И естественно звучит ответ на папин вопрос: «Из чего слово?» – «Ясно, из букв».
– Звук и буква – кто из них главный?
– Буква, – говорит ребёнок. Он её видит, она перед глазами, жирная, красивая. А звук? Сказал – и его нет. Буква, конечно, главнее, чем звук.
Для ребёнка остаётся скрытой та реальность, которая предшествовала письменной речи, тот факт, что буква рождается как обозначение звука и что подлинное понимание опирается только на звуковую форму слова. Дети убеждены, что звук – просто название буквы. Поэтому развести звук и букву, так же как были разведены предмет и сообщение о нём, показать, какая реальность стоит за каждой из них, – значит, сделать второй важнейший шаг на пути к формированию способности ребёнка к решению языковых задач как при письме, так и в живой речи.
– Но шаг этот непростой, и его нужно хорошо подготовить, – говорит нам учительница, – для этого нужно время. Не удивляйтесь, если и через неделю, и через месяц не увидите в этом классе традиционного буквенного письма.
И вот мы снова в том же классе. За окном лёгкие снежинки устилают школьный двор. Осень прошла, их первая школьная осень. Настала зима.
Идёт очередной урок русского языка. На доске какая-то странная, похожая на математическую абстракция: какие-то значки, квадратики, кружочки, точки, штриховки, равенства…
– В этих домиках живут звуки, – говорит педагог. – Для каждого звука – свой домик. Гласный – круглый домик, согласный – квадратный. Выстроившись в линию друг возле друга, они образуют улицу – слово. Не ту, на которой живёт, например, Петя, а улицу вообще. В самом деле, сказать, кто здесь живёт, нельзя. Смотрите, три домика: квадратный, круглый, опять квадратный. Может быть «пар», а может быть «жир».
Впрочем, дети скоро разберутся, какие слова подходят под эту абстрактную схему."
Итак, вновь абстрактные схемы. Что они означают здесь, на уроках русского языка? Куда они ведут ребёнка?
– Вспомним, из чего устроены слова, – говорит учительница.
– Слова устроены из звуков…
– Из каких же? Вот скоро прозвенит звонок… Можно из этих звуков сделать слово?
– Не-ет…
– Почему?
– Слова устроены из звуков человеческой речи!..
– Вот! Теперь отвечаете правильно. Слову нужен особый материал – звуки человеческой речи.
Итак, детям уже объяснили, что звук предшествует букве. Впрочем, здесь ничего просто так не объясняют. Дети сами пришли к этой мысли, работая с новым языковым материалом – звуками. Как же они с ними работают? *
– Звуки выполняют разную работу, произносятся по-разному.
– Кто выводит звуки на работу? Кто у них командир?
– Командир – человек. А у него есть помощник – органы человеческой речи: язычок, губы, зубы…
– Чем отличаются гласные звуки от согласных?
– Когда гласные – рот раскрывается. «Э-э-э!..» А когда согласные – губы сжимаются. Согласные – рто-смыкатели. Сказать их громко можно только вместе с гласными…
– То есть они со-гласные. Правильно. Всё это вы уже хорошо знаете. Составьте звуковую схему слова «друзья». Из каких звуков состоит это слово? Кто первым выходит на работу?
– Язычок выходит, – говорит малыш, показывая нам кончик языка. – Получается «д». Вторым выходит на работу звук «р». С третьим звуком работают губы, с четвёртым опять язычок.
– А с пятым?
– Тоже язык: звук «й». С шестым губы – «а».
– Сколько оказалось звуков в слове «друзья»?
– Шесть, потому что шесть разных работ выполняют наши органы речи.
Смотрим на часы, прошло всего 5 минут урока. Следует новое задание, на доске возникает звуковая схема:
– О чём она говорит? – спрашивает учительница.
– Она говорит, что в этом слове четыре звука, и органы человеческой речи должны произвести четыре работы, чтобы их произнести.
– Придумайте слова к этой звуковой схеме…
Предложений много: розы, мама, зубы, рама…
– А если в схеме уберём последний звук, оставим только три – будут подходить слова, которые вы задумали?
– Нет. Будут подходить совсем другие слова.
– Придумайте слова, которые начинаются на твёрдый согласный.
– Дыра… Лампа…
– На мягкий согласный…
– Лиля… Лепет…
– А если звук «й» в начале слова?
– Юла!.. Ёлка… Ястреб… Я!.. Ёжик…
Схемы быстро усложняются, обрастают новыми значками, перестраиваются, деформируются, и вслед им катится живой поток детской речи, брызжущий россыпями звуков-слов, освещённых мыслью ребёнка.
