него – а он улыбался.
Всё получалось…
Он брал у них немного, совсем чуть-чуть этого чудесного, тёплого света и был уверен, что никто этого даже не заметит. Его толкали туда-сюда, а он не переставал улыбаться.
Он чувствовал, как по его телу растекается огонь, как становится всё ярче и сильнее. Он сосредоточился на раненой руке Эллиота и видел, как к его другу текли свет и сила – сначала на кисть руки, потом до плеча, и вскоре его тело уже засияло энергией изнутри.
Энергией жизни!
Седрик взволнованно открыл глаза. Сердце учащённо билось. Эллиот уставился не него, раскрыв рот. Его рука перестала кровоточить и почти зажила. Седрик торопливо искал взглядом своего деда, но рогатый бог леса уже исчез.
– Эллиот, он идёт сюда! Скорее!
Эмили вырвала метлу из рук озадаченного уборщика, сердито глядевшего на ребят, и бросила её брату. Тот ловко поймал её и тут же зажал между коленями.
В тот же момент вампир заорал и бросился на них. Эмили с тихим хлоп! превратилась в ласточку, а Эллиот втащил Седрика на метлу.
Вампир ухватился за штанину Седрика, но тут Эллиот наклонился вперёд, и метла рванулась с места. Седрик ловко выдернул ногу из пальцев самаритянина.
Ребята полетели вдогонку за поездом в тёмный туннель лондонской подземки.
Глава 17
В туннеле метро
Эллиот мчал на своём летательном аппарате прямо за красными огнями хвостового вагона. Седрик крепко держался за его плечи. В его голове отдавался стук колёс по рельсам.
– Потрясающе круто, Седрик! Как тебе это удалось? Откуда ты взял эту энергию?
Седрик громко рассмеялся. То, что он сейчас сделал, было чертовски приятно. Он казался себе невероятно мощным. Почти равным богам!
Как хорошо быть внуком бога!
Тут его пронзила тревожная мысль. Энергия, которую он только что украл у людей на платформе… Что это для них? Вдруг они теперь проживут на день меньше, потому что он забрал у них часть жизненной энергии? Он содрогнулся. Да, он взял совсем немного и не для себя, а для своего раненого друга, но всё же…
Вампиры тоже так делают. Они высасывают жизнь из людей.
Теперь он чувствовал себя вовсе не равным богам. Скорее… жалким ничтожеством.
Как бы он ни радовался, что смог помочь Эллиоту, он больше никогда не будет получать энергию таким образом.
Он отогнал от себя эти мысли и оглянулся. В туннеле было почти темно, но Седрик отчётливо различал трепещущее тело маленькой чёрно-белой птички, летящей прямо за ними.
– Седрик, метла! Помнишь? Валлийский дуб! Круто, правда?
«Ещё бы не помнить», – подумал Седрик, снова радуясь, что другу стало лучше. Без Эллиота они бы до сих пор сидели на станции метро.
В туннеле было душно, ветер свистел в ушах, проносившиеся мимо них каменные стены казались до жути близкими в красном свете хвостовых огней.
Тут уж точно лучше не падать на рельсы!
Седрик ещё крепче вцепился в метлу и в Эллиота. Он отчётливо ощущал, как напрягается юный колдун. При этом он мог лишь догадываться, как тяжело на такой скорости выдерживать нужное расстояние до мчащегося впереди вагона. Малейшая ошибка – и они ударятся о стену или врежутся в неожиданно затормозивший поезд. Сколько они уже летят? Вскоре поезд прибудет на следующую станцию. И что тогда?
– Нам надо найти другой выход! – прокричал он в ухо Эллиоту.
– Что?
– Вампиры наверняка уже ждут нас на следующей станции. Нам нужно найти другой путь наверх. Аварийный выход или вентиляционную шахту.
Эллиот кивнул и замедлил полёт. Они сразу отстали от поезда. Он помчался дальше и вскоре исчез за крутым поворотом, а они остались в полном мраке. Было так темно, что Седрик не видел даже собственных рук.
– Лохран! Чёрт!
Метла закачалась: Эллиот управлял ею одной рукой, пока другой регулировал маленький светящийся шарик, который теперь летел рядом с ними и освещал туннель голубоватым светом.
Седрик заворожённо уставился на серебряный шар, поверхность которого мерцала, как большой мыльный пузырь.
При свете магического светильника Седрик нашёл то, что искал.
– Вот! – крикнул он и показал на небольшой карниз, установленный чуть выше рельсов. Над ним виднелась пасть тесного прохода.
Эллиот кивнул и ловко поставил ноги на выступ стены, такой узкий, что Седрик даже вцепился в какой-то кабель, когда слезал с метлы, чтобы не потерять равновесие.
Эмили, наоборот, легко впорхнула в нишу и превратилась в человека.
– Я чувствую сквозняк, – послышался её крик. – Тут откуда-то поступает свежий воздух.
– Что это за шум? – спросил Эллиот.
Сквозняк? Шум?
Седрик вздрогнул.
– Быстрее прячься, Эллиот! В проход! – Он схватил друга за плечо и потащил с узкого карниза в дыру в стене.
Эллиот споткнулся, повис на трубе и рухнул на колени. Нарастающий грохот наполнил туннель. Метла со стуком упала на рельсы.
– Ой! Седрик, что это?
Пронзительный свист ударил им в уши, а следом за ним с металлическим скрежетом из-за поворота выскочил поезд.
Друзья еле успели нырнуть в дыру, когда прямо мимо них пугающе близко замелькали вагоны, бросая призрачный свет в проход. Прошла минута – и оглушительный грохот смолк так же быстро, как и появился. Поезд умчался прочь.
Не осталось ничего, кроме темноты и запахов нагретого масла и старых электромоторов.
– Повезло! – облегчённо выдохнул Седрик.
– Повезло?! Метла пошла на корм чертям! – выругался Эллиот. – Поезд размолол её в щепки!
– А где световой шарик? – раздался в темноте нерешительный голос Эмили.
– Прилип к лобовому стеклу поезда! – Эллиот снова выругался.
– Серьёзно? И ты не можешь?..
– Нет. Без шансов. Пока он горит, я не могу сделать другой. Возможно, он вернётся.
– Ай, что за невезение! – простонала Эмили. Потом вздохнула и продолжила твёрдым голосом: – Я сейчас превращусь в кошку, чтобы хоть что-то видеть, и выведу нас отсюда. А ты будь в контакте со мной, Седрик.
Они услышали, как Эмили вздохнула, потом раздалось тихое хлоп, и Седрик тут же почувствовал, как о его ноги потёрлась кошка. Он ласково погладил мягкую шёрстку, потом сосредоточился и почти сразу услышал в голове Эмили.
«Не нравится мне всё это».
Седрик нахмурился. Ему было не по себе, когда у Эмили появлялось нехорошее предчувствие. То же самое произошло после их прибытия в Лондон – они почти сразу попали в лапы Ширли.
Он попытался её успокоить.
«Мне тоже. Но мы скоро найдём выход, – мысленно ответил он. – Тут наверняка должна быть какая-нибудь лестница. Ты ничего не
