но все они были ограничены. Федерация, еще лет двадцать назад, вообще отошла от понятия искусственный интеллект, будучи уверенной, что человек внутри любой машины все равно лучше.
— Ну что, посмотрим, где ты находишься, — пробормотал я, затем раскрыл интерактивную карту и совместив ее с модулем, активировал поиск соответствия. Побежали ряды цифр, начался аналитический процесс.
У меня глаза полезли на лоб, когда передо мной появились координаты местонахождения «Тахиона». В известном мне ущелье моего скафа не было. Наличие костюма обнаружилось почти в пятистах километрах северо-восточнее от предполагаемого местоположения, да еще и в холмах. И это было странным.
— Не понял… Что за дерьмо? — я вновь запустил процесс определения координат.
— Чего ты там бормочешь? — ко мне подошел японец, заглянул через плечо и почти сразу сообразил, чем именно я занимался.
— А-а, свою консервную банку ищешь? Ну, в сложившихся условиях, будет весьма полезно вернуть твою броню. Что там с ней произошло?
— Батарея в ноль села. Та самая, что должна была работать год без подзарядки.
— О как. Любопытно, — японец о чем-то задумался, потом спросил. — А сам-то к чему склоняешься?
— Не знаю. При падении могло что-то замкнуть. Хотя, маловероятно. Бля! Не знаю. Заберем его, проведем диагностику и… Грязные бабуины! Он и сейчас движется!
— Ты ж сказал там батарея села! — возразил Чан, тоже глядя на экран. — Ха, точно. Это как так? А запасная батарея работала?
— В том-то и дело, что нет. А вторую из аварийного модуля я не доставал. Сам тогда чуть к броне от холода не примерз.
— Знаешь что… Походу там что-то глюкануло и твой скаф в демонстрационном режиме ушуршал за пятьсот километров.
— Или это Ава чудит… Что вряд ли, когда я покинул броню, там энергии было меньше процента. Она ушла в гибернацию.
— В любом случае, нужно его забрать. Только вот как? От нас это примерно сто с лишним километров, но нужно углубиться в холмы. Расстояние не очень большое, но все же… А у нас и транспорта подходящего нет.
— Поговорю с Раттлером, может, что-нибудь придумаем.
Далее Виктор поделился со мной своими наработками по криопушке. Всего за несколько часов японец набросал примерный макет, просчитал параметры.
— Прототип Роккерт соберет за двадцать часов, хорошо бы испытать… — задумался я. — М-м, можно попробовать спуститься на равнину и там привлечь внимание охотников или летяг. Без риска, конечно, никак.
Мы откинули несколько сомнительных схем, и уже почти утвердили тестовый образец, когда в соседней с нами лаборатории, раздался громкий крик, потом грохот и отчетливый сухой треск электрического разряда.
— Твою мать, Крейн! — выдохнул я и бегом бросился в лабораторию. Мысленно ругал Дока — его эксперименты с пси-способностями до добра не доведут. Вряд ли он умрет собственной смертью по естественным причинам.
То, что я там увидел, почти не поддавалось описанию…
Глава 9
Ловушка
Крейн почти неподвижно лежал на полу, а все его тело мелко подрагивало. По бионическому протезу проскакивали короткие электрические разряды. Воняло жженой резиной и как ни странно, озоном.
Лицо старика чем-то обожгло, а инверторные очки с подсветкой вышли из строя. Рядом, на столе, лежали обломки какого-то дымящегося устройства, опутанного проводами.
— Бабуины! Док, черт возьми, что ты теперь натворил? — проворчал я, бросившись к старику.
Вместе с Виктором мы вытащили бесчувственное тело Крейна, сразу же вызвали Ферта. Я проверил пульс — вроде все в норме, но пострадавший по-прежнему был без сознания.
— Что тут у вас? — сержант оказался здесь куда быстрее, чем мы думали.
— Ты знаешь, Ферт. Опять тестирует вакцину… Вот, долбануло!
— А-а, ч-черт. Ладно, разберемся, — он тут же активировал переносной медицинский модуль.
Несколько минут сержант возился со стариком, но, в конце концов, облегченно выдохнул. — Жить будет. Правда, ума не приложу, что он пытался сделать?
С одной стороны, мне тоже было интересно. По одному внешнему виду старика было ясно, что Крейн пришел к чему-то важному. Ну и упорство у старика — здоровья-то почти не осталось, зато настойчивости и стремления хватит на четверых.
Виктор задумчиво осматривал то, с чем работал Док. Но даже он, со своим колоссальным опытом изобретателя, не смог разобраться в увиденном.
— Это… Черт, да я даже не знаю, как это назвать. Где он взял комплектующие⁈
— Док пытался ускорить действие своей вакцины, путем слияния их с наноорганизмами. — тихо произнес я, едва увидел в углу пустые медпаки.Причем в них отсутствовали именно контейнеры с нанитами. — Док, Док… ну вот нахрена?
До самого вечера Крейн оставался без сознания, но затем все-таки пришел в себя. Получив необходимую помощь, он сразу же попросил встречи со мной. Ну а я не смог отказать. Все-таки, хотя меня и основательно пугала эта тема с пси-вакциной, но одновременно и было крайне интересно. Я бы даже сказал, что часть своего интереса Док умудрился как-то передать и мне.
— Алекс, спасибо что пришел, — часть лица Дока парализовало, поэтому улыбка получилась похожей на жуткий оскал. — Я… ты…
— Док, ты опять за свое? Ну, сколько можно? — я посмотрел на него с недовольством. — Тебя едва не убило…
— Ну не убило же. Нормально. Лучше послушай, что хочу сказать. — Крейн неожиданно закашлялся. Кажется, здоровье дало о себе знать. — Когда ты рассказал мне про нанитов, меня будто осенило. Твоя регенерация не зависит от нанитов. По крайней мере не напрямую. Но, они же являются катализатором. Ускоряют то, что уже удалось пробудить с помощью сыворотки. Ты и без них можешь регенерировать.
— Я плохо понимаю, Док…
— Слушай и не перебивай! — его лицо скривилось то ли от боли, то ли от злости. — Так вот. Наниты существенно ускоряют процессы и адаптируют само тело. Ты заметил, что во время наиболее сильного выплеска эмоций злости, отчаяния или страха, у тебя сами собой включаются те самые пробужденные способности? Да, вижу, что заметил. Так вот, я решил провести еще пару тестов и выяснил, что если в наноорганизм поместить клетки вакцины, то это даст феноменальный всплеск. Увеличит поглощение.
— В смысле?
— Наниты разнесут их по всему организму. Я опробовал разработку на себе и получилось нечто. На долю секунды я смог управлять электричеством. Ну, точнее потоком электронов. Мой протез… — он
