пробиваются сквозь листву. Прикрываю глаза, опускаю руку и нащупываю кустарник. Срываю веточку, вдыхаю аромат. Мята.
Через открытые окна и двери веранды из дома тянет запахом шарлотки. Мама все никак не угомонится. Готовит по десять блюд, все надеется откормить Дениса. Как ни старается, результат все равно не заметен. Ест он за троих мужиков, а в весе не прибавляет. Убедить бабушку в том, что ему поправляться не нужно, совершенно невозможно. У нее свои критерии продуктивно проведенных каникул в деревне.
- Дочь, папа тебя отвезет, - выглядывает мама в окно. - Чего ты на электричке надумала?
- Не надо, ма, - там на трассе такая пробка собирается, проще железной дорогой.
- Да, нормально там уже все. Папа же вчера ездил к Мише.
- Он успел в перерыв проскочить. Так совпало.
- Ну как знаешь, - мама скрывается за занавеской. - Блинчиков тебе положу и пирог почти готов.
- Ага, положи, - проваливаюсь в сытую дрему.
- Огурцов возьмешь?
- Нет! - перед глазами моментально возникают тазы с огурцами.
- Я все равно положу… Хоть килограммчик. И помидоров возьми, - снова высовывается в окно.
- Помидоров возьму, - бормочу себе под нос. Все равно же положит.
- Пусть Денис проводит тебя. Сумка тяжёлая получается. Я тебе еще копчёных ребрышек положила и картошки немножко. Зелени чуть-чуть...
Пропускаю мимо ушей все, что дальше перечисляет мама. От нее невозможно уйти с пустыми руками. Возражения все равно не принимаются.
Отключалась я вроде бы не на долго, а в итоге продрыхла больше двух часов. Выбираюсь из жесткой сетки, которая давно перестала быть удобной. Тело затекло. Каждой клеточкой организма ощущаю дискомфорт.
- Ма, чего ты меня не разбудила? - наливаю полный стакан воды, жадно пью. - Денис где?
- На пруд с пацанами побежал. Жаль было тебя будить. Может все-таки с папой?
- Па, подбрось меня до станции, - заглядываю в папину комнату.
- Я и до города могу, - отрывается он от пайки, смотрит на меня поверх очков.
В комнате пахнет канифолью. Как в детстве. Прохожу, осторожно прикрыв за собой дверь. Усаживаюсь в старое потертое кресло.
- Что мастеришь?
- Освещения твоей матери мало, - стреляет глазами в бобину светодиодной ленты.
- В теплицу?
- Ей его везде мало, - машет рукой.
- До города не надо, до станции подкинь.
***
Я снова дома. Привычный двор. Привычные люди вокруг. Детвора носится по спортивной площадке.
- Здрасьте, теть Юль! А Ден не приехал? - орет Костик с другого конца двора и бежит ко мне навстречу. Подхватывает тяжелый пакет из моей руки.
- Привет! Еще недельку у бабушки с дедом погостит, - встряхиваю занемевшей кистью.
- Жаль… Нам нападающий нужен, - сникает мальчишка. - Мы уже пять игр просра… продули без него, - тащит пакет к подъездной двери. - Вы видели, что у вас с машиной, - интересуется, кивая на спущенные колеса. - Давно так. Всю неделю пока вас не было так. Но это точно не наши. Наши в своем дворе такую дичь творить не станут, - начинает оправдываться.
- А в чужом станут? - ловлю его на слове.
- И в чужом не станут. Вы что!? - вытаращив глаза тараторит мальчишка.
Отпираю подъездную дверь. Костик семенит за мной по ступенькам. Останавливаемся на площадке. Роюсь в сумке, ищу ключи.
- А вы знали, что Штельман из тюрьмы вышел? - с такими же круглыми глазами продолжает Костик. Он у нас во дворе первая сплетница, иногда стоит послушать. - Мы не знали, кто он такой, позвали помочь нам на поле. Он на лавке сидел, курил, наблюдал за игрой, когда мы с Кутузовскими играли. Нам же Дена не хватает, без него прям совсем игра не идет, даже на своем поле. А с Штельманом мы их таааак уеб…шили!! - вскрикивает пацан и тут же захлопывает рот. - Раскатали, простите, хотел сказать раскатали. - А бабушка вечером мне пиз…лей, - снова захлопывает рот, но уже ладонью. - Отругала меня бабушка, короче, говорит, даже здороваться с ним не надо, он уголовник. Мы уже голову сломали гадая, за что он сидел. Вы не знаете за что?
- Не знаю, Кость, - просовываю ключ в замочную скважину, отпираю дверь.
- Пацаны говорят за убийство скорее всего.
- Не думаю, - отрицательно качаю головой. Забираю у него пакет. - Спасибо, Кость.
- Ну скажите! Батя не помнит. Мама не знает. Бабушка забыла. А мне что делать? Я спать теперь по ночам не могу. Я должен знать! - выкрикивает мальчишка. - У всех разные версии!
- Я тоже не помню.
- И Денису не расскажете? - цокает разочаровано.
- Ты сам у него спроси, может он поделится.
- Да, не… Как-то неудобно. Тем более, что на вид он классный мужик. Я даже здороваюсь с ним, - шепчет, - иногда, когда бабушка точно не видит.
- Костик, спасибо, - предотвращаю попытку соседского мальчишки войти в квартиру.
- А попить вынесете?
- Иди пей, - пропускаю его в коридор.
Бросаю пакет на пол, сумку на комод. Достаю телефон и сразу набираю номер выездного шиномонтажа, нужно успеть разобраться с колесами до вечера.
- Спасибо, теть Юль, - Костик покидает квартиру напившись воды. Киваю ему, попутно диктуя адрес администратору.
К восьми часам вечера моя проблема решена, и я, вздохнув с облегчением иду набирать в ванную воду. Насыпаю в нее морской соли, собираясь расслабиться. Тело приятно потягивает от усталости, из колонки льется спокойная музыка. Раздеться не успеваю. Назойливая трель дверного звонка заставляет снова напрячься. Собираюсь проигнорировать звонок. Меня нет дома. Но за дверью находится, кто-то очень настырный и мой пофигистический настрой рассеивается очень быстро. Разве так расслабишься? Отключаю воду, направляюсь к двери.
Глава 20
- Привет, - Миша, стоит за дверью опираясь плечом на стену.
- Здравствуй.
Смотрю на него уставшим взглядом. В квартиру не приглашаю.
- Я войду?
Обреченно вздыхаю, делая шаг в сторону, освобождаю проход. Без цветов, уже хорошо. Может по делу?
Калинин перешагивает порог.
- Ты одна? - интересуется, разуваясь.
- Сейчас да. Но с минуты на минуту, - делаю вид, что смотрю на часы, - у меня будут гости.
- Гости? - с вопросительной интонацией.
- Гость, - выдавливаю из себя вынужденную улыбку.
- Значит это
