Боссу вдруг остановились. Мы действительно уже долго шли, и я боялся, что остальная часть отряда такими темпами может нас не догнать. Хаген подошел к Грани и задал вопрос:
— Грань скажи, какова вероятность того что у тебя есть личность? А так же вероятность того что она была у тебя в прошлом или будет в будущем.
— 0.000…
Она произносила нули чрезвычайно долго.
— …00666%
— Шанс мал, но не равен нулю.
— Подожди, ты ведь задал ей три вопроса. Разве она не должна дать три разных ответа?
— В том то и дело. Я задавал эти вопросы и раньше. И ответ на каждый из них был одинаковым. Из этого можно сделать вывод, что ее прогнозы касательно самой себя не достоверны. Или кто-то попросил ее давать недостоверные ответы…
Хаген явно намекал на мою старшую версию.
— …или она просто не хочет ничего рассказывать о себе. Или не видит в этом смысла.
— Но нельзя ведь на основе этих наблюдений делать вывод о том, что у нее есть личность.
— Мелкий Вайл все лучше овладевает логикой. Это оружие ему подходит.
— Нельзя, разумеется. Но также нельзя исключать, что это возможно.
Хаген посмотрел на меня каким-то очень проникновенным взглядом. Будто он чего-то ждал от меня.
— В конце концов, эта девочка видит все возможные варианты всех возможных событий и даже больше. Можно сказать, что она воспринимает реальность где-то в шести измерениях, тогда как мы всего в трех с половиной.
Я вспомнил то чувство, когда смотрел ей в глаза. Бесконечное полотно бытия казалось величественным, но я ясно понял, что никогда не смогу осознать или измерить его.
— Думаешь, мы просто слишком незначительны чтобы она с нами разговаривала?
— Конечно. Мы — всего лишь один из бесконечности вариантов, которые она видит перед собой. Это все равно, что пытаться заметить крошечную мошку перед глазами. И даже если ты сможешь ее заметить, то заговорить с ней точно не получится. Слишком разные уровни восприятия.
Его аргументы казались мне преувеличенным. Но в какой-то мере они были разумны.
От этих размышлений меня оторвал дым который появился из воздуха рядом с нами и сгустившись превратился в Майера.
— Вы правильно сделали что остановились. Вайл… то есть… старший Вайл и Тисса скоро нас догонят, но они просили подождать.
— Они узнали что-то о леопарде?
— Боюсь, его охота закончилась слишком быстро. Скорее всего он все еще голоден.
Хаген чуть помрачнел, а вот на губах у Боссу появилась едва заметная улыбка.
— А вы тут как? Разрешили противоречие младшего Вайла?
— Противоречия мелкого Вайла сможет решить только он сам. Только своей волей и своим умом.
Боссу сказал нечто ободряющее. Настолько, что даже стало неловко.
— Вообще, разве ты не объяснял ему что есть вопросы которые не стоит задавать Грани вероятности. Вроде шанса на смерть и…
— Да бросьте. Это же чушь собачья! Ладно Боссу который никогда не задает ей вопросы, но ты Хаген…
Между Майером и Хагеном возникло напряжение, но оно было в разы меньше чем напряжение между Майером и Боссу.
— Не бойся спрашивать ничего, младший Вайл. Только так ты сможешь воспользоваться ее преимуществами на полную. Путь даже тебя и будут за это осуждать.
— Просто дымка есть за что осуждать. И чтобы мы не осуждали его еще больше все договорились не задавать страшной девочке страшные вопросы.
— Есть за что осуждать, да?
Майер впервые посмотрел на Боссу с вызовом и задал Грани неожиданный вопрос:
— Каков шанс того что я предам отряд и каким-либо образом нанесу ему урон?
— 27.8%
Цифры были ужасающе велики. Настолько, что Боссу и Хаген удивленно посмотрели на Майера и Грань.
— Это… намного меньше чем было раньше.
«Серьезно?»
— Вероятность уменьшилась больше чем на 10 %.
Хаген с недоверием посмотрел на Майера явно пытаясь понять, как такое возможно. Сам Майер в то же время посмотрел на меня.
— Это благодаря младшему Вайлу. Поговорив с ним я чуть больше уверился в том, что путешествовать с вами — это верное решение. На целых 10 %. Один конкретный горбун мне конечно не по нраву…
Он ехидно улыбнулся, но сам Боссу не отреагировал на провокацию.
— …но к остальным претензий нет. Я намерен и дальше помогать вам в путешествии, хотя не скрою, перемещаться по долине кошмаров одному было бы для меня безопаснее.
Только сейчас я понял, что Майер вообще не привязан к этому отряду. Он вполне мог просто превратиться в дым и улететь куда глаза глядят. Причем он мог сделать это в любой момент.
Хаген тем временем тяжело вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза.
— Я рад, что ты смог вселить чуть больше воли в наш рассеивающийся дым, но все же. Молодой Вайл, я прошу тебя не задавать Грани вопросы о конкретных людях, их предательстве и возможных смертях. Дело в том, что узнав о вероятности ты можешь начать к ней готовится и это повредит всем.
— Это так. Тот самый принцип о котором я тебе говорил. Знание вероятности влияет на саму вероятность. Если бы мой шанс предательства был больше 50 % и все узнали о нем, то таким образом это самое предательство стало бы неизбежным, поскольку все остальные перестали бы мне доверять, не оставив другого выбора.
Майер произнес это с такой легкостью, что я сразу понял: для него даже 27 % шанс был чем-то неожиданным.
— Наша цель — избегать самосбывающихся пророчеств. Именно поэтому я прошу тебя, Вайл, не задавать подобные вопросы без острой необходимости. Когда жизнь сталкивает тебя с чудесами приходится учиться с ними работать. А иногда и отказываться от их силы.
Майер наверняка имел наибольший шанс предательства из всех членов отряда, поэтому я согласился с Хагеном, рассудив, что проверять остальных будет не честно по отношению к ним. Тем более, что я боялся узнать собственный процент.
Тем временем недалеко от нас появились два силуэта сопровождаемые механическим пауком. Тисса слегка улыбнулась увидев нас, но старший Вайл выглядел мрачным.
***
— Охота леопарда закончилась быстро. Он должен быть все еще голоден, поэтому мы пойдем по маршруту который указала Грань вероятности.
Все кроме меня понимающе кивнули. А мне показалось странным, что никто даже не подумал о том, чтобы попросить саму Грань этот маршрут подтвердить. Их не смущал даже тот факт, что старшего Вайла не было рядом с ней продолжительное время. Почему-то они поверили ему на слово.
Мы двинулись дальше и у нас на пути все чаще начали попадаться деревья, расположенные на неестественно одинаковом расстоянии друг от друга. Все
