Дыхание Джиллиан стало неровным. Ее вновь закружил вихрь страсти, сил для сопротивления не осталось.
– Джиллиан, скажи мне: «Да». – В хриплом голосе Девлина чувствовалось возбуждение. Его большие теплые руки скользнули по ее футболке и начали неторопливый массаж вдоль позвоночника. Вот его пальцы нащупали застежку бюстгальтера.
– Не надо, Девлин. Не сейчас и не здесь.
– Ответь на мое предложение. – Он поцеловал ее в шею. – Скажи, что согласна выйти за меня замуж.
– Девлин, – выдохнула она, дрожа от страсти, тщетно пытаясь что-то возразить.
Его губы играли с ее губами, заставляя ее трепетать.
– Скажи, что ты решилась, Джиллиан.
Его голос гулко отдавался в ее ушах. Они были единственными людьми в этом отгороженном ото всех маленьком мирке.
– А ты уверен, что хочешь этого?
– Да, – твердо сказал Девлин. В его голосе совсем не было замешательства. Теперь он знал правду, и у него появилась возможность исправиться.
Удивительно, но в голове Девлина громко звучал голос его отца, капитана Вейна: «Бери ответственность, принимай командование!». Девлин, как правило, следовал разумным отцовским наставлениям в своей работе. В то же время до сих пор он избегал ответственности в любовных делах, предпочитая оставаться свободным и ничем не связанным. Джиллиан Бейли и малютка Эшли Джой перевернули его мир.
– Дев! – Джиллиан положила руки поверх его рук. Их пальцы сплелись. – Не нужно такой жертвы. И я не собираюсь хвататься за твое предложение, если это именно предложение.
– Оно самое, Джиллиан.
– Ты говоришь так непреклонно и решительно, – печально улыбнулась Джиллиан, – как будто собрался к дантисту.
– Если хочешь, будет предложение с цветами и шампанским. Дай только выбраться отсюда, – сказал Девлин с напряжением в голосе.
Джиллиан с трудом пошевелилась и отодвинулась. Ей показалось, что теперь он начал говорить, как приговоренный к казни.
– Смотри, Девлин! Я ведь знаю, каково быть нежеланной. Тем более не допущу, чтобы Эшли была бы чьим-то нежеланным бременем.
– Она и не будет. Джиллиан, пожалуйста, подойди ко мне снова.
Девлин кожей почувствовал, как она отодвинулась за пределы его досягаемости. Его злость тут же улетучилась, осталась только потребность, чтобы Джиллиан была рядом. Неужели он снова отвергнут?
– Как ты думаешь, нам здесь хватит воздуха? – спросила Джиллиан, не двигаясь с места.
Девлин стал искать ее на ощупь.
– Мы не задохнемся. Где-то в кабине должна быть вентиляция, иначе мы бы уже были без сознания.
– До чего же я хочу выйти отсюда!
Девлин прокашлялся:
– Джиллиан, а почему ты попала к приемным родителям?
Джиллиан испустила долгий страдальческий вздох.
– Когда я родилась, моей матери, Джолин, было шестнадцать. Она оставила меня своим родителям, в то время как сама сходилась и расходилась с разными приятелями. Дедушка с бабушкой были добры ко мне. Я старалась причинять им поменьше беспокойства, потому что сознавала, как сильно нуждалась в них. Волею судьбы я их потеряла. Когда мне было семь лет, дедушка с бабушкой погибли в автомобильной катастрофе, и мне пришлось переехать жить к Джолин с ее любовниками. Прошло два ужасных года, прежде чем она решила отказаться от меня.
– Джиллиан, я...
– Нет, мне не нужно сочувствия, – оборвала она. – Все это было очень давно, и я рассказываю об этом только потому, что ты потребовал объяснить, как я оказалась в детском доме. – Голос Джиллиан звучал устало, как будто она пересказывала надоевший эпизод заезженного фильма. – Такие, как я, завидовали малолетним преступникам, отданным в детдом по решению суда. По крайней мере от них не отказались родители. Во всей системе опеки не было никого ниже нас. Нас звали отбросами. Ребенком я все время чувствовала вину. Я не была в этом одинока. Мне казалось, что если бы я была лучше, красивее или умнее, то стала бы нужна маме. Ведь моего сводного брата она оставила при себе.
– Ты ни разу не упоминала о нем.
– У Джолин кроме меня был сын Джоди, на шесть лет моложе меня, и еще двое детей, которых я никогда не видела. Она отказалась от них в пользу приемных родителей. На самом деле, мне кажется, Джолин продавала младенцев какому-то торговцу детьми, потому что после каждой беременности у нее появлялась куча денег. Был еще один малыш, который родился недоношенным и умер в больнице за несколько месяцев до того, как Джолин отправила меня в суд и отказалась от родительских прав. Может быть, с тех пор у нее были еще дети, я не знаю. Я не видела ни ее, ни Джоди с девяти лет. Понятия не имею, где они.
– А ты хотела бы узнать?
– Про Джолин – нет. И Джоди я не хочу видеть. Я думаю, она бросила его где-то в другом штате. Мне известно только то, что они давно уехали из Мичигана. Конец истории.
– Не совсем. Тебе было девять лет, когда ты попала в систему опеки. Что было с тобой потом?
– Как обычно. В двенадцать я наконец попала к Синселам и осталась там. До этого меня передавали из одного детского дома в другой. Некоторые из них были плохими, некоторые – хорошими, а один был худшим в мире. – Голос Джиллиан был по-прежнему холодным и ровным.
– Ты была нежеланным ребенком и не хочешь быть нежеланной женой. – Встав на точку зрения Джиллиан, Девлин понял, что все ее поступки следовали определенной мрачной логике. – Так вот почему ты сейчас так нервничаешь из-за предложения руки и сердца. И еще я понял, почему ты не сказала мне об Эшли.
– Совершенствуй свое искусство анализа. Может быть, доктор Ли возьмет тебя в помощники.
Если Джиллиан хотела задеть этим Девлина, то ей это не удалось, он продолжил:
– Джиллиан, но между твоим детдомовским прошлым и предстоящим замужеством нет ничего общего, – сказал он, слегка кривя душой.
– Дев, здесь есть связь, и мы оба понимаем это. Ты считаешь, что брак со мной – это твой гражданский долг. Скажи честно, ты ведь никогда не предполагал, что твоей женой будет кто-то вроде меня, а я определенно никогда не предполагала выйти замуж за кого-то, подобного тебе. Получается что-то вроде искаженной версии «Золушки». – Джиллиан, по сути, уловила ход мысли Девлина, и это раздосадовало его. Неужели он такой пустой?
– Я не принц. Мало ли что заявляет Бренда.
– Тем не менее тебе подходит кто-нибудь вроде Холли Кейзел.
– Перестань притягивать к этому Холли. Она мне как сестра. Брак с ней был бы похож на кровосмешение. Или ты не считаешь это преградой, раз сама вышла замуж за названого брата? – Девлин почти грубил.
