Почти так же, как это было в Краю Омел, хотя и несколько иначе. Речные волны тихо бились об укреплённый берег бухты. Здесь, за стеной, кипела жизнь. Вдоль всей пристани стояли большие и маленькие цирковые палатки, повсюду горели чаши для костра. Люди со всех концов света, высокие и низкие, старые и молодые, в пёстрой экзотической одежде и в обычных уличных шмотках, стояли или сидели небольшими группами. Дымилась приготовленная еда, царила весёлая и мирная атмосфера. Между шатрами были натянуты световые гирлянды (с настоящими лампочками накаливания, как тут же отметил Седрик). Где-то звучала гитара, тихо наигрывая меланхоличную восточную мелодию. Чуть выше стоял старинный дом с острыми башенками и маленькими эркерами, к нему вела узкая лестница. Двери особняка были открыты, и ступени заливал тёплый свет.
Возле причала стояло всего одно судно. Двухмачтовое, старое, с убранными парусами. Оно покачивалось на волнах, между мачтами болтался пустой гамак.
– Вы хотите есть? – спросил Джонатан Джеклби.
– Не откажемся! – с готовностью отозвался Эллиот.
– Где это мы? – удивлённо проговорила Эмили.
– Здесь, – не без гордости ответила Аисса, – наша империя. Цирк противоречий и противоположностей. Родина безродных. Начало конца. – Она показала на пёстрое людское сборище. – У нас принимают всех, кто не нашёл себе места там, за воротами. Чужеземцев, которые недавно потеряли свою родину и теперь ищут новую. Друзей, у которых ещё недавно никого не было. Ведьм и друидов, попавших в беду. – Она тихо засмеялась и помахала рукой приплясывающему парнишке с козлиной бородкой, который раздавал с подноса тарелки с дымящейся едой. Парень странными прыжками подскочил к ним и протянул поднос Седрику и его друзьям. От тарелок шёл восхитительный аромат, и Эллиот без колебаний принялся за еду. Седрик и Эмили последовали его примеру.
– Что с этим мальчишкой? – тихо спросил Седрик у Аиссы. – Он инвалид?
– Нет, – засмеялась она. – Это Кириакос из Греции. Ты посмотри на него внимательно.
Ничего не понимая, Седрик покачал головой, но присмотрелся к парнишке и вдруг заметил, что тот скакал не в кроссовках, а на стройных ногах с копытами.
– Кириакос – сатир, лесной козлоногий дух, фавн! – рассмеялась Аисса. – И он тут не единственное магическое существо, рождённое не на британских островах. Многие из нас пришли издалека и нашли здесь свой дом. Как я! Или, например, вот она! – Аисса показала на красивую женщину средних лет, которая в это время раскладывала по тарелкам новые порции еды. – Это Саравати, индийская наги, женщина с телом змеи, дух воды. Река, в которой она жила, настолько пропиталась ядами и нечистотами, что Саравати заболела. Жить там больше было нельзя, и она бежала сюда, в Лондон, со своими маленькими сёстрами. А теперь готовит нам еду. Фантастически вкусную!
Во время этих объяснений у поварихи выпали из рукава две бирюзовых змейки и уползли под сток. Женщина быстро наклонилась, схватила беглянок и с негромким и ласковым шипением сунула их в самый глубокий карман. Заметив, что на неё смотрят, она вытерла руки о фартук и с любопытством обратилась к пришедшим.
– Намасте, мои дорогие, намасте! Вы с севера, верно?
– Да, но как вы… – пробормотал Эллиот.
– Я тут повариха, мой дорогой. Я всё нюхаю и пробую! – Она дерзко сверкнула глазами и облизала губы.
У неё был раздвоенный язык!
Саравати наморщила нос и посмотрела на ребят.
– Вы пахнете сырым туннелем и немного канализацией, но под этим запахом я чувствую вересковую пустошь, сухую траву и холодный ветер со снежных горных вершин. Вы пахнете Нагорьем! Добро пожаловать в «Райский Цирк», дети севера!
Она приветливо кивнула удивлённым друзьям и снова стала раздавать еду голодным гостям.
– Она рада, что вы остановились у нас. И мы тоже, – пропела Аисса, ведя их дальше по пристани. – Кроме него. – Она показала на мрачного мужчину с седой бородой, в широких шароварах и военном бушлате, который с недовольным видом выглядывал из шатра. – Это Асмад. Джинн из Иордании. Всегда в скверном настроении. Кто-то превратил его в кинжал, спрятал в ларце и на погребении какого-то царя положил на двести лет вместе с ним в могилу. На две сотни лет! С тех пор Асмад боится, что его снова превратят в какую-нибудь вещь, и поклялся, что навсегда останется в человеческом облике. К большому огорчению для него самого и всех нас! – Она засмеялась. – Теперь вы понимаете? Здесь каждый может оставаться таким, каким хочет. В этом и суть «Райского Цирка».
– А почему ты сама живёшь здесь? – задумчиво спросила Эмили.
– Потому что я отвергаю всякую власть, – серьёзно ответила Аисса. Седрик удивлённо посмотрел на неё. – Для меня нет ни вышестоящих, ни подчинённых. Никакой высшей расы. Никаких магов или не-магов. Для меня все равны, будь то человек, оборотень, отвратительный гном или одинокий упырь. Мы должны уважать друг друга. Никто не должен считать себя выше других или закрывать двери перед тем, кто оказался в беде.
– Но совсем недавно всё выглядело иначе, – сухо заметила Эмили.
– Да, – согласилась Аисса, – и я сожалею об этом. Мы тоже на нервах. Здесь уже несколько недель ходят слухи, что в город пришли терновые ведьмы. Вы выбрали не самое спокойное время для своей маленькой экскурсии.
– Крутч! – вырвалось у Эллиота.
– Вы слышали о нём? – спросил оборотень Джонатан и облизнулся.
– О, мы хорошо его знаем, – удручённо сказал Седрик.
– К сожалению, – добавила Эмили.
Седрик вздохнул и вопросительно посмотрел на друзей. Они кивнули и вместе с ним рассказали Аиссе и Джонатану историю тёмного друида и терновых ведьм. Рассказали о поединке на стене. О бегстве Крутча из Края Омел и об их встрече сегодня перед антикварной лавкой.
Оборотень зарычал.
– Хотелось бы мне знать, почему тени до сих пор не разорвали ведьм прямо в воздухе. – Заметив, с каким ужасом на него смотрит Эмили, он торопливо добавил: – Я не считаю, что это хорошо, но если терновые ведьмы действительно находятся в городе, до них обязательно доберутся самаритяне или тени.
– Тени? – спросил Эллиот.
– Да. Мы называем их так потому, что они бестелесны. Во всяком случае, у них нет тела в привычном смысле, только огромные страшные тени… – В глазах Джонатана сверкнул тёмный огонь. – Никто не знает точно, кто они или что собой представляют. Но мы считаем их опасными. – Он мрачно кивнул. – Последнее время наши часто пропадают. Появляется такая вот тень – и раз! – уже кого-то нет!
– Хватит рассказывать им эти страшилки, – одёрнула его Аисса. – Я не знаю никого, кто видел бы нападение этой тени. Может, видел ты?
– Их жертвам уже слишком поздно об этом рассказывать, – проговорил Джонатан
