Ли Шен усмехнулся и спустился ко мне, приблизил лицо к моему и шепотом произнес, как угрозу:
— А иногда лучше уничтожить женщину, что морочит голову моим воинам.
Вместо ответа я выставила демонстративно руки, мол — давай! — связывай, веди на эшафот или как там у вас здесь всё делается?!
— Вперед!
Демон бросил быстрый взгляд на запястья и снова посмотрел в глаза:
— Может и правда стоит.
На конце предложения Ли Шен издал короткий стон — это я, пока он отвлекся, незаметно опустила одну руку, достала кинжал и поднесла острие к шее. Демон не ожидал, и по глазам вижу, как сильно он удивился.
— Поспеши, — подстрекала гневно я. — Мне несложно — я стану любой в твоих глазах, Ли Шен: предательницей, гулящей женщиной, морочащей мужчинам головы. Потому что мне надоело бить себя в грудь и доказывать обратное, что яникогда не предавала тебя.В тот день со мной не было никакого мужчины, и ты знаешь об этом, я уверена. Мне обидно, что ты заставил меня пройти через всё это, но… — сделала паузу и проморгалась, чтобы сдержать слезы, — но при этом я благодарна тебе, ведь сейчас я изменилась: стала сильнее, увереннее, свободнее. Я многому научилась. Особенно тому, что никогда нельзя терять бдительности. Прям как сейчас, да, Ли Шен? Я не сумела ранить тебя на поединке, но сумею сейчас, хочешь?!
Демон ухмыльнулся, а затем, моргнуть я не успела, как он выбил кинжал, заломил больно руку, а меня притянул к себе спиной. Быстро, резко. Я испуганно забилась в его объятиях, как пойманная птичка. Задрожала, как олененок под прицелом охотника.
— Что-то ты уже не такая смелая как раньше, моя прекрасная Янлин.
— Я не твоя, — злобно процедила, оскалившись.
— Моя, — отозвался глухо Ли Шен. — Всё во фракции принадлежитмне.
Я возмущенно дернулась, владыка сжал руки за спиной сильнее, ухмыляясь и выдыхая рядом с моим ухом. Будоражит гад! Хотя я не показываю этого. И может, только мурашки на шее выдают мою пагубную симпатию к демону…
Выдержав небольшую паузу, видя, что спорить я не собираюсь, Ли Шен сперва ослабил хватку, а потом вовсе отпустил. Я повернулась к нему. Взгляды пересеклись: ненавистный мой и насмешливый его. Мне столько всего хотелось сказать, но… нужно ли? Я прищелкнула язычком и поспешила скорее удалиться. Как назло, ноги путались! Ненавижу, ну почему Ли Шен так влияет на меня?!
— Отвратительная лестница, — возмутилась я, а-ля нашла оправдание своей неуклюжести, затем тут же ускорила шаг и быстренько… сбежала.
38
Я вернулась в домик, где живут разведчицы. Если со стороны улицы доносились смех и девичьи разговоры, то, когда я зашла внутрь, — воцарилось молчание. Девушки поглядывали на меня из-под лба. Уверена, частично моя персона фигурировала в их беседах. Я прошла через всю комнату к своей кровати у окна, легла и прикрыла глаза, притворяясь спящей. Во-первых, хотелось поскорее выкинуть лицо главы из мыслей; во-вторых, спать и правда пора — позднее время.
— Янлин, — вдруг обратилась одна из девушек.
Я приоткрыла один глаз и холодно спросила:
— Что?
Другие адептки взвились, выпрямились и уставились внимательно на меня. Я снова закрыла глаза, равнодушно поясняя:
— Если ничего серьезного, то не отвлекайте — я дико устала и хочу спать.
— Мы тут думаем: сдали экзамен или нет.
Допустим. Я не отвечала, продолжая лежать с закрытыми глазами, слушая их робкий лепет.
— Просто все сразились с главой Ли, правильно?! Кто-то лучше, кто-то хуже, но… в конце так ничего и не сказали. Ни командиры, ни сам глава фракции. Можно считать, что мывсепрошли в армию воинов?
Да, интересный вопрос. И правда ведь ничего по итогу не сказали.
— Зачем гадать?! Рано или поздно узнаем.
— Ладно просто воины, — буркнула другая девушка, — меня больше интересует, дарует ли глава Ли кому-нибудь силу Теней?!
