хорош постоянно и это проблема. У него не происходит ощутимого замедления в течение боя. Хуже того, у него нет накопления травматизма и ранений. Каждый новый день он также здоров, как и прежде, невзирая на полученные накануне повреждения. Другими словами, он всегда находится в высоком тонусе и ему не требуется время на отдых и восстановление. Такое кажется невозможным, но видеозаписи это подтверждают.
Второй момент — его манера ведения боя. У него явно огромный опыт. Все его движения глубоко забиты в рефлексы и он выполняет их на упреждение любой угрозе. Просмотрев записи, может показаться, что Алекс знает всё наперёд, любой ход противника. Однако нет, он часто импровизирует, подстраиваясь под чужую тактику. В основном он старается нападать, широко использует гранаты, в том числе газовые, дымовые, световые и другие. Как только он чувствует, как ему не хватает огневой мощи, то покидает поле боя. И он чрезвычайно хорошо дерётся без оружия. Его техника включает неизвестные мне даже теоретически приёмы.
— И вы, Рэм, всё равно считаете возможным его убить?
— Да, мэм. Вопрос неожиданного нападения и грамотной слаженной команды. Если хорошо подготовить операцию, она пройдёт без потерь с нашей стороны.
Фрей улыбнулась, хотя Рэм показалось, что она подумала в этот миг о чём-то своём.
— Прекрасно, Рэм. Кстати, вы обмолвились, будто рефлексы Алекса лучше, чем у большинства военных профессионалов. То есть, существуют и более лучшие бойцы?
— По части рефлексов — безусловно. Яркий пример, который попал в наше исследование — Орр Махойу, командир спецотряда Абрафо. Он не молод и имеет высокую массу тела, но отлично тренирован и, кажется, ему достались хорошие гены. Его скорость реакции и движений самую чуть лучше, чем у Алекса, но по скорости анализа боевой обстановки он отстаёт. Также, однажды я встретила интересную четвёрку барсов с искусственно изменёнными генами. Объединяясь перед боем в эмпатическую ячейку, они приобретали очень высокую скорость обработки информации. У меня не сохранилось их записей, но, субъективно, они имеют все показатели ощутимо выше, чем у Алекса.
— А откуда взялись эти барсы?
— Не знаю, мэм. Они проходили во время лесной войны через наши поселения, направляясь на север и огибая широкой дугой Эйоланд. По их словам, они путешествовали в верховья великого черноводного Арсина, — она помолчала, вспоминая. — Они попросили у нас припасов и карты, а также запасные части к электронике. Мы не отказывали — у нас не было войны с ними, к тому же традиционно лесные поселения всегда отличались гостеприимством. Через несколько дней они ушли, но я видела несколько их тренировок и они… впечатляли. Чуть позже мы наткнулись на военный лагерь Фуду. Все ящеры, всего около сорока, оказались уничтожены. Судя по следам, Камо прошли сквозь лагерь ходом, перестреляв всех Фуду в течение нескольких минут.
Фрей внимательно её слушала, склонив голову. Потом спросила:
— Интересно, а в Эйоланде есть такие бойцы?
— Вряд ли, мэм. Эксперименты с генами запрещены и совершенно справедливо. Получить гражданство Эйоланда, будучи явным мутантом, тоже едва ли возможно. Те барсы, про которых я говорила, имели ощутимо переработанные тела. Кстати, возвращаясь к скорости рефлексов — эталоном являются Ти-Лэи. Они абсолютны во всех отношениях, так как обработкой данных занимается компьютер, а торможение за счёт нервной передачи к мышцам и их реакции на сигнал отсутствует как класс. Поэтому, Алекс далеко не уникален, хотя и обладает некоторыми особенностями.
***
— Здравствуй, дружище.
Алекс от души обнял большого и смущённого столь ярким выражением эмоций ягуара. Прижимаясь к его груди — Мирс был выше на две головы и тяжелее в два раза, он сжал его и похлопал по спине.
— Ну будет тебе, будет, — Мирс Джеро сделал слабую попытку отодрать от себя леопарда, но быстро сдался и обнял в ответ.
— Ты всем друзьям так рад, Алекс Багенге?
— Ты единственный, Мирс. У меня нет больше друзей.
— Во всех мирах ни одного, кроме меня?
— Во всех мирах, кроме тебя.
Мирс прижал его к себе сильнее. Он явно расчувствовался.
— Ты раньше никогда такого не говорил.
— А ты не спрашивал. Как поживает Эмека? И малыш Яв Джеро?
— Эмека просила забежать при случае в гости. Хотя бы на ужин. Она очень тебе благодарна. Вся наша семья благодарна, — подчеркнул он. — И ты мог бы остаться у нас на ночь. Яв уже ходит. Я ему рассказываю про тебя в сказках.
Ягуар улыбнулся, продемонстрировав ряд отличных зубов с длинными клыками.
— Мирс, когда закончится весь этот бардак, обещаю прийти к тебе с ящиком пива и хорошо провести время, невзирая на опасность проснуться на следующий день с головной болью неизвестно где. Возможно, пьяного меня и вовсе вынесет на другой конец галактики.
— Рискуешь не успеть, Алекс. Абрафо продолжает тебя разыскивать. Кстати, познакомь меня со своей спутницей.
Мирс присел рядом с застеснявшейся маленькой барсицей, ощупывая её цепким взглядом. Армейская форма клана Жерло, хотя и без символики, несколько озадачила его, но когда он разглядел нашивку с именем, у него едва не стукнулась об асфальт челюсть.
Алекс наслаждался.
— Мирс, это Миса. Миса, этот большой удивленный ягуар — мой друг. Он полицейский. Можешь звать его дядей Мирсом. Мирс, ты чего такой удивленный?
Ягуар откашлялся и потыкал пальцем в нашивку с именем «Миса Багенге».
— Алекс, тебя надули. Она не Багенге.
— Как так, Мирс? Как мой детёныш может не быть Багенге? Это невозможно генетически, ты разве не знаешь? Природа беспощадна, Мирс.
Мирс на всякий случай взял в руки хвост Мисы и аккуратно вытянул его во всю длину. Потом отпустил и дал ему возможность трижды обмотаться вокруг хозяйкиных ног и спрятаться пушистым кончиком в её сложенные ладошками руки.
— Значит, тебя обманули в роддоме, Алекс.
— Ты уверен?
— Точно. Я же полицейский. Если хочешь, могу картинки показать.
— Вот проклятый аист, — расстроился леопард. — Опять всё перепутал. А я, помнится, пытался с ним спорить, а он всё заладил — твоё, мол, твоё, как хочешь, так и забирай.
— Гм… Что за аист?
— Да птица такая. В одном из миров детей родителям приносит. Живёт на крышах домов. Когда работы много, периодически забывает, кого и кому нести.
— Ты чего, прикалываешься, что ли? — Мирс нахмурился.
— Мирс, ну не везде дети появляются так скучно и буднично, как в Эйоланде. Это у вас всё просто, никаких тебе аистов и капустных грядок. Слушай, давай я тебе потом расскажу, откуда дети берутся. Или дома Эмеку спроси, она расскажет тебе так, чтобы психику не травмировать.
Мирс на миг зажмурился, представив, как Рэм его убеждает,
