На двух каменных саркофагах (TLE 135 и 138) можно прочитать слово «kamnas». Вполне возможно, что саркофаг называли «kamna», как его могли бы называть и сегодня. Буква «s» представляет собой указательное местоимение: этот камень. В словенском языке осталась буква «s» с тем же значением в слове «sinoči» (вчера вечером). На двух других саркофагах написано «kamoi», что очевидно является синонимом первого слова. Интересно, что в полабском языке камень называют «kamoj». Подобных этрусских слов, а также фраз, значение которых известно по другим источникам, немало. Невозможно отбросить эти убедительные доказательства. А что же этрусские надписи? Они также доказывают славянский характер этрусского языка, особенно древнейшие надписи, сделанные до того, как язык смешался с неким другим языком. Из многочисленных надписей, расшифрованных Матеем Бором с помощью словенского языка, приведу в качестве примера лишь одну из древнейших, сохранивших наибольшее сходство с венетским (словенским) языком. Надпись сделана на надгробии из Ветулонии, датируемом VII веком до нашей эры. Слова не разделены интервалами. Этрусколог М. Паллоттино попробовал разделить надпись на слова, не зная, что они значат. Интересно, что его разделение близко к нашему, в соответствии с которым мы получаем слова, полностью соответствующие словенскому языку по форме и значению.
Паллоттино так разделил надпись на слова:
…leš feluskeš… panalaš mini miluvaneke hirumi abersnahs.
Взглянем критически на деление текста на слова и поищем более правильное:
(…leš). Это слово трудно понять. Возможно, это первое имя умершего (Avleš), возможно, оно означает просто «умерший», учитывая, что на пиргийских табличках встречается слово «avil» именно в значении «умерший».
(feluskeš). Это второе имя покойного правителя. Первую букву, подобную цифре «8» этрускологи упорно читают как «F», хотя в этрусском и венетском языках (как и в славянских) не было этой буквы. На самом деле здесь стоит буква «В», то есть «Beluskeš».
(tusnutn). Если отделить первую букву, получим слово «Т» (tu, рус. «здесь»). Остаётся славянское слово «usnut». В русском языке оно означает «заснувший, усопший». Последняя буква «N» относится к следующему слову, которое из-за повреждения памятника не читается. Скорее всего, оно означало «лежит, покоится». Первые слова таким образом означают: Авлеш Белускеш здесь покоится.
(panalaš). Если это слово, чей смысл непонятен, разделить, получим два выраженно славянских слова: «panal» со значением «правил» («рап» означает «господин» в чешском, польском и лужицком языках, a «panal» – «панувал», «господствовал») и «аš», что в чешском языке (ах) означает «пока, пока не».
(mini muluvaneke). Попробуем разделить по-другому: minimul (preminul, рус. «скончался») было бы логичным продолжением предыдущих слов, а именно: «правил, пока не скончался». «Minimul» означает то же, что «minul» (рус. «скончался»). Очевидно, что в этрусском языке существовала длинная и краткая форма этого глагола: «minimat» и «minit». Обе соответствуют словенским словам «miniti» и «preminiti» (рус. «скончаться»). Далее следует буква «и», которая связана со следующим словом «vane». Слово «van» (небеса) есть и в словенском языке (см. словарь Плетершника). Неоднократно она встречается и в венетских надписях. Следующее слово «ке» – это словенское «ко» («когда»).
(hirumi). Попробуем слово разделить на два: hir umi. «Hir» связан со словом «hirati» (рус. «хиреть»), Плетершник приводит словенское слово «hir», обозначающее «болезнь». В данном случае «hir» правильнее перевести как «тяжесть». «Hir umi» в таком случае означает «тяжесть ума», или «тяжёлое познание земной жизни».
(abersnahs). Можно заметить, что две последние буквы в этом слове лишние. Отделим их и получим «abersna» со значением «прояснить». У Плетершника находим: «Nebo se obrsne», то есть «небо проясняется». Следующие две буквы («Ь» И «S») можно толковать как «ко (naj)» и «se». В односложных словах, особенно если это только одна буква, трудно найти давнее значение.
Правильно разделив слова, мы получаем следующий текст:
(Avleš) Beluskeš t usnut (počiva) [этр.]…
(Avleš) Beluskeš tu uspavan [слов.]…
Авлеш Белускеш здесь мёртвый (покоится)…
panal aš minimul vladal (je)…
dokler ni preminil…
правил, пока не скончался…
h najs seu vane ke hir umi abersna…
v vanu ko (bo), tegoba uma obrsne…
сегодня мы бы сказали: пусть ему светит вечный свет.
Значение этой надписи ясно доказывает родство этрусского языка со славянскими языками, особенно со словенским. Пусть кто-нибудь докажет, если сможет, что такое деление неправильно или эти слова не соответствуют одному из славянских языков» (СПб., 2008. С. 57–63).
Берлот и Гриневич установили, что сами этруски называли себя рассена (расена). Выше мы указывали, что об этом же свидетельствовал еще в I в. до н. э. Дионисий Галикарнасский. А при расшифровке Берлотом этрусской надписи из местечка Пирги (относимой к 500 г. до н. э.) появляется, возможно, впервые славянское наименование в форме Cluveni, которое может указывать на то, что сами венеды называли себя именем словене.