— Скорее всего Янлин и Тао, — ответила первая.
Я шумно выдохнула, прищелкнув недовольно языком, и процедила:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не хочу.
— Не хочешь?! — раздался удивленный хор.
Я открыла глаза и повернула к адепткам голову:
— Получить часть демонической силы — здорово, но заковать в рабские цепи свою душу ради этих сил… глупо.
— Зато какая мощь! Одна сможешь противостоять десятерым!
— Просто действуй грамотно, чтобы не пришлось одной противостоять десятерым, — серо пробормотала я, девушка насупилась. — Нам много рассказывали про Теней. Тени — это глаза, слух и обоняниенастоящегохозяина, а сами люди, ставшие на путь Теней, превращаются в обычных кукол, которыми Ли Шен руководит одними только мыслями.
— Не всегда же, — пожала плечами адептка на кровати у двери. — Он может залезть в голову своих Теней — да, но в основном во время битвы… Зачем ему лазить просто так? Ли Шену это не нужно, у него своих дел много.
..Не в моем случае. Слишком много нас связывает с демоном: чересчур близкого, интимного, запретного… Онзахочетзнать мои мысли. Когда просто смотрю на него, когда разговариваю с ним, когда злюсь и колко отвечаю — всегда. Проникнет в голову и поймет, что он — тот, кто не покидает мои мысли, что они наполнены звучанием его голоса… Тогда я совсем-совсем предстану перед ним нагая. Не хочу. Никогда.
— Может, ты и права, — монотонно ответила я. Легче согласиться, чем объяснять почему категорически против.
Дальше девушки заговорили между собой, меня в беседу больше не втягивали. Обсуждали бои, «танков», главу Ли… Я особо не вслушивалась; снова прикрыла глаза и попыталась уснуть.
И вот когда я почти провалилась в сон, в дверь постучали. Сон сняло как рукой. Все напряглись. Кому мы понадобились в столь позднее время? Военная тревога?! Нет. Обычно тогда вообще не стучатся — просто врываются с приказом срочно собираться, и всё.
Нежданной гостьей оказалась какая-то дама из главного дворца, она сообщила:
— Ян Янлин, тебе нужно пройти со мной.
39
— Куда и зачем? — резко отозвалась я.
Женщина сузила глаза и пригляделась ко мне словно к преступнице, скрывающей свои темные намерения относительно их фракции — не меньше! Ещё и вид у неё был такой…злобный.Хотя, на первый взгляд, женщина хоть и в годах, но выглядела хорошо; просто энергетика негативная. Тот случай, когда видишь человека и сразу понимаешь — характер отвратительный.
— Узнаешь, — грубо кинула она и скорчила недовольную гримасу.
Пиранья!
Но ничего не поделаешь — идти придется, не выяснять же с ней отношения при адептках. Им только дай волю пообсуждать меня, а новую порцию тем подкидывать не собираюсь. Я глубоко вздохнула, поднялась и твердым шагом направилась к женщине; уже когда подошла, быстро сказала ей:
— Я готова.
Она смерила меня взглядом:
— Следуй за мной.
Мы покинули домик и зашагали по темной аллее, ведущей к дворцу. Кровь похолодела, когда за следующим поворотом к нам вышла стража. Здоровенные мужики встали по обе стороны меня. Ох, не нравится мне всё это.
Вдруг мы свернули с аллеи к совершенно другому домику.
— Куда мы идем? — сипло спросила я.
Всё ближе и ближе подходим, а сам вопрос так и остался без ответа.
— Разувайся, — велела женщина уже на пороге, потом сама же сняла обувь и вошла внутрь; её хрупкая фигура растворилась во тьме.
Я медлила. Один из здоровяков толкнул меня легонько в плечо, мол исполняй приказ. Выбора нет — исполнила.
Я думала, воины последуют за нами, но нет, они остались охранять вход. Тревога поедала душу. Тьма комнаты поглотила меня, я шла на ощупь, но вскоре увидела тусклый свет от свечей за бумажными дверями а-ля сёдзи* в Японии. Рисунок бамбука на них переливался желтым и ярко-оранжевым. Раздвинув дверцы по сторонам, я вошла в комнату. Меня там ждали прислужницы; та, что привела сюда, стояла в уголу, скрываясь в тени; она мрачно приказала:
