Для Государя был составлен особый доклад. Раньше, в «Дневнике Начальника Конвоя», Краснов методично давал оценку боевых качеств турков, греков, абиссинцев — по внешней боевитости, дисциплине, типу оружия, породе лошадей. Те же наблюдения он проделывал в Азии, а также на границе с Турцией и Персией — очерки «В сердце Закавказья».
После возвращения Краснов попадает на большие маневры под Курском в качестве ординарца министра Куропаткина. Алексей Куропаткин тоже выпускник Павловского военного училища, до августа 1878 г. начальник штаба при дивизии Скобелева, кумира детства П. Н. Краснова. На маневрах войск четырех военных округов Куропаткин возглавил «Южную армию», начальником штаба взял генерала Сухомлинова. Южная армия отлично показала себя и выделилась хорошей боевой подготовкой [76]. Замеченные недочеты с критикой лишнего писания в штабах, увлечения кавалерией единоборством в ущерб иным задачам, замечания по обороне и тактике Военный министр представил в обширном докладе [52].
Эти неизменные доклады, венчающие каждое дело, показывают устремленность эпохи. За ходом проведения маневров наблюдал Государь Николай II. В Курске, принимая депутацию от крестьян, 29 августа 1902 г. Он сказал им: «Весною в некоторых местностях Полтавской и Харьковской губерниях крестьяне разграбили экономии. Виновные понесут заслуженное наказание, и начальство сумеет, Я уверен, не допустить на будущее подобных беспорядков… Помните, что богатеют не захватами чужого добра, а от честного труда, бережливости и жизни по заповедям Божиим. Действительные нужды ваши Я не оставлю своим попечением».
И заверение не было пустопорожней агитацией, как у демократов перед выборами. Перед этим словом Государя Особое совещание 1899–1901 гг. провело исследование экономического положения центрально-черноземных губерний. Одновременно с весны 1899 г. работала комиссия В. И. Ковалевского и с ноября 1901 г. — комиссия В. Н. Коковцова об экономическом состоянии центра. Сверх перечисленного, в январе 1902 г. Государем было утверждено Особое совещание о нуждах сельскохозяйственной промышленности под председательством Витте, деятельном участии министра земледелия A. C. Ермолова и «ключевой роли» A. A. Риттиха [16]. Упомянутые в Курске крестьянские грабежи произошли после данных учреждений, с середины марта 1902 г. Дальше, уже летом, забота властей о крестьянах выразилась в созвании губернских и уездных комитетов о нуждах с/х промышленности. Итоги их работы были подведены в начале 1903 г. Подавляющее большинство уездных и губернских комитетов обосновали необходимость ликвидировать общину или облегчить возможность выхода из нее. Таким образом, власть заблаговременно готовила необходимые меры по разрешению земельного вопроса, тщательно готовилась к реформам. Как показывает опыт, нет ничего более худшего, чем неподготовленные, непродуманные и поспешные реформы, ломающие установившийся порядок, хороший или недостаточно, но не устанавливающие новый, не создающие жизнеспособную, не искусственную систему. Для понимания личной сознательности и роли в происходящем Государя, следует указать на воспоминания бывшего президента Франции Э. Лубэ, 1910 г.: «О русском Императоре говорят, что Он доступен разным влияниям. Это глубоко неверно. Русский Император Сам проводит Свои идеи. Он защищает их с постоянством и большой силой. У Него есть зрело продуманные и тщательно выработанные планы. Над осуществлением их Он трудится беспрестанно. Иной раз кажется, что что-либо забыто. Но Он все помнит. Например, в наше собеседование в Компьене [в сентябре 1901 г.] у нас был интимный разговор о необходимости земельной реформы в России. Русский Император заверял меня, что он давно думает об этом. Когда реформа землеустройства была проведена, мне было сообщено об этом через посла, причем, любезно вспомянут был наш разговор» [61]. Лубэ избрал президентом в 1899 г. блок левых партий, поэтому в монархических пристрастиях он никак не может быть обвинен. По случаю нового 1902 г. Николай II и Эмиль Лубэ обменялись поздравительными телеграммами и благодарностями за посещение Франции, Николай II назвал ее «прекрасной, дружественной страной», а 9 мая 1902 г. Петербург, весь во флагах, встречал французского президента, который возложил меч на гробницу Императора Александра Третьего [88]. Атаман Краснов в 1918 г. напомнил союзникам об этом дне, желая убедить их: «Долг платежом красен» [3, Т.5, с. 283].
Необходимость ставки на личную инициативу в сельском хозяйстве была выяснена, и в манифесте 26 февраля 1903 г. было приказано принять меры к отмене круговой поруки в общине и изыскать способы для облегчения выхода крестьян из нее. Если столичная печать выразила желание насаждения в России хуторских хозяйств, то в Сибири это было воспринято как иллюзия, — более близко к осуществлению и целесообразнее переселение на окраины, где более чем достаточно земель, а развитие путей сообщения позволяет осуществить массовые переезды [88, 9 апреля 1903 г.]. Целым рядом указов Императора от 12 августа до 9 ноября 1906 г. была основана новая аграрная политика, и оба направления были реализованы.
Возвращаюсь к Петру Николаевичу. Бывший ординарец Куропаткина пишет работу «Большие Курские маневры», зимой получает новую командировку на границы Персии и Турции, которые объезжает от поста к посту. Литературное отображение этого — очерки «В сердце Закавказья» в газете «Русский инвалид» за 1902–1903 гг. Петр Краснов как путешественник догнал старшего брата Андрея, а самое главное, много прибавил в жизненном опыте, для писателя это особенно важно.
В 1903 г. Краснов печатал в «Военном сборнике» очерки «Боевая подготовка сотни» (Г. Щепкин). Деникин пишет, что, по мнению частной военной печати, статьи и рассказы Краснова выдавали «большее знание столичное и гвардейской жизни, нежели армейской». Разумеется, раз Краснов служил в Лейб-Гвардии Атаманском полку, то такую жизнь и описывал, а будет и армейская, и пограничная. Главного героя рубрики Краснова «Вторник генерала Бетрищева» Деникин зовет alter ego Краснова, и приводит его слова: «В дворянине — офицере сидит больше смелости, больше решимости, он меньше боится ответственности. По самой природе своей испокон веков дворянин — слуга Государя и Отечества. В нем поэтому больше готовности служить не за страх, а за совесть. Благодаря обеспеченности чужим трудом, он менее или совсем не сребролюбив. Он мог развить в себе те деликатные качества рыцаря, которые в офицере необходимы». Для уточнения мысли автора надо привести следующее выражение Деникина: Краснов смущал армейскую среду статьями с восхвалением «дворянской армии «Войны и мира» в противовес современной армии разночинцев купринского «Поединка»…» [21]. Скорее ко времени «Войны и мира», нежели к XX веку, относится обеспеченность чужим трудом дворянина по сравнению с другими сословиями. Во всех своих рассказах и романах, изданных как в Российской Империи, так и в эмиграции, Краснов рассказывает об обеднении дворянства, которому осталось жить только на жалованье, заработанное своим трудом на государственной службе. Именно так служил Краснов и основная часть офицерского корпуса, кроме самой обеспеченной элиты. Именно дворянство обозначает название романа «Опавшие листья», в котором Краснов пишет о рыцарях двадцатого числа (дня выдачи жалованья).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
