Локнор безумно надломлено хохотал, ударяя кистенём с каждым разом всё сильнее и сильнее. Вытекавшая из ужасных рваных ран кровь вскоре образовала большую лужу. Раны Борца со злом не успевали затягиваться, боль становилась невыносимой, заставляя исступлённо кричать, пробуждая нещадную бурю безумия в сердце.
— Теперь ты мой! — произнёс, смеясь, Локнор, протягивая руку с извивающимися чёрно-сизыми цепями к беспомощному телу противника. Но вдруг глаза Борца со злом наполнились алым светом и он, будучи в шаге от погибели, крепко сдавил кисть изваяния. Огонь вновь забушевал в теле Охотника, наполняя безудержной иступлённой силой. Узоры на перчатках снова загорелись рыже-золотым пламенем. Жар стремительно разрушил камень, высвободив наружу эфемерные тёмно-фиолетовые языки пламени, которые, извиваясь змеями, исчезали в воздухе.
— Никогда! — закричал неистово Заклинатель и изо всех сил ударил огненным кулаком в колено разъярённому изваянию. Локнор надломлено глухо заревел, отшатнувшись назад от Борца со злом, приклонив трескающуюся конечность. В следующий момент, Охотник оглушил кулаком своего соперника, ударив его по голове. Раздался глухой треск пробитого гранита. Борец со злом сорвал разорванный плащ и, подняв из грязи меч, заставил его запылать огнём. Локнор отчаянно надломлено заревел и бросился с неимоверным бешенством в атаку, замахнувшись кистенём. Мгновение — и Охотник на нечисть в клочья разнёс оружие своего соперника. Свирепое Изваяние разжало обожжённые когти и припало на расколотое колено. Тут Локнор раскрыл огненную пасть, чтобы выдохнуть раскаленный шар багряно-чёрного пламени, но Борец со Злом, не мешкая, вовремя вонзил по рукоять огненный меч противнику в грудь. Глазницами статуи вновь овладел беспросветный мрак, а багрово-фиолетовые жилки засияли ярким рубиновым пламенем, чей неистовый жар заставил гранит растрескаться. Статуя, извергая клубы пыли и тёмно-фиолетового дыма с грохотом обрушилась мелким щебнем в одну из разорённых могил. Охотник на нечисть облегчённо вздохнул, прислушиваясь к шелесту затихающего дождя, смывавшего с лица прилипшую грязь. Прозвучал пронзительный громовой раскат. Борец со злом стёр с лица воду и остатки грязи, поднял брошенный им лук и колчан со стрелами и широкими стремительными шагами, переступая могилы и обходя мраморные плиты, направился во встревоженный ураганом кленовый лес.
К огромному удивлению здесь царило безмолвие и спокойствие. Даже бушевавший ветер не решался тревожить сонные деревья. В воздухе пахло сыростью. На тропинках, по которым давно никто не хаживал, стояли большие мутные лужи. Валуны и камни, спрятавшие свои угольно-серые тела в мокрой высокой траве, угрюмо взирали на всё ещё зелёные наряды клёнов, осин и лип. Сонную тишину, волнуемую лишь лёгким ропотом дождя, разрезало жуткое хриплое рычание, доносящееся из-за деревьев и отвесных оврагов. Охотник замедлил шаг и, насторожившись, натянул тетиву. Хриплое рычание усиливалось, внезапно листья деревьев начали тускнеть и приобретать фиолетовые, красные и коричневые цвета, трава желтела и ссыхалась. Борец со злом ощущал, как сгущается тьма вокруг него, а всё в окрестности увядает. Ещё несколько секунд — и он замер, готовясь выстрелить в порождение зла. Сверкая сизо-багровыми глазами, окостенелые и прогнившие, связанные чёрными мускулами, мертвецы оскалено, как голодные бешеные волки, взирали на свою добычу. Вскоре существа, как будто ошпаренные раскаленным маслом, сорвались с места и бросились в атаку. Охотник на нечисть не мешкал — стрелы, пульсируя красными жилками, пронзали гнилые чёрные сердца чудовищ, которые немедленно рассыпались в прах, оставляя от себя лишь тлеющие обугленные кости. Мертвяки лезли отовсюду, стараясь разорвать неустрашимого Воителя на куски. Выпрыгнув на добычу