— Вашу семейку фон Клей нужно держать в узде. А то мало ли что. Брат, похоже, решил начать с воспитательных мер.
— Да-а-а-а? — низким подрагивающим голосом протянула я и зачем-то облизала губы.
В этот момент с другого конца коридора показался доктор Густав. Явно собираясь меня окрикнуть, он застыл с раскрытым ртом, затем развернулся и исчез в гостиной. Интересно, а врачебная этика распространяется на случайное подглядывание?
Рай несколько озадаченно посмотрел на меня и резко выпрямился:
— В общем, я рекомендую маркизе сознаться. А что за вторая тема для беседы?
Не знаю, как правильно следует просить научить кого-то сражаться с восставшими костями, поэтому просто ляпнула:
— Победи дракона!
— Чего?! — фон Тилль подавился воздухом. — Кого?!
Пришлось для успокоения разыгравшегося воображения герцога подробно изложить события сегодняшнего утра. Рассказ получился не быстрый. Нас еще трижды проверял Лейс (и как посетитель не упился чаем?). Доктор Густав дважды осторожно высовывал нос из гостиной. И один раз Румия проплыла мимо, угрожающе помахивая щеткой для пыли, прозрачно намекая, что коридор не место для рандеву. Под конец, рыча, словно стая голодных тигров, пронеслась неизвестно как выбравшаяся Буся. В гостиной начался переполох. Чужие ноги были нещадно атакованы. Врачи визжали, уворачивались от мелких зубов хищника. Доктор Густав с небывалой прытью влетел в кресло. Манфред просто закинул ноги на низкий столик и продолжил меланхолично любоваться видом из окна. Юный граф замер очень удачно прикинувшись торшером.
И тут в нашем дурдоме произошло пополнение. Карл с видом человека, пережившего смену власти, пола и костер Инквизиции (то есть ничем не удивишь беднягу) объявил:
— Рассел Дорей с визитом.
А лучше бы со смирительными рубашками.
Одного взгляда Исполнителя на вздорную Бусю хватило, чтобы собака забилась под сервант, мелко тряся обрубком хвоста. Мы с Раем переглянулись, сойдясь во мнении о подарке на ближайший праздник для Дорея.
Видя, что маленькая гадость усмирена, доктора хором попрощались и, подхватив свои сумки, бросились на выход. Один Густав остался с видом победителя на кресле с ногами.
Исполнитель не задавал вопросов, он с осуждением уставился почему-то именно на меня. Кстати, да.
— Рассел нужно разрешение на использование костей дракона их Центрального музея.
— Точно! — Манфред с живым интересом ребенка уставился на Дорея. В рука некромант держал банку с заспиртованной пузатой жабой. Трофей отобранный у одного из докторов отвратительно вонял формалином.
— Нужно-нужно! — поддержал меня Рай. Волосы, еще утром бывшие с претензией на укладку, сейчас пребывали в плебейском беспорядке. Галстук отсутствовал, а расстегнутая рубашка бесстыдно демонстрировала ключицы. Серьга в ухе вызывающе подмигивала отблесками всем желающим.
— Да как бы не очень, — промямлил забытый Бусей фон Нэльс. На общем фоне он смотрелся как единственно вменяемый. — У меня даже шпаги нет.
Герцог ободряюще хлопнул парня по плечу, заставляя того согнуть колени:
— Не беспокойся. Подобного добра еще со времен пиратства… ну, в общем много. Только на дракона нужно что-то посерьезнее, хотя бы сабля. Ты ж своей зуботычкой лишь народ насмешишь.
— Там же одни кости, — нахмурилась я.
— И это будет зомби, — вставил Манфред.
— Кха-кха, — весьма выразительно напомнил о своем присутствии Исполнитель, — хотелось бы больше информации: зачем вам скелет дракона?
Ловко пообещав Манфреду уговорить Дорея, я знала насколько это будет трудно.
— Ни-за-что! — по слогам отчеканил мужчина, когда узнал всю подноготную. — Я не позволю устраивать цирк в центре города из национального достояния! Это единственный сохранившийся целиком скелет дракона!
Я посмотрела на маму. Ее ухажер, пускай помогает. Маркиза надула губы, но все же кивнула.
— Нет! — решительно произнес Исполнитель, перехватив наши переглядывания. — И не просите!
