общем, выводили из строя нашу оборону. Они просто двигались и калечили людей, а следом шли крабы и разбирали все на части. Несколько человек погибло, потому что эти роботы сдирали скафы прямо с тела, без разблокировки. Вместе с конечностями.
— Вот хрень! — выдохнул Барнс. И хотя это было невероятно, никто не сомневался.
— Кое-как мы смогли выбить их за пределы бункера и закрыть гермодверь, но эти твари взломали ее и снова полезли внутрь. Тогда мы сменили код, но это не помогло. Пришлось ломать ее. Теперь, снаружи ее открыть нельзя, только изнутри.
— Сколько погибших? — сглотнув, спросил я. Когда мы выезжали, здесь было одиннадцать здоровых и двое раненых.
— Шестеро.
Без специалиста было видно, что Раттлер если не сломлен, то серьезно выбит из колеи. Боевой офицер, но снова столкнувшийся с очередным кошмаром. Только оправились от одного противника, как появился другой. Когда у тебя на глазах медленно убивают твоих людей, у кого угодно планку сорвет. Вот и майор не выдержал. Но все же, он был адекватным.
— Что это за крабы? Пауки… Откуда они здесь взялись?
— Мы не знаем, первые появились из ущелья. Удалось только проследить, что они таскают металл, некоторые детали куда-то в горы. Человеку там не пройти. Но они полностью механические, действуют слаженно, словно один механизм. Эти крабы, что-то вроде рабочих. А пауки — охрана.
И тут я вспомнил о стальных шарах. Они ведь тоже были механические. Доминаторы. Что если…?
— Вот черт, это… Я, кажется, понял. Анна, вы с доком видели стальные шары, со светодиодами на корпусе?
— Ну да. Намекаешь, что они конструктивно похожи?
— Да. Более чем. Что если, это те же доминаторы, только другой вид?
— Смелое предположение! — хмыкнул Крейн. — Но похоже на правду. Их технический уровень очень высок, человечество еще не научилось делать таких. Наши дроны на два порядка примитивнее.
— Тогда кто их делает?
Вопрос был очень интересным, но ответить на него было некому.
Раттлер подошел к двери, прислушался. Но через нее не пробивалось ни звука.
— Роботы, что вы сюда доставили… Эти чертовы пауки разберут их на части к утру. Это без вариантов. Они приходят уже шестой раз, берут, что им нужно и уходят. Если мы не сопротивляемся, они нас не трогают. Но если их заинтересует скаф, внутри которого будет человек, порвут на части. Тут чистый расчет.
— Дерьмо. С-ситуация.
— Так, ну все ясно, — вздохнул Виктор и оглянулся на Красса. — Но нас теперь много, оружие есть. Мы много чего полезного привезли с собой. Нужно организовать оборону. Наши «Голиафы» легко покрошат и крабов и пауков. Причем, даже нет смысла сажать внутрь операторов, я все организую дистанционно.
— Вариант, — произнес я, оглянувшись на японца. — Заблокировать дверь хорошая идея. Кто придумал?
— Моя, — послышался слабый голос со стороны.
Я оглянулся и увидел Ферта. Выглядел он кошмарно. Правая кисть была ампутирована, плотно перемотана бинтами. Предплечье и запястье тоже в бинтах, кое-где проступали кровавые пятна.
— Ферт? Что за…? Это они, да? Они сделали? — к нему подскочил Барнс.
Тот медленно кивнул.
Лицо медика отдавало серым. Видно, самочувствие у него не очень.
— А медпаки? Почему не использовали медпаки?
— Они… Забрали.
Это заявление меня удивило. Нахрена доминаторам медпаки? Кого они там собрались лечить?
— У нас все есть, — тут же отозвался капитан медслужбы. — С большим запасом.
— Это хорошая новость. — Раттлел немного оживился. Признаюсь, разительная перемена в поведении уверенного в себе боевого офицера, даже меня напугала.
— Сначала помощь раненым, — предложил я. — Красс, все, что в «Титанах» заносим внутрь. Виктор, мы с тобой займемся обороной. Роккерт, собери своих инженеров, у нас много работы. Остальные…
Послышалось какое-то мычание. Возня.
— А, черт… Блин!
— Убери от меня руки, мразь. Вы все, охренели? Меня никто не хочет поставить в известность? — это полковник Тангер, все это время стоявший в наручниках за спинами десантников, с кляпом во рту, только что освободился от кляпа.
— Полковник? — майор Раттлер сильно удивился.
— Он не в себе, — пробормотал Виктор.
— Это я не в себе, ты старая японская свинья? — Тангера переполняла ярость. Видимо до него дошло, что он практически потерял всю власть и теперь приказы отдает не он.
Да, не он. А кто? Я и сам не заметил, как у меня начали проявляться лидерские качества, хотя раньше подобного не было. Все чаще ко мне обращались люди Роккерта, некоторые десантники. Все проблемные моменты обсуждались вместе с Крассом и его это тоже устраивало. И хотя лидером я не был, думаю, мало кто стал бы возражать. Эвакуация с «Фауста» говорила сама за себя, а ведь большую часть решений там принимал именно я.
— Ах ты, гражданская крыса! — Тангер впился в меня взглядом. — Какого черта ты распоряжаешься? Я полковник!
— Если бы распоряжался ты, полковник, все твои люди и экипаж «Фауста» взлетел бы на воздух! И некого было бы сейчас эвакуировать.
Со всех сторон послышалось одобрительное гудение. Каждый десантник уже был в курсе того, что у полковника сорвало башню, а его действия бездумны. И его решение сидеть и ждать разведку окружающей местности, могло стоить жизни всем. Тангер никого не слушал, полагался только на свой опыт… А потому допускал фатальные ошибки, но не хотел признаваться в них. И хотя десантники отлично знали своего командира, особой любовью он никогда не пользовался. Уважением, да. Но когда он начинал пить, то напоминал глупое разъяренное животное.
И сейчас полковника уже сняли со счетов. Ярость, буквально переполняла его.
Но Раттлер событий последних дней не знал.
— Что происходит? Зачем наручники? — он увидел на запястьях Тангера браслеты.
— Майор, эти люди перехватывают власть, ты должен им помеш… Хрясь!
Каким бы здоровяком не был полковник, но мощный удар в нос все-таки отправил его на бетонный пол. Рядом стоял Барнс,с перекошенным от злости лицом.
— Командир! — он обратился к майору. — Полковник не в себе. Он не хотел эвакуироваться и, это чуть было не стоило жизни всем нам. Алекс организовал эвакуацию.
Полковник лежал на грязном полу и держась руками за нос, злобно смотрел то на меня, то на Барнса, то на майора.
— Всех под трибунал… — процедил он, затем сплюнул кровь. Кажется, досталось
