— Разное… — чуть замялся мальчик, — Но я искренне восхищен вами!
Тут внезапно опомнившийся фотограф подскочил к ним. Заметив его, Люциус и Гарри, как по команде, повернули головы и улыбнулись, не разрывая рукопожатия.
Щелчок, и они уже просто беседуют, опустив руки.
— Не поверите! Но я собирался искать с вами встречи! А тут буквально сама судьба привела вас ко мне!
— Правда? ВЫ собирались искать встречи со МНОЙ?
— Правда. Познакомиться с гением, и не побоюсь сказать «Гением» с большой буквы, большая честь для меня! — сказал мальчик. Затем понизил голос так, чтобы слышал только Малфой. — И кое-какие общие дела.
Люциус ещё раз глянул на серьгу и кивнул.
— Драко, — обратился отец к сыну. — Не мог бы ты пока что, развлечь наших дам ВЕЖЛИВОЙ и ПРИЯТНОЙ беседой, а нам с юным НАСЛЕДНИКОМ Поттеров, есть о чем побеседовать за чашечкой чего-нибудь прохладного в Кафе Фортескью, — сильно выделяя отдельные слова голосом, сказал он. После чего Гарри и Люциус, чуть ли не под руку, покинули магазин.
— Я в ахуе! — выдала Джинни на своём "родном".
— Я тоже… — добавил Драко. — И да, я знаю русский, — сказал он, заметив странный взгляд Джинни.
— Че за нахуй? — тихо прозвучало рядом с ними. Оба обернулись на… Гермиону.
— Что?! — уставилась на них она. — Я же "заучка" Грейнджер. Естественно, я знаю несколько языков.
* * *
— Признаться, я удивлён, Гарри. Могу я тебя так называть? — начал Люциус разговор, когда они оказались в кафе, заняли столик, сделали заказ и Люциус поставил заглушающие чары.
— Конечно, можете, Лорд Малфой, — ответил Гарри.
— Сын описывал тебя иначе, — обтекаемо заметил Малфой.
— Ваш сын… Ему следует чаще быть собой, а не копировать вашу маску. Для него это тяжело и даже больно. Согласитесь, холодная надменность и злая язвительность хороша для чиновников (или против чиновников). Но не для детей.
— Хм… Я попробую ему это объяснить.
— И он не умеет улыбаться, — на это Люциус чуть приподнял бровь.
— Улыбка для политика, как меч для мечника — требует безупречного владения. Он же, пока, владеет лишь ухмылкой…
— Мне больно это слышать, Гарри, — признался Люциус. — Но не заметить справедливость этих слов будет преступно для меня…
— Вот, чем так важен для нас с ним Локхард. Он — мастер улыбки!
— Что ж, теперь я понимаю смысл тех ваших слов про алмаз. Но у вас ведь и так неплохо выходит?
— Я учился самостоятельно. Тренировался перед зеркалом… И то, от первой моей улыбки побледнел гоблин… А тут я нашёл УЧИТЕЛЯ! Улавливаете разницу?
— Это как же надо оскалиться, чтобы побледнел гоблин, — задумался Люциус.
— Показать?
— Думаю, не стоит, — решил он, подозревая, что это может пойти во вред встрече.
— Леди Сельвин уже сказала вам про Добби? — резко поменял тему и посерьёзнел мальчик.
— Да, — кивнул Люциус и тоже подобрался. — И это очень прискорбно. Я замечал, что он как-то уж очень необычно выглядит. Всё время побитый и неухоженный. Но думал, что он просто растяпа. Но такого даже представить не мог. Становятся понятны теперь эти рейды Министерства… С таким-то наводчиком…
— Наш план по Аврорату в силе? — спросил мальчик. Люциус замер и очень внимательно посмотрел на Гарри.
— Наш?
— Да. Идея была моя, а Леди Сельвин только проводила переговоры, — взгляд стал ОЧЕНЬ внимательным. — Предваряя вопрос, Лестрейнджи тоже моя работа. И да, я целенаправленно лезу в политику.
— Почему?
— А у меня выбора нет, — пожал плечами мальчик. — Я с возраста в один год Фигура. А фигуры рано или поздно с доски сметают. Я же собираюсь стать ИГРОКОМ. И самому смахнуть пару фигур с доски.
— Кто? — вопрос был задан так, что не оставалось сомнений, что реальный смысл: "Кого ты приговорил?".
— Добрейший Дедушка и Непослушный Внучок с красными глазками.
— Я правильно понял? — слегка шокировано переспросил Люциус. — И Дамблдора, и Лорда?
