Одним из недостатков Плеве была склонность применять излишнюю силу и бороться запретами. При подобных проступках министра необходимой сдерживающей стороной выступал Государь. Так, Плеве собирался отменить Русское Собрание, но в итоге передумал и стал его членом, потому что Государь был хорошего мнения о Русском Собрании и назвал его полезным и нужным явлением. Русское Собрание создали первые 40 учредителей в октябре 1900 г., ставя своей целью отстоять от иноземного культурного поглощения русский язык, культуру, письменность, духовные ценности и быт. На первом заседании присутствовало 120 членов, в 1902-м числилось 910, а годовой членский взнос составлял 10 рублей (з/п заводского рабочего в среднем 20 р. в месяц). В Русское Собрание входили такие личности, как генерал H. H. Сухотин, доктор богословия Т. Н. Буткевич, М. Ф. Таубе, начальник переселенческого управления A. B. Кривошеин, протоиерей И. И. Восторгов, В. М. Пуришкевич, историк Д. И. Иловайский, художник Н. К. Рерих, издатели A. C. Суворин и И. Д. Сытин, А. И. Дубровин, П. А. Крушеван, Б. В. Никольский, М. В. Родзянко, В. В. Шульгин, Л. А. Тихомиров, Б. В. Штюрмер, шталмейстер и сенатор A. A. Римский-Корсаков [32]. Действительным членом Русском Собрания состояла графиня С. Д. Толь. Кроме действительных, были почетные и пожизненные члены.
В понимании важности отстаивания особенностей русского государства с ними сходился С. В. Зубатов, бывший начальник московского Охранного отделения. Он считал Самодержавие национальной формой правления, обеспечившей развитие России и ее достижения. Без Монархии он не видел возможности существования России, и часто доказывал эти положения на исторических примерах. Для того чтобы бороться с разрушительными революционными течениями, нужно устранить причину недовольства, и важно прежде убедить рабочих, что Царь надпартийный и внеклассовый правитель, заинтересованный в благосостоянии своих подданных, поэтому рабочим нужно вести диалог с властью, а не идти на конфликт с ней и на революционное разрушение, которое может только отнять, но не дать и не улучшить. Идеологом профессионального, умственного и нравственного, а не революционного рабочего движения был Лев Тихомиров. Контрпропаганда давала определенные результаты, наибольшее влияние рабочие организации Зубатова завоевали в 1902 г., но потом глава профессионального рабочего движения и министр Внутренних Дел вступили в конфликт (в нем был замешан Витте, метивший на пост Плеве). Всегда печально, когда лучшие, талантливые люди не могут ужиться друг с другом из-за особенностей характера. Примерами служат генералы 1812 г., Зубатов и Плеве, Коковцов и Сухомлинов, Деникин и Краснов.
В 1903 г. Зубатов был уволен, что не изменило его убеждений. В марте 1917 г., узнав об отречении Императора Николая Второго, Зубатов застрелился [3. Т.15. ген. А. И. Спиридович «При царском режиме»]. Что касается Плеве, то его террористы взорвали бомбой, когда он ехал для проведения доклада Государю. 15 июля 1904 г. Николай II записал в своем дневнике: «В лице доброго Плеве я потерял друга и незаменимого министра вн. д.». В то же время смертные приговоры вынесли виленскому и харьковскому губернаторам, а 6 мая 1903 г. был убит уфимский губернатор Богданович.
Работа над профессиональными рабочими организациями была оставлена, хотя о ней продолжал писать Л. Тихомиров, противопоставляя социализму христианские идеалы. Он подавал записки генералу Д. Ф. Трепову, а позже П. А. Столыпину [82].
Прямой мерой по улучшению жизни рабочих и защите их прав стало принятие ряда законов. Со 2 июня 1903 г. владельцы предприятий стали нести прямую ответственность за несчастные случаи с рабочими, обязательную плату пособий на лечение, страхование на случай болезни; было введено нормирование рабочего дня (максимум 11,5 часов, потом будет установлен предел в 10 часов), а с 10 июня был установлен порядок выбора фабричных старост для общения с работодателем и властями. Такое рабочее законодательство оказалось самым передовым в мире. Уровень безработицы в России 1900–1910 гг. был на порядок ниже, чем на Западе, всего 1–2%, в то время как заработки русских рабочих (для 1913 г. уже 30 руб.) по покупательной способности уступали только американским. Расчет этого произвел и доказал советский академик Струмилин [67].
Даже перед революцией рабочий год в России составлял 250 дней, а в Европе около 300. Поэтому если в рабочем вопросе у Российской Империи были недоработки и причины для неудовольствий и забастовок, то лучшего положения в мире не было, может, за вычетом Америки.
В такой стране жил подъесаул Краснов и работал на умножение ее сил. Несколько раньше состоялось его знакомство с полковником А. А. Поливановым, редактором «Русского инвалида». Эта газета, которой Краснов дал большинство своих статей, была основана в Петербурге П. П. Пезаровиусом в 1813 г., весь доход от нее назначалось передавать жертвам недавней войны: раненым, инвалидам, вдовам и сиротам. В самом крупном романе П. Н. Краснова «От Двуглавого Орла к красному знамени» есть XXVI глава пятой части, которая была опубликована в самом первом издании, в 1921-м г., а в 1922-м убрана автором [45]. Исключенная глава содержит характеристику «Русского инвалида» и Поливанова, который сыграет в истории России несколько зловещую роль. Понять его поможет эта глава [44]:
«С новым царствованием появились новые люди. Военным министром стал Куропаткин, назначивший Поливанова главным редактором газеты «Русский инвалид» и журнала «Военный сборник». Газетка была маленькая, захудалая, без читателей. Печатались в ней приказы о производстве, назначениях и наградах, помещались сухие, казенные, по трафарету составленные, описания парадов, смотров и маневров, которые никто не читал, и статьи технического или военно-исторического содержания И газета, и журнал были узко казенными, и в нарождавшейся тогда русской прессе с ними не считались. Но для Поливанова это было поле деятельности. В какой-нибудь год он так расширил «Инвалид», так углубил его программу, что с ним стали считаться в русской и заграничной прессе. Ставши редактором «Русского инвалида», Поливанов не только вывел в люди газету, но и сам лично вошел в круг русских газетных деятелей. Поливанов стал мостом между военной кастой и общественными деятелями. Та внутренняя политика, которая нарождалась в те дни в русской прессе, стала отражаться и в «Русском инвалиде».
Вот как. Рассказанное о Поливанове очень важно, и надо будет потом вернуться к содержанию исключенной главы для его характеристики и вскрытия связи с общественными деятелями. Пока для нас важно, что Поливанов поднял «Русский инвалид» и сделал ее любимой газетой Государя, читавшего ее постоянно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
