял, глядя ему вслед. В голове крутились мысли…
Что такое Алиса им показала и сказала, когда я не слышал, раз всё так круто изменилось? Она назвалась Лихом? Своим старым именем из прошлого воплощения? И это напугало их так, что они на месте обделались вместе со своим божеством?
Вопросы. Слишком много вопросов… Но сейчас не время.
Я нагнулся и поднял ключи. Отряхнул их от грязи и подошёл к яме.
— Сейчас вытащим вас, — сказал я, опускаясь к решётке. — Потерпите ещё немного.
Ключ вошёл в замок со скрипом. Провернулся с трудом: механизм заржавел. Но замок щёлкнул, открылся. Я откинул его в сторону и схватился за решётку. Тяжёлая, зараза…
Брячедум и Александр подошли, чтобы помочь. Втроём мы сдвинули решётку и откатили её в сторону.
Яма была открыта. Но у людей не было сил, чтобы выбраться наверх. А ящерицы, сволочи, утащили с собой все верёвки. Лестницы тоже не вижу…
— Ищите лестницу! — крикнул Александр, думая о том же, о чём и я.
Чуть подумав, решил действовать иначе. Спрыгнул в яму. Осторожно, никого не задевая. В нос ударила вонь, но в лице я не изменился.
— Меня зовут Алекс. Мы здесь, чтобы помочь. Вы свободны. Передавайте мне в первую очередь детей.
— А куда эти делись?
— Эти сбежали в болото, когда мы появились на горизонте. Не переживайте. Сейчас мы ещё лестницу найдём. У кого есть силы — не толкайтесь, вылезайте по одному. У кого их нет — мы поможем выбраться. Давайте девочку… — протянул я руки к малышке лет трёх, сидящей на коленях у матери.
Женщина вцепилась в неё и с истерикой закричала, не давая взять её.
Понятно… Люди слишком шокированы.
— Свет… — активировал я бытовое заклинание. Я был готов к этому, а вот люди резко зажмурились, ослеплённые. Я взял первого попавшегося под руки ребёнка и взмыл с ним вверх. Передал его Герде и снова сиганул в яму.
Следующие полчаса прошли как вспышка фотоаппарата — ярко и неуловимо. За один миг… Я ничего не запомнил. Меня даже пытались побить, но я эмоционально выгорел за эти пару минут и просто делал на автомате всё, что нужно. Взял на руки, прыгнул вверх, активируя «Воспарение», передал из рук в руки.
Наверху уже организовали что-то вроде полевого госпиталя.