— Именно. Они фанатики. А фанатики опасны. Они развязывают войны и топят в крови восстания.
— А сил хватит? — наклонился к нему Люциус.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А тебе можно верить? — ответно наклонился мальчик к Люциусу.
— Я — раб Лорда.
— Жалеешь об этом? — глядя ему в глаза с расстояния около пятнадцати сантиметров, спросил Гарри.
— Жалею. Не хочу быть ничьим рабом.
— Свободы хочешь? — взял его за руку Гарри.
— Хочу, — не отводя взгляда, ответил Люциус. Мальчик накрыл другой ладонью метку через рукав мантии.
— А сдохнуть, обретая свободу, не боишься?
— Не боюсь.
— Тогда терпи! Ты же не хочешь потерять лицо? — бросил взгляд вокруг мальчик. Снова поймал взгляд Малфоя и пустил силу.
Люциусу хотелось орать, биться в конвульсиях. Но он был на виду. На них смотрели. И он держался. Изо всех сил держался. Хоть его и трясло. Хоть мышцы окаменели от напряжения…
И, наконец, все закончилось.
Мальчик отпустил его руку. Прожжённая насквозь ткань слегка дымилась, как и покрасневшая на руке кожа. Малфой ошарашенно восстанавливал дыхание, пытаясь понять и осознать, что же именно только что произошло.
— Ты свободен, Люциус Малфой, — сказал мальчик.
— Спасибо, Гарри.
— Что будешь делать теперь? — спросил Гарри.
— Буду выполнять НАШ план, — усмехнулся Люциус.
— Тогда, удачи, — сказал мальчик.
— Даже не поинтересуешься, что за гадость ждёт в Хоге?
— Нет, — легко улыбнулся мальчик. — Меньше знаешь, проще пить Веритасерум.
— Полностью разделяю твоё мнение… — усмехнулся Малфой. — Гарри… — перешел вновь на серьезный тон Люциус.
— Да?
— Есть еще желающие свободы…
— Следующим летом и в маске. Мне такая известность пока не нужна…
— Дела наследства?
— Они самые, — насторожился мальчик. Люциус это заметил.
— Я знаю о завещании Вальпурги Блэк, — пояснил свою мысль мужчина.
Мальчик поднял бровь в немом вопросе.
— Просто завещание Леди Блэк касалось двоих. Тебя и Драко.
— Почему тогда, ты не отправил его на Испытание? — спросил мальчик.
— Испытание Крови — ритуал довольно опасный, — заметил Малфой, — К тому же два Покровителя… Сложно понравиться обоим… — помолчал Люциус, видимо что-то вспоминая. — Я люблю своего сына. И рисковать им ради всего лишь денег? Он и так Наследник. Титул Лорда получит от меня, без лишнего ритуала. Зачем нам чужое? Нам хватает своего…
— Знаешь, Люциус, я все больше начинаю тебя уважать… Если выяснится, что и женился ты по любви…
— То что? — хитро прищурился Люциус.
— То возьму тебя в долю… — решился мальчик.
— Это была весьма занимательная история… Я увел ее у Яксли. Пришлось вызвать на дуэль Главу Рода Блэк. Вызвать и победить… Поскольку Цесси подлила ему слабительного зелья… Как мы потом напились с ним на свадьбе…
— Ты, практически, мой кумир, Люциус! — рассмеялся мальчик, — Свяжись с Леди Сельвин, нам нужен твой гений в алмазном бизнесе…
* * *
глава 14 том 1
Крайние две недели перед школой прошли суматошно. Сильно насмешил Флитвик, плюхнувшийся на выходе из портала в заполненный до краёв кратер посреди пустыни.
Профессор вылез и долго смеялся вместе с Гарри. Так как, перемещаясь в пустыню к мальчику, был готов ко всему, кроме воды.
Потом полугоблин осмотрел палочку Гарри, содрогнулся и сказал, что первый же взмах этой палочкой станет последним в его (Флитвика) жизни. Либо сквибом станет, либо сдохнет, поскольку такие потоки магии, на которые уже настроилась эта палочка, он контролировать не сможет.
Дал несколько советов по беспалочковой магии и, так как у мальчика накопились вопросы, проконсультировал по окклюменции.
Пожелал успехов и унёсся порталом сушиться.
* * *
Одиннадцатого августа праздновали день рождения Джинни.
Справляли его в Норе. Весело и суматошно, как собственно и всё в семье Уизли.
Гарри подарил ей крепление для палочки на руку. Такое же, как и у него самого. И книгу с описанием ритуала кровной привязки для палочки и крепления.