Вот для чего нужны абстрактные модели! Звуковая оболочка языка – материал летучий, динамичный, звуки возникают и исчезают. Слово, подлежащее анализу, произносится в доли секунды и сразу исчезает из восприятия. Сколько бы мы его ни повторяли, схватить его, остановить сознанием чрезвычайно трудно. Где же выход? Построить специальную тор-камеру, соответствующую специфике языка, материализовать звуковой строй языка – остановить мгновенье! Но не опираться при этом на буквенное обозначение.
Абстрактная графическая схема звукового состава слова, предложенная Д. Элькониным, даёт возможность работать со звуком практически. Каждый произнесённый ребёнком звук тут же фиксируется своим знаком. Речевой процесс материализуется, но это именно звуковой процесс, а не буквенная его символика. Ребёнок приобретает с самого начала обобщённый способ работы над звуковой материей языка.
Он научится изображать особенности звучащего слова, понимая, что изменение хотя бы одного звука в слове меняет его значение. Но ведь в этом и заключается сущность письма, которое является кодом звучащей речи. Ребёнок учится слушать свою и чужую речь, слышать собеседника. А вместе с этим приходит умение различать языковые нюансы, красоту и лёгкость человеческой речи. Развивается фонематический слух. Ребёнку, прошедшему такой курс обучения, кажется странным, что иные взрослые – родители, например, – не понимают, что в слове «яйцо» 5 звуков, а не 4, и первым выходит на работу звук «й», а не «я», ибо такого звука вообще нет…
Но вот однажды, готовясь к привычной работе со звуковыми схемами, дети слышат от учительницы:
– Я сейчас нарисую схему, а вы мне скажете, какое слово я задумала…
– Шар…
– Мир…
– Под эту схему много слов подходит!
– Неверно. Я загадала «сын»!..
На лицах детей удивление. Странные вещи говорит учительница. Может быть, она просто шутит?
– И наши слова тоже годятся.
– Годятся, потому что эти слова построены по одной и той же схеме: они начинаются с согласного, потом идёт гласный и кончаются тоже согласным звуком. А как сделать так, чтобы точно угадать, какое слово задумано?
Вот в чём дело! Это уже задача, надо подумать.
– Надо договориться… Например, каждый звук обозначать своим цветом. Звук «а» – красный, «д» – синий…
– Кто согласен с таким предложением?
– Трудно. Будем цвета забывать. Звуков много, цветов не хватит.
– Как же изобразить звуки, чтобы всем было понятно, о чём идёт речь?
– А-аа! Вот в чём дело! Ведь есть буквы! А мы о них совсем забыли.
– Надо обозначить звуки буквами!..
– Верно! Люди давно придумали такие значки, буквы, чтобы можно было объясняться друг с другом на расстоянии. Что должна изображать буква? Что она обозначает?
– Буква – значок, который обозначает звук.
– Итак, – подводит итог учительница, – теперь у нас получаются две разные формы записи слова – звуковая и буквенная. Будем называть их моделями слов. Кто из вас слышал слово «модель» или видел её?
Модели они, конечно, видели. В наше время термин «модель» входит в детское сознание и через игру в «моделиста-конструктора», и через рассказы учёных по телевидению о работе на моделях. Естественно, у детей нет научного понятия модели, да здесь оно и не требуется: достаточно, чтобы они понимали, что модель – «заместитель» реального предмета.
– Я сказала, что у нас теперь две модели – звуковая и буквенная. Чем же они различаются? Чтобы вам легче было решить задачу, я сейчас покажу два рисунка. В чём их отличие друг от друга?
На рисунках схематическое изображение легковой автомашины и конкретной машины «Волги».
Дети быстро схватывают разницу.
– На этом рисунке машина, похожая на все машины. А на другой – похожая только на «Волгу».
– Правильно. И та и другая – не настоящие машины, а их модели. Но в первом случае это модель машины вообще, а во втором – модель «Волги». Можете вы теперь сказать, чем отличается звуковая модель от буквенной?
– Звуковая годится для многих слов, а буквенная только для одного.
– Значит, не обойдёмся одной моделью – звуковой?
– Нет. Нужны две. У букв, наверно, тоже есть свои хитрости, как у звуков. Узнать надо…
Ясно, просто, убедительно. Просто? Всё сложное кажется простым, когда задача решена, когда ответ перед глазами. Психологам удалось подвести ребёнка к необходимости письма, отражающего всё богатство звучащей речи. От звука к букве (письмо) и от буквы к звуку (чтение). Два взаимосвязанных процесса, не противостоящих друг другу, как это обычно бывает. Теперь детям очевидно, что буква есть лишь одно из возможных обозначений звука, а правила орфографии есть не что иное, как правила перехода от звуковой к буквенной модели. Теперь они будут овладевать нормами письма, решая сложные задачи на таких, например, моделях:
