не убил её, что возжелал оставить для себя, ожидая, пока она повзрослеет и расцветёт.
Поэтому Су Су, осознающая себя как чистейшее дыхание вечной женской стихии без малейшего удивления и зависти могла созерцать Е Бин Шан. К тому же, среди бессмертных встречается много подобных красавиц. Су Су, отведя взгляд от влюблённого Пан И Чжи, повернулась к мужу. Тан Тай Цзинь, почуяв это, тут же отвёл глаза от прекрасной наложницы.
Разумеется, злыдень тоже любовался Бин Шан, хоть и притворялся скромником.
Е Бин Шан, единственная женщина при дворе его высочества Сяо Линя, гордо восседала по правую руку от прекрасного принца.
Су Су тихонько шепнула генералу: «Батюшка!» Тот оглянулся на дочь, лакомившуюся клубникой, и одобрительно кивнул: «Си У…» Су Су проглотила последний кусочек ароматной ягоды и поднялась.
Да, да, разумеется, у неё уже накопился бесценный опыт извинений за Си У.
Су Су подошла к Бин Шан, поклонилась, и смиренно произнесла:
— Прими мои извинения, старшая сестра, я не должна была толкать тебя в воду на пиршестве во дворце. Прости меня, великодушно.
Е Бин Шан немного растерялась от неожиданности, но тут же ответила:
— Всё хорошо, сестрица, бывало, что мы ссорились, но я знаю, что ты не нарочно. — Её влажные глаза кротко смотрели на Су Су. Вздохнув с облегчением, Бин Шан заметила: — Третья сестрица, ты повзрослела.
Такой доброты Су Су не ожидала. Почему же тогда Си У так ненавидела старшую сестру?
Вместе с этими мыслями в душе Су Су всколыхнулись сомнения и чувство вины. Е Бин Шан и в самом деле казалась нездоровой. Её болезненную бледность скрывал толстый слой пудры. Не раз за время трапезы она покашливала, прикрываясь платком. Сяо Хуэй — горничная Бин Шан, поддерживая госпожу, недовольно пробурчала:
— Нян-нян, вы слишком легко прощаете сестру, она явно нарочно в тот день…*****
— Помолчи, Сяо Хуэй, — нахмурившись, прошептала Бин Шан.
Та смущённо прикрыла рот рукой.
Прежде чем покинуть отчий дом, старшая сестра не раз терпела обиды от младшей. И хотя сейчас у неё есть вельможный покровитель, ей всё же приходится уступать.
Наложница Е Бин Шан снова задумчиво посмотрела на фигурку в девичьем розовом, занявшую место позади отца — генерала, и изо всех сил пожелала, чтобы Си У действительно поскорее повзрослела.
Глава 10: «Обман»
Празднество по случаю дня рождения великолепного принца Сюаня было в самом разгаре. Выступления музыкантов сменялись сценами из театральных представлений, а вельможи наперебой произносили поздравительные речи.
Все шло своим чередом, пока в парадную залу, громко смеясь, не вошёл мужчина в белой нефритовой короне с драгоценным кулоном на поясе.
— Надеюсь, мой шестой брат не обижается, что я опоздал к нему на день рождения!
Губы гостя растянулась в улыбке, но глаза его не смеялись. Сяо Линь, восседающий на почётном месте, при виде вошедшего, охладел лицом и резко встав, молвил:
— Четвёртый брат!
«Так это принц Чжао,» — поняла Су Су.
Четвертый принц явно чувствовал себя хозяином положения. Небрежно-разнузданной походкой он шел через зал, и подданные в испуге склоняли перед ним головы. Под его острыми чёрными глазами залегли тёмные синеватые тени, капризный рот кривился в усмешке. По всему было видно, четвертое высочество — человек никудышный. Тем не менее положение его при дворе было особым. Сын любимой наложницы императора, державшей гарем в своей власти, он имел огромное влияние и считался главным соперником шестого принца в борьбе за престол.
Сяо Шень, принц Чжао уверенно уселся в кресло рядом с хозяином дворца и прищурил глаза на Бин Шан.
— Наложница, почему ты выглядишь всё хуже и хуже? Такая бледная, без слёз не взглянешь. Мой брат плохо о тебе заботится? — проговорил он с нескрываемым сарказмом. Его бесстыжие глаза беззастенчиво разглядывали ее шею и грудь под складками ханьфу.
По лицу Бин Шан пробежала тень растерянности, она смущённо опустила глаза, встала и вежливо поклонилась.
— Надеюсь, ваше высочество не смеётся над наложницей.
Принц Чжао ухмыльнулся. Его ястребиный взгляд всё ещё пронизывал Бин Шан. Сяо Линь помрачнел и со стуком поставил чашу с вином на стол.
— Четвёртый брат, тебя не касаются дела моего двора и приближённых.
Сяо Шень недовольно причмокнул губами. Видя, что брат рассердился не на шутку, он не осмелился продолжать. Обычно Сяо Линь добродушен, но, если его провоцировать — ничего хорошего не выйдет. Поэтому Сяо Шень отвёл глаза в сторону и заметил расположившееся неподалёку семейство Е.
— О, и третья госпожа здесь, — с интересом обронил он. Е Си У была знакома ему, как взбалмошная девчонка с сердцем скорпиона, но сегодня юная гостья с горящим цветком между бровями выглядела немного иначе. Что и говорить, семейству Е несказанно повезло — у них родились две красивые дочери с хорошим здоровьем. И если старшая сестра — изящный цветущий лотос, то младшая — юная и соблазнительная девушка, которая подобно душистому бутону пиона, только раскрывает своё нежное очарование.
Ни о чём не подозревающая Су Су ела дыню, когда вдруг заметила настойчивое внимание принца Чжао. От его липкого взгляда ей стало неуютно, однако она сохранила самообладание и промолвила:
— Ваша подданная приветствует принца Чжао и шлёт пожелания здоровья! — и спряталась от дурного глаза за спиной Тан Тай Цзиня. Вот тебе, принц Чжао, смотри лучше на будущего демона.
Тан Тай Цзинь удивлённо оглянулся на Су Су, но его отвлек полный нескрываемого злорадства голос принца.
— Кто это тут у нас? Да это же принц-заложник! Давно не виделись! Ну как, у генерала тебе живётся лучше, чем в холодном дворце?
В этот момент Сяо Шень походил на злобного краба, крадущегося боком, страшного и мерзкого, которого если и поймают нечаянно, то отбросят с отвращением. Одним своим присутствием он отравлял атмосферу праздника и вносил разлад во всеобщее веселье.
Тан Тай Цзинь вежливо ответил:
— Благодарю, принц Чжао, в особняке генерала мне хорошо.
— Ну и ладненько. А принцу без тебя скучно, развлекаться не с кем. — Сяо Шень сел, широко расставив ноги, и небрежным жестом откинул мантию с колен. Он откровенно глумился над Тан Таем, но тот и бровью не повел, более того, поднял для принца чашу с вином.
Чжао удивился. Помнится, этот тощий парнишка судорожно скрёб горстями грязь, когда он, прижимая его к земле, забавлялся с ним самым низменным образом, но теперь, когда он намекнул ему об этом, и бровью не повел. Очень интересно!
У Су Су от слов принца Чжао сжалось сердце. Она вспомнила рассказ экономки об
