Палле Кох пишет: «Кнуд внес немалый вклад в создание этого научного учреждения. Когда несколько лет назад советник юстиции Хольк предложил ему крупную сумму денег на поддержку полярных исследований, у него еще не было готового плана действий, для которого такая субсидия послужила бы мотивацией. По этой причине он сделал широкий жест, указав на Мортена Порсильда, который сумел извлечь пользу из столь щедрого предложения». В результате в 1906 году была основана станция.
Умение быстро срываться с места, в особенности в молодые годы – одна из характерных черт Кнуда Расмуссена. Он писал: «Тот, кто не движется, покрывается ржавчиной». Общество Кнуда Расмуссена
Милиус-Эриксен, вернувшись из экспедиции, провел серьезную работу по распространению информации о ситуации в Гренландии через свои публикации в ежедневных газетах, в особенности Politiken. Перед отправкой в Датскую экспедицию в июне 1906 года он прочитал около 80 лекций по всей стране. Трудно оценить его непосредственный вклад, однако Милиус-Эриксен сыграл далеко не последнюю роль в привлечении интереса общественности к возможностям Гренландии, значительно выросшего за эти годы. Этот интерес проявился во многом благодаря личности и трудам Расмуссена.
Уверенность
В начале 1905 года Расмуссена пригласили на встречу с министром внутренних дел Бергом. О предыстории этого события и о нем самом можно прочитать в интервью Кнуда Расмуссена изданию Dannebrog от 24 мая 1905 года. На протяжении XIX века в районах Нордре-Стрём-фьорда и Сёндре-Стрём-фьорда получила распространение охота на диких северных оленей в их природной среде обитания. В итоге их популяция сократилась, и они утратили значение как объект охоты. В связи с этим возникла идея разведения оленей в этой местности. Когда в 1888 году Нансен добрался до западного побережья фьорда Амералик, один из его спутников, лапландец Оле Равна заявил, что хотел бы переселиться сюда со своими оленями. На первый взгляд, условия благоприятствовали развитию оленеводства, поэтому во время дискуссии по гренландскому вопросу, развернувшейся зимой 1904/05 годов, Густав Хольм предложил исследовать условия разведения оленей в этой местности. Изучив ситуацию на Аляске и в Северной Лапландии, он представил доклад министру внутренних дел. В результате Берг обратился к Кнуду Расмуссену с просьбой возглавить экспедицию, чтобы оценить возможности оленеводства. К проекту удалось подключить Оле Равну и еще одного лапландца, и 1 июня 1905 года на борту судна «Ханс Эгеде» они отплыли в Гренландию.
15 июня прибыли в Готхоб. Все лето было посвящено исследованию северного побережья, многочисленных фьордов и дна залива Диско, после чего экспедиция добралась до Уманака. Первый участок оказался подходящим, но на север от Эгедесминне тянулись бесплодные земли. В докладе министерству внутренних дел многие районы были рекомендованы для разведения оленей, за исключением самого северного, где условия оказались неподходящими. И хотя эти исследования не привели к конкретным результатам, личным достижением Кнуда Расмуссена можно считать тот факт, что именно его официально направили в Гренландию для решения этой задачи. Он с ней справился, хотя и не без некоторой доли кокетства ссылался на то, что у него в данный момент имеются другие планы, но если сам министр просит, тогда, конечно…
Со временем он научился различать ситуации, когда скромность могла окупаться, а когда необходимо было применять иную тактику. Доклад о поездке напечатали в журнале Atlanten. Сопроводив его собственными комментариями, Кнуд Расмуссен публикует несколько писем гренландцев, которых он попросил поделиться мнением по поводу ситуации в Гренландии. Возможно, не будет такой уж ошибкой считать, что выраженные в этих письмах мнения – это не что иное, как собственные взгляды Кнуда. Весной 1905 года многим жителям западного побережья направили опросные листки. Каковы возможности для охоты? Есть ли прибыль? Отношение к датчанам? Что они думают по поводу разведения домашних оленей? Каким видят свое будущее? Судя по ответам, напрашивается вывод, что охота на самого важного зверя, тюленя, начала стремительно сокращаться. Уменьшение популяции в первую очередь связано с выловом, которым занимаются европейцы. Один гренландец писал: «Мы думаем, что именно ловцы на больших пароходах, приплывающие в наши воды, виноваты в том, что тюлени уходят в другие места; они сбегают от шума, который производят в воде эти машины, от запаха дыма; а поскольку мир огромен, они уплывают туда, где лед невозможно проломить, и куда не могут добраться корабли. Мы очень встревожены, потому что без тюленей в Гренландии нам не выжить».
Другой участник опроса писал: «Местные гренландцы рассуждают о том, возможно ли запретить браконьерским рыболовным судам появляться в наших водах. Эти охотники приехали из страны, которая благодаря своему плодородию способна предоставить им другие виды занятости. Мы же в Гренландии полностью зависим от охоты на тюленей».
Похоже, что дела у гренландцев стали ухудшаться из-за внешних причин. Отношения с датчанами, особенно с управляющими колонии, тоже были не самыми лучшими. Не вникая в специфику гренландских условий жизни, они были в основном заняты погоней за наживой. Гренландцев также не устраивала еда, которую продавали им датчане. «Если бы мы, гренландцы, ели так же мало, как датчане, то без труда смогли бы скопить продовольствие, но поскольку нам постоянно приходится тратить силы, то у нас должна быть сытная пища».
Кнуд Расмуссен с саамами, спутниками Ф. Нансена по Гренландской экспедиции, Оле Равной (справа) и Самуэлем Балто (слева). Арктический институт, Дания
Всем опрошенным понравилась идея разведения оленей, но лишь в качестве дополнительной меры. Адам Нильсен, охотник из Корнока, писал: «…наступит день, когда нашими колониями начнут управлять земляки, которые не будут относиться к нам столь безжалостно, как датчане, и тогда для гренландских охотников наступят лучшие времена».
Комментируя содержание писем, Кнуд Расмуссен констатирует: «Я поделился мнениями, поскольку они открыто выражают взгляды гренландцев. На мой взгляд, это имеет важное значение. Сложно сказать, насколько объективны такие суждения, поскольку я не слышал высказываний противоположной стороны».
Кнуд проявляет здесь невероятную дипломатию. Благодаря публикации гренландских писем удалось, наконец, представить позицию ранее безмолвной стороны, мнение которой он разделял. Кнуд тщательно выполняет свою работу, тем самым показывая, что гренландцы не такие глупые и неспособные, какими их представляют многие датчане у себя на родине. Вывод: датская администрация некомпетентна и заслуживает серьезной критики в свой адрес.
Вместе с Кнудом Расмуссеном и двумя саамами в Гренландию вернулся эскимос Осакрак, которого Кнуд привез с собой из Литературной экспедиции. Хотя Осакрак бо́льшую часть времени проводил с родителями Кнуда в Лунге, он стал известным публичным персонажем: когда по возвращении в Данию Кнуд давал интервью о разведении оленей газете
