В связи с Лужицкой культурой отметим также погребальные урны как способ захоронения пепла умерших. Он свидетельствует о коренном переломе представлений большинства европейцев о земном бытии и жизни в загробном мире, который особенно нагляден в позднейшей Культуре полей погребальных урн позднего бронзового века. Захоронения в урнах хотя и появляются уже к концу неолита, например, в центральногерманской Шонфельд-группе, в Анатолии позднего бронзового века, но в Европе они характерны именно для Лужицкой культуры. А в результате переселения племен, происходившем в период таких захоронений, они получают распространение фактически и во всей Европе. Поля погребальных урн особенно распространены именно в Центральной Европе, где их схематично можно разделить на три территории: лужицкую, южногерманскую и среднедунайскую.
К этому периоду относится и переселение племен, которое в XIII в. до Р. Х. всколыхнуло всю Европу и в корне изменило сложившуюся в ее пределах культурную и языковую картину. Это была новая Культура погребальных урн. Ее корни, как уже сказано, обнаруживаются на территории Лужицы, откуда её носители совершают большие походы, завоевывая и компактно заселяя всю территорию от Балтийского моря по направлению к югу, через Альпы до верхней Адриатики и Апеннин. В своих походах они проникали также вглубь Апеннинского полуострова и на другие европейские территории. Ныне преобладает суждение о том, что носителями Культуры погребальных полей были венеты, они же венеды или венды (Й. Покорны, Р. Питтиони, Й. Шавли).
Их язык соответствует общеиндоевропейскому языку второй половины второго тысячелетия до н. э. В то время как у греков, гефитов, иранцев и индийцев формировались национальные особенности, имеющиеся сведения о венетах указывают на то, что они стремились сохранять статус-кво (Г. Девото). И сохраняют его до сих пор, о чем свидетельствуют процитированные в предыдущей главе изыскания Э. Бенвениста о терминах семейного родства у индоевропейцев.
Й. Шавли неоднократно подчеркивает, что выражение «венет- ский» означает языковую характеристику венетов, а «иллирский» в значении, которое сегодня уже не принято, — прежние «север- ноиллирские» территории от верхней Адриатики до Балтийского моря, что, по сути дела, — то же самое, поскольку территориально обозначение «венеты», употребляемое на территории предположительного распространения их языка, встречается как на юге, так и на севере (В. Мейд).
Однако венетам/венедам нельзя приписывать все направления, по которым происходило переселение в Европе в период Культуры полей погребальных урн. О территориях, которые они освоили и заселили в своих походах и на которых удержались на протяжении столетий, кроме пространства между Балтийским и Адриатическим морем, можно судить как по немногочисленным упоминаниям в истории, а лучше – по сохранившимся названиям местностей и племен. Среди наиболее распространенных названий во всей Европе – имя Holm. В славянских языках этим названием обозначают возвышенность округлой формы, чаще всего имеющую две вершины. Выведение данного слова из латинского «culmen» (вершина) не является правильным, потому что такой этимологией можно объяснить лишь наименования, встреченные в тех местностях, на которые исторически оказывала влияние латынь, но не на других территориях (например, Скандинавия). К этому следует добавить и еще и то, что имена с «holm» именно на типичных латинских территориях – явление довольно редкое, как, например, в Апеннинах. Это название является предкельтским также и потому, что в Скандинавии, где оно столь часто встречается, кельты не достигли, там были лишь венды, венеты.
Скандинавские вандалы также, как представляется, были участниками первичных переселенческих потоков венедов, и лишь впоследствии были германизированы. Недалеко от шведского города Упсала есть местечко с названием Вендел, где были обнаружены богатые захоронения, хотя и относимые к несколько более позднему времени (VII–X вв. от Р. Х. ). О венделах в Скандинавии говорится и в древнеанглийском эпосе «Беовульф», сложившемся в VII–VIII от Р. Х. (Беовульф. — СПб., 2008. Стих 349). С большой вероятностью можно утверждать, что венделы/ вандалы ведут свое происхождение с территорий Центральной Швеции, носящей ныне наименование Svealand, в отличие от южношведской – Gotaland (готы). Svealand напоминает нам о славянах, венедах, а еще более говорит нам об этом – соответствующее прилагательное svensk (шведский). В нордийских землях мы также находим венедские имена. Так, в шведской области Даларна (Долины) присутствуют имена Vintjarn, Ventjan, далее, озеро Vanern, а возле него город Vinniga. И в Норвегии: Vinstra Venaseter Venasten в районе Губрандсдаль, к северу от Осло; на побережье возле города Тронхейм – Vinsternes Vinje, к северу – Vendesund. Как я уже писал в главе «Тайна Графенштайнской надписи», финны до сих пор называют нас, русских, Venäläinen, а Русь – Veneman, Venäjä (от Venada), а скандинавы поморов – Vindr, Поморье – Vindland; по-эстонски же «русский» – Venelane, Россия – Venemaa, Vene по-карельски Русь – Veneä.