с фланга, порождение тьмы намеревалось вонзить свои гнилые обломленные зубы и крюкастые когти в плоть врага, но Борец со злом пустил стрелу существу в глаз, а затем перерезал ему горло рогом лука. Чудовищ становилось всё больше и больше. Охотник, увернувшись от яростной атаки мертвяка со спины, латными сапогами сломал ему ноги и вонзил рог лука в хрупкий череп, а затем, что есть сил, бросил оружие, словно бумеранг. Как скошенные колосья, пал десяток мертвяков, рассеченных пополам. Воитель со звоном медленно вытянул меч из ножен и, ступая по тлеющим останкам, решительно направился вперёд. Чёрно-пурпурные и тёмно-сизые шлейфы и струи крови вырывались из порубленных тел порождений тьмы. Неудержимо лезвие рассекало гнилую хрупкую плоть мертвецов. Изуродованные останки поверженных чудовищ, лежавших в вязкой фиолетовой крови, растекались и плавились, как масло. Враги, подошедшие слишком близко к Охотнику с фланга, могли получить смертоносный удар копьеобразным эфесом в горло или тяжёлый удар латной перчаткой, обмотанной цепью, который проламывал череп. Для каждого чудовища смерть была неминуемой наградой. Борец со злом непоколебимо шёл к своей цели, оставляя за спиной ковёр из убитых. Цепь с наточенными ромбовидными звеньями впивалась, словно змея, в гнилые зыбкие плоти мертвецов, разрывая их на куски. Отрубленные головы, как яблоки, сыпались на землю. Охотник весь был в зловонной крови чудовищ. Внезапно порождения тьмы расступились перед мужчиной и начали отступать. Воитель, опьянённый кровавым месивом, стиснул зубы и с непоколебимой яростью бросился догонять убегающих мертвецов, всаживая им в шею смертоносные серебряные лезвия. Другим чудовищам Борец со злом с неудержимым безумством ломал и перерубал чахлые позвонки и рёбра, истерически и зловеще хохоча. Бешеное кровопролитие Охотника на нечисть остановил неожиданный исступленный рёв. Мужчина повернул сильно запачканное кровью лицо в сторону, откуда донёсся шум. Мгновение и из туманной серой мглы в сторону Борца со злом полетел большой булыжник с изрезанными краями. Воитель едва успел увернуться, кубарем покатившись в заросли репейника и крапивы, росших на дне оврага. Раздался громкий хруст поломанных хрупких деревьев. Воитель, увязая в сырой земле и хлюпая сапогами при каждом шаге, начал возвращаться на тропу. И когда он вновь ступил на твёрдую землю, в его сторону двинулась могучая фигура рогатого чудовища из почвы и камня. Зловещие разъярённые пурпурно-бордовые глаза тёмного существа жадным взглядом впились в измождённое лицо Охотника на нечисть. Чудовище дико зарычало и, вырвав из земли осину, начало ей свирепо размахивать во все стороны. Борец со злом получил тяжёлый удар в грудь мокрым стволом дерева, отчего выронил меч и налетел спиной на старый поросший мхом пень. Голем своей огромной когтистой земляной лапой обхватил жертву поперёк туловища и поднёс к оскаленной морде. Гортанно зарычав, чудовище открыло пасть, из которой веяло болотной сыростью, и, красуясь каменными зубами, похожими на клыки, желало откусить голову своей добыче. Но Воитель, не думая сдаваться, раскалённым кулакам ударил голема в челюсть. Тот дико заревел и швырнул Борца со злом на землю. В этот момент Охотник смог дотянуться до выроненного меча и отрубить тянущуюся к нему руку чудовища. Во все стороны брызнула чёрно-фиолетовая густая кровь. Голем свирепо зарычал, изрыгая из пасти комья глины. Воитель усмехнулся и всадил остриё цепи чудовищу в глаз. И как только порождение тьмы ухватилось лапой на ромбовидные звенья оружия, мужчина подскочил к голему и пронзил мечом его ужасную голову. От раны по всему телу побежали угасающие яркие лиловые жилки, и в скором времени чудовище обратилось в жирный плотный пласт земли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
