мощно ударился в газон, а потом влетел в сетку. 2–0
Глава 10
1968 год. Москва. Сентябрь
— Ой, Даня, смотри какая прелесть! — Ленка горящими от восторга глазами пожирала какой-то новый вариант летнего платья, который демонстрировала очередная модель. — Мне бы такое очень пошло. Ты как думаешь?
— Любопытно, — нейтрально ответил Мельник. Ну их к монаху все эти платья, блузки, плащи и пальто. Одежда должна быть практичной и удобной. Нет, ватник на босу ногу надевать никто не предлагает, но все эти рюшечки-финтифлюшечки вызывали у парня стойкое желание сбежать куда подальше и подавить подушку минут эдак шестьсот. Если бы не Андреева, шиш бы он сюда пошел. Сюда — это в Общесоюзный дом моделей одежды (ОДМО). Улица Кузнецкий мост, 14. Знаменитое, если разобраться, место. Открылся после войны, проводил многочисленные показы одежды, создавал коллекции почти для всех швейных фабрик СССР и, по слухам, шил одежду для высшей советской элиты. И партийной, и хозяйственной.
Ленке сегодня приспичило посетить очередной показ. Кто-то ей напел, что сегодня будут представлять сногсшибательную коллекцию, и Андреева моментально превратилась в форменную зомби. Только вместо жажды чужой плоти в ее воспаленном мозгу царили шмотки. Ну, и, самую малость, возможность блеснуть своим кавалером. В роли которого выступал, барабанная дробь, конечно же, один бедолажный футболист московского «Динамо».
Мельник пробовал сопротивляться, делал грустное лицо, тяжко вздыхал, говорил, что всю жизнь мечтал пойти с такой красоткой в ресторан, театр или, на худой конец, в кино — только обязательно на последний ряд! — но его безжалостно обломали, спутали по рукам и ногам и поволокли в полубессознательном состоянии в царство советской моды. Попасть на закрытый показ оказалось довольно легко. Заплатив всего-то какие-то жалкие пять рублей с носа за вход, любой желающий свободно проходил внутрь. Пара наводящих вопросов возбужденно-радостной Елене и знания Данилы пополнились информацией о том, что показы проходят ежедневно, с понедельника по пятницу. Зачем спрашивал?
Внутри было довольно демократично. Зал с подиумом, который наполняли некой фундаментальностью три круглые колонны и ряды обычных стульев, которые его окружали. Публика подобралась своя. То есть, случайных людей, вроде Мельника, почти не было.
На Данилу посматривали с любопытством и легким интересом. Особенно женщины. Некоторые даже задерживали свой взгляд на высоком блондине чуть дольше положенного. Парня это несколько нервировало. Богатое воображение услужливо подсовывало ему картинку лабораторной лягушки, которую собираются препарировать. Со всем тщанием и прилежанием.
— А ты молодец, хорошо держишься, — обронила вдруг мимоходом Андреева, посмотрев искоса. — Я думала, смутишься. Не ожидала, — и снова прикипела глазами к подиуму.
Вот как им это удается? Мельник мог поклясться чем угодно, что Елена не смотрела по сторонам и не отслеживала направленные на них взгляды. Но, вот, поди ж ты. Выходит, это некий очередной экзамен или проверка. Забавно. Вроде как прошел. Интересно, что в этой хорошенькой головке запланировано следующим этапом. О, Данила ни на секунду не сомневался, что он есть. И, скорее всего, не один. Так что, расслабляться нельзя.
После показа, когда они уже шли к выходу, Лену окликнула какая-то девушка. Ее спутник, угловатый, аскетически-худой, протянул Мельнику узкую нервную ладонь и представился:
— Олег. А тебя я знаю, ты — футболист. Мельник, правильно? — и обескураживающе улыбнулся слегка смущенной и какой-то трогательно детской улыбкой. — Здорово вы греков обыграли, молодцы.
— Я вас тоже знаю, — Данила сильно разволновался. Не каждый день знакомишься с такими людьми. — Вы — Даль. Замечательный актер! В «Хронике пикирующего бомбардировщика» отлично сыграли! И в «Жене, Женечке…».
— Ну, скажешь тоже, — засмеялся актер, похоже, немного смутившись. — Я пока только начинаю.
— Так и я тоже, — вернул ему улыбку Мельник.
— О, старик, может быть, пока наши красавицы щебечут о своем, о женском, мы с тобой заглянем в буфет? — неожиданно предложил Даль, оживляясь. — За победу вашу пропустим — по рюмашке?
А ведь он запойный, к гадалке не ходи, определил Данила, заметив, как характерно дернулся в предвкушении выпивки кадык его собеседника. Получается, не врали его поздние биографы. Жаль, артист ведь на самом деле потрясающий. А уйдет за грань так рано. Можно ли ему как-то помочь?
— Извините, режим.
— А, ну да, ты ж спортсмен, — поскучнел Олег. — Слушай, нас ведь с тобой ждут, пойдем быстрее, — окликнул он свою спутницу, разом потеряв к Мельнику интерес. — Неудобно опаздывать. — Сунул на ходу руку. — Бывай, старичок. Захочешь в «Современник» на спектакль попасть, заходи — проведу.
— Интересные у тебя знакомые, — сказал Данила, когда они вышли на улицу. — С кем еще мне предстоит познакомиться? Надеюсь, муж и дети в список не входят?
— Дурак, — надулась Андреева. — Я не замужем. — Обожгла Мельника коротким взглядом и добавила многозначительно. — Пока не замужем.
Не, на хрен такое счастье! Данила мысленно сплюнул через левое плечо и так же мысленно трижды постучал по своей деревянной непутевой головушке. Даже нескольких встреч с девушкой ему хватило с лихвой, чтобы понять — в жены она не годится. Слишком взбалмошна, избалованна и капризна. Такая не сможет неделями и месяцами ждать, пока муж пропадает на сборах, тренировках и матчах. Короткий, ни к чему не обязывающий романчик, еще куда ни шло. А в ЗАГС…увольте! Где ж ты моя ненаглядная, где?
— Обсудим твое будущее семейное положение? — весело предложил Мельник. — Предлагаю «Арагви».
Елена задумалась ненадолго. А потом решительно тряхнула головой.
— А поехали.
Бесков смотрел неодобрительно. Хмурился, молчал, но чувствовалось, что вот-вот взорвется.
— Что за ерунду вы устроили? — О, понеслась.
— Так это, — не смутился Козлов. — Мы с Малым заспорили, кто больше прочеканит. — Он смотрел на тренера с явным удивлением, поскольку совершенно не понимал, в чем именно виноват. — Техника же нарабатывается, полезное упражнение.
— Бездарное! — отрезал Константин Иванович.
— Да ладно, — не поверил Данила. Он даже мяч опустил на газон, перестав его набивать. — Почему это?
— А потому, — менторским тоном произнес Бесков. — Отнюдь не всякое общение с мячом можно считать футболом. И на тренировках не каждое ваше касание мяча позволяет увеличить мастерство владения. Смотрите, бестолочи, — решил объяснить подробнее старший тренер, заметив скепсис на лицах своих игроков. — Если вы собрались всерьез играть в футбол, так и тренировать нужно футбол! Вы должны совершенствовать свое техническое мастерство за счет таких упражнений, которые требуются для конкретных зон поля. То есть, проще говоря, мы
