В декабре капитан Беринг послал из Охотска навстречу Шпанбергу служилых с провиантом на нартах, запряженных собаками.
Нарты прибыли к Юдомскому Кресту, когда Шпанберг уже был там. Лейтенант немедленно выехал в Охотск. Выслушав рапорт Шпанберга, Беринг решил послать гардемарина Чаплина с большим отрядом служилых под командой Шпанберга, чтобы подобрать людей, отставших в пути, и привезти брошенные грузы.
Пока доставали собак и оленей у стоявших в окрестностях Охотска тунгусов — ламутов, прошло немало времени.
Только в начале февраля 1727 года Шпанберг и Чаплин выехали из Охотска. После долгого и трудного пути удалось дойти до тех мест, где были оставлены грузы. Многие из команды Шпанберга к тому времени уже сами добрели до Охотска или Юдомского Креста. Нескольких человек Чаплин встретил еще идущими на лыжах в Охотск. Но не раз он и Шпанберг находили на пути тела умерших от истощения или замерзших в дороге.
Шпанберг и Чаплин привезли в Охотск на нартах часть брошенных материалов. Самые тяжелые грузы — пушки и якоря — доставили уже летом, сплавив по рекам.
Так с величайшим трудом и с большими жертвами привезли в Охотск все необходимое для оснащения корабля и запасы провианта для плавания.
Тем временем в Охотске уже строилось небольшое судно. Это была нелегкая работа. В ближайших окрестностях Охотского острога рос только мелкий лес. Большие, крепкие деревья, годные для постройки корабля, приходилось доставлять издалека. Нужно было самим добывать в лесу смолу, чтобы просмолить корпус судна во избежание течи. При этом надо было спешить, чтобы к концу лета отплыть из Охотска. В нюне 1727 года небольшой бот «Фортуна» был спущен на воду.
Море, на берегу которого был выстроен Охотский острог, далеко врезалось в сушу, как огромный залив. На другой его стороне, против Охотска, протянулся длинный и узкий полуостров Камчатка.
Для того чтобы плыть к северу вдоль берега Азии, корабль Беринга должен был выйти из Охотского моря, обогнув Камчатку. Земля эта была в то время очень мало известна, но знали, что ее длина около восьмисот верст.
Недалеко от мыса Лопатки, которым оканчивается полуостров Камчатка, начинается цепь скалистых Курильских островов. В середине пролива, между Лопаткой и ближайшими из этих островов, находились подводные камни.
— Морем идти вокруг Камчатской земли гораздо опасно, — говорили Берингу жители Охотского острога.
В Камчатской земле стояли на большом расстоянии друг от друга три маленьких острога, в которых жили казаки, собиравшие ясак с камчадалов. Раз в год из Охотска отплывало туда небольшое судно, чтобы отвезти казакам разные припасы и товары и взять собранный ими ясак. Но оно никогда не огибало полуостров.
Пристав к берегу Камчатской земли у устья реки Большой, против охотского побережья, люди перебирались на другую сторону полуострова по рекам и по суше. Там, недалеко от устья реки Камчатки, впадающей в Тихий океан, стоял Нижне-Камчатский острог. Около него рос лучший на Камчатской земле лес. В этом лесу было много высокой крепкой лиственницы, которая считалась одной из лучших древесных пород для постройки кораблей.
Капитан Беринг должен был решить, как дойти до Нижне-Камчатска, чтобы оттуда плыть к северу для решения основной задачи экспедиции. Он понимал, что было бы лучше всего идти из Охотска до Нижие-Камчатска морем, обогнув мыс Лопатку. Тогда не пришлось бы тащить грузы на лодках и на собаках через всю Камчатскую землю к берегу Тихого океана и вновь строить там бот. Но плавание по неисследованному проливу с подводными камнями между Лопаткой и скалистым первым Курильским островом могло кончиться крушением корабля. Оно особенно было опасно в конце лета и ранней осенью, когда, по словам людей, побывавших на мысе Лопатке, в тех местах часто бывали штормы и туманы.
Беринг не любил рисковать. Он предпочитал затратить лишнее время и силы, но зато действовать с большей уверенностью в успехе. Капитан решил плыть на Камчатку так, как это делали из года в год казаки: переплыть Охотское море и войти в устье реки Большой, вблизи которого стоял Большерецкий острог, потом пересечь Камчатскую землю по рекам и по суше, чтобы добраться до Нижне-Камчатского острога. Оттуда оставалось пройти всего тридцать верст до Тихого океана.
Летом 1727 года небольшой бот «Фортуна» совершил дважды плавание, перевозя на Камчатку грузы экспедиции и ее команду. Затем начался трудный переезд через Камчатскую землю, почти такой же длинный, как путь из Якутска в Охотск.
В то время на всей Камчатке жило только полтораста казаков. Коренными обитателями полуострова были ительмены, или камчадалы, как их называли в то время. Камчадалы были рыболовы и охотники, так же как и другие сибирские народы, жившие отдельными родами и не имевшие общей власти. Они носили одежду из шкур, выдалбливали из деревьев лодки каменными топорами и варили пищу, нагревая раскаленными камнями воду в деревянной посуде.
Камчадалы должны были не только платить ясак, но и выполнять другие повинности. Они обязаны были перевозить людей и грузы от одного острога до другого. Лошадей на Камчатке не было.
«А российские люди, которые живут на Камчатке, и тамошние народы не имеют скота, кроме собак, на которых ездят и возят, что понадобится, и одежду от них получают», писал впоследствии Беринг.
Зимой ездили на нартах, запряженных собаками, а летом плавали по рекам в узеньких лодках — батах. В бат нельзя было положить больше пяти пудов. Примерно такой же груз везла зимой на нартах одна собачья упряжка. И для того, чтобы перевезти грузы экспедиции Беринга с одного берега полуострова на другой, пришлось разослать казаков в разные места Камчатской земли, приказав собрать несколько сот камчадалов.
Летом и осенью начали перевозить по рекам грузы экспедиции. Зимой перевозка грузов продолжалась на нартах. В январе выехал из Большерецка в Нижне-Камчатский острог и капитан Беринг.
«Каждый вечер в пути для ночи выгребали себе станы из снега, а сверху покрывали, понеже[9] великие живут метелицы, которые по-тамошнему называют пурги. И ежели застанет метелица на чистом месте, а стану себе сделать не успеют, то заносит людей снегом, от чего и умирают», вспоминал потом Беринг этот путь.
В марте Беринг добрался до Нижне-Камчатского острога. Здесь уже жил лейтенант Шпанберг, посланный вперед с большей частью команды. На берегу реки
