носит это на сердце. Сочувственно смотрю на подругу.
— Не знаю, Руби.
— А я не знаю, что с тобой случилось! — восклицает она запальчиво. — Десять лет я смотрю на тень своей подруги, а последние пять не вижу даже тени! Ведь ты же была другой. Я помню день празднования победы, как ты танцевала, как подарила Райдену свой платок. Что переменилось?
Пожимаю плечами, глядя в пустоту.
— Не знаю, Руби, — повторяю я. — Может, это я переменилась?
Она смотрит на меня, будто не верит не единому слову. Встаёт и направляется к камину, над которым стоит доспех с перекрещёнными саблями. Метал скрежещет, когда Руби вырывает сабли из композиции. Одна из них летит к моим ногам.
— Гори оно всё, Вильгельмина Игельстрём. Я вызываю тебя на дуэль.
— Ты с ума сошла?
Радуюсь, что не пила чай в этот момент, ибо я бы точно поперхнулась. Руби смотрит на меня с угрожающим прищуром. Наверное, так она смотрит на контрабандистов и пиратов, прежде чем обрушивает на них клинок и пламя.
— Я не буду с тобой драться, — спокойно говорю я, сцепляя пальцы в замок.
— Очень жаль, тогда мне придётся тебя зарезать.
Один шаг в мою сторону, что-то среднее между шагом в танце и фехтовании — особый стиль Руби — и взмах сабли. Более чем красноречивое предупреждение. На всякий случай я вскакиваю и ныряю за спинку кресла. Библиотекаря не видно: скорее всего, он уже ушёл, оставив особых гостей одних.
— Остановись, — пытаюсь вразумить подругу.
— А что? — изящный разворот, и кончик клинка указывает в мою сторону. — Это милосердие. Посмотри на себя, Вилле, разве это жизнь?
— Ты перегибаешь.
— А ты боишься. Мне казалось, что Академия пробудила тебя прежнюю, но, видимо, ошиблась.
— Конечно, я боюсь сражаться с тобой! У тебя десять лет практики с обученными воинами, а у меня — десять лет расшаркивания на светских приёмах.
— О нет, Вилле, ты боишься вовсе не этого! — она начинает обходить кресло, и мне приходится двигаться вокруг него, чтобы отдалиться от разъярённой драконицы. — Ты боишься себя, правды, рассказать, что ты в беде, показаться навязчивой, боишься поговорить с Райденом и признаться, что до сих пор любишь его!
— Мы не виделись десять лет!
— Что такое десять лет для дракона? Мы проживём пятьсот в худшем случае! — рычит она, и я, быстро наклонившись, хватаю саблю и выставляю перед собой. — Он тебе мир к ногам готов бросить!
— Я этого не заслужила! — кричу я.
Клинки скрещиваются с такой силой, что металл высекает искру.
— Я предала его, сердце разбила и сбежала, — выдыхаю с горечью. — А теперь приду просить о помощи?
— Так в этом всё дело? — она снова пробует атаковать, вяло, медленно, как в начале тренировки на разогреве. Проверяет, способна ли я вообще удержать оружие. — Знаешь, твоя отстранённость и молчание в ответ на его вопросы выглядят так, будто это ты на него в обиде. А ты просто в глубоких муках совести?
Опускаю клинок, полагая, что она закончила придуриваться, и чуть не пропускаю атаку, едва успевая отскочить.
— Руби!
— Не зевай! — восклицает она, сверкая глазами. — Ну же! Моя лучшая подруга — не вялая ледышка, она снежная буря!
Я знаю, что она сдерживается, но мне всё равно с трудом удаётся держать оборону. Она атакует с разных сторон, легко перебрасывает саблю, меняя руку, в долю секунду оказывается с открытой стороны, чтобы снова ударить. Мы сражаемся минуты две, а я уже запыхалась.
— Я ценила твою деликатность в вопросе меня и Винса, — говорит Руби расслабленным тоном, будто в её руках сейчас не порхает клинок, а мы просто сидим за чашкой чая. — Потому тоже не лезла в твои дела. Ты большая девочка, в конце концов. Но что-то мне это поднадоело. Мы здесь, можем решить многие вопросы и проблемы. Потому я предлагаю по старой студенческой традиции играть на желания. Кто выиграет дуэль — тот загадывает.
— Это нечестно! — хриплю я, снова отступая к стене. Ещё три шага — и я упрусь в неё спиной.
— Да ну? Всё честно! — заверяет Руби. — Если ты проиграешь, то немедленно идёшь к Райдену и говоришь с ним по душам.
— А если ты проиграешь? — выпаливаю я, подныривая под её руку в попытке ударить в бок, но снова сталкиваюсь с разницей в нашей скорости реакции. — Пойдёшь к Винсу?
— Разумеется, — она широко улыбается, показывая белые зубы. — Только вот я не проиграю.
Краем глаза успеваю заметить приближающееся лезвие по отблеску в нём настенной лампы. Успеваю среагировать, отскакиваю, и удар приходится на светильник, который с шипением разлетается на осколки.
— Ректор нас убьёт.
— Когда нас смущали такие мелочи? — хмыкает Руби. — Тем более одна твоя улыбка — и он самолично пойдёт бить лампы.
— Я не о том, — закатываю глаза. — Может, перенесём действие в более безопасное для случайных предметов место?
Руби подозрительно щурится.
— Если это уловка…
— Пошли уже, — вздыхаю я, насильно выпихивая её из библиотеки.
Нас встречает залитый лунным светом парк Академии. Почти все листья уже опали с деревьев, и только ивы радуют потускневшей, но всё ещё зелёной листвой. Кусты с хризантемами даже в ночи кажутся яркими, некоторые даже светятся — видна работа Веспулы.
Мы становимся друг напротив друга и кланяемся, как положено драконам-дуэлянтам. Звук поливалки на фоне немного убивает пафос, но серебристые брызги в лунном свете, напротив, добавляют картине торжественности.
— Только не меняй ипостась, — прошу я. Руби серьёзно кивает.
— Хорошо. Без драконов, так и быть.
Даже так у меня нет шансов, но это не повод сдаваться. Тело неохотно вспоминает ранее отточенные до мастерства движения. Эх, было бы у меня копьё!
Не могу не восхититься её скоростью и техникой. Вот она, настоящая боевая драконица, со мной она просто играется, как кот с мышью, снова заставляя уйти в глубокую оборону. Пропускаю несколько ударов. Хорошо, что декоративные сабли совершенно тупые, но уже чувствую, что синяки неизбежны. Моя тонкая белая кожа вообще к ним очень склонна, не зря мне до сих пор приходится прятать шею после встречи с пальцами Эйвана.
Мне бы достать Руби хоть разок! Но она легко уходит от моих попыток, словно в танце, то справа, то слева мелькают её рыжие волосы.
— Это как бить ребёнка, — мурлычет она.
— Ещё и глумишься!
— Привычка. С пиратами без взаимных улюлюканий считай не драка.
Для Руби мои жалкие потуги, наверное, откровенно скучны, но несмотря на то, что я снова запыхалась, я ощущаю нарастающий азарт. Подруга явно замечает это и потихоньку наращивает темп.
— Ты завтра с постели не