Умеют ли фон Клеи слышать ответ, который их совершенно не устраивает? Нет, однозначно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Оставив маму применять женские чары к упертому Дорею, я поволокла всех в сад тренироваться.
Сначала было смешно, пока граф неуклюже размахивал руками, пытаясь повторить за Раем движения, при этом умудряясь спотыкаться о собственные ноги. Затем разгоряченный фон Тилль снял рубашку, и я чуть не закапала слюной газон. Судя по повизгиваниям из-за обросшей мхом ограды, наслаждалась стриптизом ни одна я.
В соседнее плетеное кресло упал Исполнитель:
— Вот ты засранка все-таки. Такую игру мне сломала.
Учитывая, что сейчас не март и я не кошка, инстинкты кататься по земле и призывно отклячивать попу пришлось обуздать. Жадно приложилась к стакану с соком, но губы поймали только подтаявшие кубики льда. Конфуз.
— Какую игру? — я с видом невинного ангелочка похлопала ресницами.
Меня окинули оценивающим взглядом и с усмешкой пояснили:
— Я самый сильный маг королевства. Я правая рука Кененга Девятнадцатого. При упоминании обо мне люди начинают перебирать в уме свои грехи. Неужели ты думала, я не знаю, ЧЕМ занимается маркиза по ночам? Поверь, при необходимости я легко выясню даже цвет исподнего у заинтересовавшего меня человека.
— А я могу оказаться против нового папочки, — в тон ему намекнула я.
Исполнитель, уверенный во владении ситуации, спокойно до этого прихлебывающий сок, подавился.
— Милая Кларисса, я прекрасно понимаю, что твоя отличительная черта на седалищном нерве основательно испортила характер, наделив тебя темпераментом ведьмы, но давай не будем мериться зубками. Мои поострее. Но в качестве жертвы доброй воли я готов поиграть по твоим правилам. И для сведения, будущая падчерица, у меня мно-о-о-ого ремней с большими пряжками.
Буся резко приобрела ценность, ведь мелкие острые клыки лучше всего справятся с угрозой. А Дорей пусть переходит на подтяжки.
— А дракон?
— Будет тебе дракон. Но за это ты уговоришь мать сходить со мной на свидание. Идет?
Ой, да, можно подумать она сопротивляться станет. Еще вперед меня побежит платье выбирать.
— Хорошо, — с легкой улыбкой согласилась я.
Исполнитель поставил стакан на столик, сцепил руки в замок и твердым тоном проговорил:
— И на будущее. С проблемами типа семейки Штелф нужно сразу обращаться ко мне. Я не хочу, чтобы ни ты, ни Ванесса пострадали.
— Э? — я погоняла во рту кусок льда и с хрустом разгрызла его. — А что и ними? Вроде бы мирно разрешилось.
Все-таки прав Дорей что-то с проклятой меткой не так. До сих пор Исполнитель мной воспринимался как добрый дядюшка, хотя я отлично знаю, что он за человек. Вот и сейчас его взгляд заледенел, а от непроницаемого выражения лица захотелось срочно спрятаться среди маминых клумб. Передо мной сидел палач, только что со спокойной улыбкой разделавшийся с тысячной жертвой в своей карьере.
— Ты настолько наивна, девочка? Штелф так легко простит позор дочери? Или оставит безнаказанной обманщицу-гадалку? Для тебя это все игра. Даже это, — он кивнул на вытаптывающие наш газон фигуры. — А ты знаешь, что Штелф нанял людей для разговора с вами по душам? Обычно после таких занимательных бесед мы трупы в канавах находим. Но не переживай, Штелф получил персональное гадание от меня. Я, может, и не профессионал, как твоя матушка, но предсказать дальнюю дорогу в казенный дом на пмж могу прекрасно. Ох, что это я засиделся, — резко сменил тон на шутовской Исполнитель, — а не преподать ли молодежи пару уроков?
Теперь у нас в саду несчастного графа третировало сразу двое учителей. Я заметила притиснутое к окну лицо маркизы и подмигнула ей. Только надо все ремни у Дорея выкрасть, а то попа уже чует последствия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Облачившись в ночную шелковую сорочку нежного кремового цвета на тонких лямках, я покрутилась перед зеркалом. Хороша! Кому бы продемонстрировать только. Хихикнула, представив, как падаю в постель к фон Тиллю с криком:
— Рай я вся твоя! Бери меня полностью!
