комнату в поисках признаков Чарли, обходит диван с цветочным принтом и тихо садится рядом со мной. Часть меня все еще думает, что они нас разыгрывают. Хотя это имело бы смысл, и из всех я меньше всего знаю об этом. Я избегал годами музыкальной комнаты. Единственные воспоминания, которые у меня остались, — это Уинн и Лиам, которые играют те печальные песни, которые им так нравились.
— Чарли, ты снова пугаешь жителей? — игриво выкрикивает Елина.
На лице Поппи появляется довольно улыбка, но Офелия обхватывает себя руками за локти, все еще не уверена в этом. Это чувство взаимное. Клавиша несколько раз стучит в конце рояля — низкий звук пугает Офелию, и она падает прямо мне на колени. Я мгновенно улыбаюсь и крепко обнимаю ее, чтобы уверить, что я здесь.
— Чарли! — Поппи смеется и кладет руки на бедра.
Елина поднимает руку в воздух, и появляется призрак — коренастый мужчина, примерно двадцати лет, с короткими светлыми волосами и в очках, придающих ему интеллигентный вид. Я совсем не так его себе представлял. Чарли целует тыльную сторону ладони Елины и подмигивает Поппи. Обе девушки хихикают, когда он переключает свое внимание на нас. Офелия остается в моих объятиях, кажется, не желая сдвигаться с места.
Призрак улыбается нам и говорит:
— Простите за вчерашнее. Я не удержался, когда услышал все ваши теории, — его голос тихий, но наполненный воздушной невесомостью.
Я приподнимаю брови.
— Кросби действительно убил тебя? — Вопрос резкий и неожиданный, но я должен знать. Чарли опускает глаза, становится холодным и бледным.
— Да, вместе с моими друзьями.
Елина и Поппи хмурятся рядом и кладут руки ему на плечи. Офелия медленно поднимается с моих колен и становится перед Чарли. Верхушка ее головы достигает его шеи.
Она тихо спрашивает:
— Почему ты все еще здесь, Чарли? Ты знаешь, как умереть? Где другие?
Его губы сжимаются от размышлений. Затем он кивает головой на стулья и диван.
— Давайте все сядем, и я вам расскажу.
Офелия возвращается на свое место рядом со мной, а Елина и Поппи занимают два кресла напротив. Чарли садится на пол, чтобы завершить маленький круг, который мы неизбежно сотворили.
Сложив руки на коленях, Чарли говорит:
— Другие ушли, когда убийства были раскрыты. Гнев и ярость — вот что держало нас здесь. Итак, после того, как тела были найдены и Кросби был убит, мы смогли пойти дальше. Но я не могу уйти, пока не найду фотографию Люси. Кросби спрятал мою сумку со всем, чем я дорожил. Он любил играть с нами жестокие шутки. — Его тон полон скорби.
Фотографию Люси? Он остался на все это время ради фотографий?
— А ты не можешь просто пойти к ней? — спрашиваю я.
Чарли качает головой и с тоской смотрит в окно.
— Я не знаю, где она сейчас в этом большом мире… Мы собирались жениться, как только мне станет лучше. Но потом меня объявили пропавшим без вести на десять лет. Она, наверное, думает, что я убежал и бросил ее и все остальное. — Он делает паузу и кажется погруженным в размышления. — Я просто хочу увидеть ее в последний раз, прежде чем уйти.
Офелия бросает взгляд на меня. Ее глаза полны сострадания, и я уже знаю, что она хочет ему помочь. Мне нравится, что она не скрывает своих чувств, даже если ему кажется, что это не так.
— Где ты смотрел? Какие места еще остались? — спрашивает Офелия, наклоняясь вперед и беря Чарли за руку, чтобы успокоить его.
— Вы мне поможете?
Он смотрит на нас четырех, и мы все киваем. Я не могу не думать о том, как грустно, что его привидение не желает оставлять простую фотографию. Неужели наши причины задержаться могут быть столь незначительными? Это должно быть нечто большее.
Елина добавляет:
— Конечно, мы поможем. Это ведь цель каждого — пойти дальше.
Он улыбается и на его лице появляется облегчение.
— Я тщательно обыскал «Харлоу», поэтому сомневаюсь, что она здесь. У меня такое чувство, что он спрятал ее где-то в Бейкерсвилле, но я никогда не знал мест, которые он посещал.
Мои вены остывают, как мороз, медленно замораживающий реку. Я знаю одно место, где мы можем поискать.
— Обзорная площадка, — бормочу я.
Поппи смотрит на меня.
— Что?
— Я знаю, где мы можем поискать в городе.
Я встаю, стремясь добраться туда и помочь Чарли обрести покой, которого он был лишен. Это может быть ответ, который мы искали. Если ее найдем, он сможет уйти, и нам наконец будет к чему стремиться. Если фото сработало для него, то возможно список желаний сработает для меня. Я нерешительно поднимаю глаза на нее — на такую же поврежденную и сломленную, как и я. Может быть, мы сможем найти наш мир вместе. Офелия подмечает мой энтузиазм в поисках фотографии. Ее выражение лица смягчается, и она приподнимается, говоря:
— Пойдем посмотрим.
Офелия занимает кремовую рубашку свободного кроя у Поппи и джинсы с высокой талией у Елины. Впереди рубашка заправлена, волосы завязаны на затылке кремово-розовой лентой в цветочек. Я смотрю на нее, когда она подходит ко мне с двумя бумажными стаканчиками в руках, любуясь ее татуировками и думая, кто я — моль или бабочка.
Мы припарковались на главной улице и решили расслабиться, пока здесь. Я жду на лавочке, на которой часто сижу, когда мне хочется понаблюдать за людьми. Пять лет. Здесь все так же, как было в моей жизни. Медленная жизнь маленького городка, беззаботные улыбки горожан, наслаждающиеся этим тихим местом. Я завидую им и их незнанию о привидениях, наблюдающих за их повседневной жизнью.
— Вот, пожалуйста, без сливок, как ты так безумно просил.
Офелия подает мне напиток, и я улыбаюсь ей.
— Это приобретённый вкус, — говорю я, как достойный засранец. Она задумывается и закатывает глаза, прежде чем толкаю ее плечом. — Это милый городок, не правда ли?
Она отхлебывает горячий напиток и кивает, обводя глазами магазины.
— Жаль, что все те плохие вещи, которые произошли здесь, запятнали его имя. Я слышала, что туризм пришел в упадок, и некоторые магазины пострадали из-за этого. Но Осенний фестиваль все еще пользуется популярностью.
— Ты слышишь много разговоров по городу, не правда ли? Я начинаю думать, что поселился в одной комнате с любительницей баров.
Я подмигиваю, когда она смотрит на меня, и выражение ее лица снова светлеет.
— Вообще-то, я чаще зависаю в кафе. Приятно видеть друзей, встречающихся после долгой разлуки, или