Источниковедение подсказывает, что венеды упоминаются даже в Малой Азии, французской Бретани, на побережье Балтики и на других территориях, порой даже спустя несколько столетий. Наиболее древнее имя, которое связано с венедами, это «Vindhya parvata» в Индии. Эта гористая местность, разделяющая северную и южную Индию, в свое время была рубежом между арийской и дравидской территорией. Принесли ли данное название в Индию уже арийцы? Или же самое название «Индия», как спрашивает И. Шавли, — это урезанное «Виндия»! Не будем забывать и о том, что первая книга ираноарийской «Авесты», повествующая о возведении первого города (предположительно это Аркаим), называется «Вендидад».
В ходе переселения периода полей погребальных урн, венеды, совершая великий завоевательный поход, прорываются с территории распространения Лужицкой культуры на территории современной Польши и далее на юг, перебираются через Альпы в верхнеитальянскую Падану (Падую) и дальше на Апеннины, до самой Сицилии. Об этом уже до Первой мировой войны и после нее выказывалась итальянская наука, сравнивая венетов с иллирами, кельтами и славянами (Г. Серджи, 1926).
С Восточных Альп в Италию проникли племена, которые обыкновенно называют иллирийцами, а Шавли называет протославянами, по причине похожести славян и иллиров. Эти племена дошли до нынешней Венеции (которой и дали «венетское» название), до области Болоньи и дальше. Индоевропейцы пришли через Апеннины также в Лаций, заняли Албанские горы и долину, где впоследствии возник Рим. В меньшем числе они появились из-за Адриатического моря также в Апулии и Базиликате, Как свидетельствуют захоронения. Они обитали в хижинах, не зная каменного или деревянного строительства. Эти племена походили на те, что вторглись в микенскую Грецию. В Италии они были более многочисленны в Падуанской долине, их не было в Марке и Абруцци, но более или мене твердое ядро было в Этрутрии и на холлах Лация.
Присутствие данных племен на этой территории особенно убедительно доказывают топонимы, указывающие на земледельческую и пастушескую культуру. Это слова, смысл которых славянам понятен. Уже сами названия Апеннины (pen – вершина горы на диалекте словенского Похорья, в русском языке сохранившееся в виде слова пена) и Падана (низменность, куда «ниспадают» холмы и стекают реки, русское «падь») другие с окончанием «-ана», обозначающим понятие ширь (например, «поляна»), указывают на праславянское происхождение венедов.
Вторжение венедов основательно встряхнуло культурные группы, населявшие Апеннины со времен неолита, такие, как, например, культура Бельверде-Сетона (после XII в. до Р. Х. ). Убранство из захоронений при Кастелфранко-Ламончелло, в частности, из долины Фьора в Тоскане, свидетельствует о столкновении между венедами и местным населением. Эти находки говорят о сопротивлении исконного, связанного со средиземноморской культурой населения. Особенно на юге Апеннинского полуострова, поскольку венеды и на эту территорию принесли новые духовные и культурные элементы, где об их присутствии свидетельствуют погребальные урны, датируемые первым тысячелетием до н. э. — Тіmmагі (tamar – словен. загон, овчарня) вблизи Матери в Базиликате, или Милаццо (melci) на северном побережье Сицилии.
Примерно за 750 лет до Р. Х. вблизи Неаполя была основана првая греческая колония Кумае, за которой последовали многие другие, расположившиеся вдоль южного побережья Апеннин. Греческие колонии оказывали мощное культурно-языковое влияние на весь юг Апеннинского полуострова, или юг Италии, где стал развиваться народ итапов-латинов.