Этноним «славяне» и, опосредованно, слово «Русь» зафиксированы в указанное время не только в надписи из Пирги и этнониме «расена». В этом смысле особый интерес представляет воинский шлем V в. до Р. Х. из города Ваче (Словения), ныне находящийся в Наравословном Музее на Дунае (Tomasic Ivan. Razstava: Veneti na Slovenskem, s. 14).
Он весь покрыт надписями, сделанными, видимо, на основе древнегреческого алфавита и письменности типа «черт и резов». Надписи на металлических шлемах обычно едва различимы, отчего приходится прибегать к прориси (в данном случае выполненной доктором филологических наук В. А. Чудиновым, илл. 16). Сразу бросается в глаза начертанное несколько раз слово «РУСЬ» или что-то в этом роде.
Надпись на передней вертикальной поверхности шлема, по мнению исследователя, гласит: ВОИНЪ, то есть ВОИН, она наносилась раза два или три, так что одна находится чуть выше, другая – чуть ниже. Знаки за многие века дошли в разной сохранности. Это приводит к иллюзии того, что они были разбросаны в произвольном порядке, тогда как на деле знаки были расположены в три строки одна над другой.
На боковой поверхности, согласно расшифровке Чудинова, начертаны слова: ВОЖЬ СЬЛАВАНЪ. РОТА СЬЛАВАНЪ НА ГОНЕ, что означает ВОЕНАЧАЛЬНИК СЛАВЯН. РОТА АТАКУЮЩИХ СЛАВЯН. По всей видимости, эти две надписи были обязательными, обозначая как профессию (ВОИН), так и звание (ВОЖЬ РОТЫ) и род войск (НА ГОНЕ).
Это раннесредневековые т. н. «бефульки», известные во времена державы Само VII в. н. э. Возможно, ГОН – это преследование отступающего противника. Аналоги есть в славянских расшифровках этрусских надписей.
На рассматриваемой поверхности шлема не менее 10–11 раз начертаны и слова РУСЬ СЬЛАВАНЪ, то есть РУСЬ СЛАВЯН. Есть и трудночитаемые места. Слово РУНА, то есть НАДПИСЬ, тоже начертано довольно часто.
«Из анализа доспехов следует несколько важных выводов, — считает В. Чудинов. — Во-первых, славяне несомненно существовали в VII в. до н. э. и в более позднее время, а вовсе не образовались в V в. н. э., как утверждает современная историография. Иными словами, еще за 1200 лет до великого расселения народов существовало не одно славянское государство, а целая империя, РУСЬ СЛАВЯН. Во-вторых, венеты являлись славянами, и это мнение не современных исследователей, пришедших к такому факту путем хитроумных рассуждений, а твердое мнение самих венетов, начертанное на их доспехах. В-третьих, славянских государств с VII по III вв. до н. э. было не одно, а несколько, и одним из них был НОРИК (очевидно, что другим была ВЕНЕТИЯ, или, в латинском произношении, ВЕНЕЦИЯ). В-четвертых, в качестве общеславянского языка использовался язык, находящийся в самом близком родстве с современным русским, хотя, видимо, существовали и местные наречия типа ретского, венетского, этрусского и других, которые для передачи своих особенностей стремились к созданию собственных алфавитов. В-пятых, все надписи для общеславянского общения были начертаны и общеславянским шрифтом, и слоговой славянской письменностью руницей».
А в Центральной Европе продолжает существовать и поступательно развиваться Лужицкая культура. Она порождает новые культурные группы, которые после вторжений кельтов в V в. до Р. Х. и позднее подпадают под влияние кельтской культуры Латен. Во II в. до н. э. на территории нынешней Польши в результате сложения всех этих векторов образуется Венедская культура (с позиции польской археологии), которая сохраняется до VI в. от Р. Х. Несмотря на различные сторонние влияния и вторжения, в пределах данной культуры сохраняется первичное племя праславянских венедов, или вендов, прямых родственников новгородских словен и древних словенцев.
Польский славист Тадеуш Лер-Сплавинский (1891–1965) писал в статье «К современному состоянию проблемы происхождения славян»: «Сопоставляя итоги исследований смежных дисциплин – истории и языкознания, предысторической археологии, отчасти этнографии и истории социального строя, автор намечает общую картину предполагаемого генезиса общеславянской этническо-языковой общности и локализации ее древнейшей территории. Итоги изучения полностью подтвердили так называемую «западную» теорию происхождения славян: общеславянский комплекс сложился в результате многовекового взаимного наслоения ряда индоевропейских этническо- культурных и языковых элементов, которые с конца периода младшего каменного века (неолита), через век бронзы и первые периоды железного века (т. е. начиная с III тысячелетия до н. э.) распространялись поочередно, преимущественно с юго-запада к северу и востоку. Заселяя территории бассейнов Одры и Вислы вместе с Бугом, они образовали четко характеризующийся в языковом и культурном отношении этнический комплекс, давший основу последующей широкой экспансии постепенно дифференцирующихся славянских народностей. Такое определение этногенеза славян во время второй мировой войны стало, с немногими отклонениями, почти исключительно господствующим в польской и чешской науке; оно было признано также многими неславянскими учеными (К. Вердиани, Ф. Фалькенган и др.)».
