Нет, не то. Может, у сосуда форма шара?
Я представил себе пустой стеклянный шар, наполовину заполненный синей жидкостью. Образ был слишком зыбким и постоянно меняющим свои очертания, чтобы я смог сконцентрироваться не на удержании его формы, а почувствовать эту жидкость.
Открыв глаза, я тяжело вздохнул и потянул шею. Дьявол, по ощущениям я просидел каких-то пять минут, и мне уже хотелось смеяться над этой глупостью. Но у меня не было выбора. Этот мир наполнен магией, и я должен научиться ее использовать.
Снова зажмурившись, я увидел мерцание звездочек и постарался успокоить свое разочарование.
Как выразился целитель, Сосуд дается каждому живому существу во вселенной, значит это должна быть естественная формация. Форма, которая должна быть универсальной для всех.
Пытаясь выковать идею на основе земной памяти, я вспомнил про теорию о фрактальной структуре вселенной. Если это так, значит все должно быть подобно всему. Шар я уже испытал и не почувствовал никаких волнений или отзыва Сосуда, хотя, насколько мне известно, все космические тела имеют форму шара или около того.
Ощущая тепло костра и его успокаивающий треск, я расслабился еще сильнее, и как это бывает в минуты предвкушения, в моем животе запорхали бабочки. Проникнувшись волнением юного первооткрывателя, я почувствовал, что не просто хочу понять свой Сосуд – я должен это сделать.
Но что может быть так же естественно для вселенной, как шарообразные формы, если следовать теории фрактальности?
Потянув носом запах костра и ночной прохлады, я посмотрел на свои руки. Разглядывая структуру кожи, ее линии и легкие очертания вен на запястье, я подумал о живых существах, населяющих как Землю, так и эту планету. Что между нами общего?
Может быть суть не в идеальной форме для всех, а в уподоблении любой форме?
Тяжело выдохнув, я залип на пляшущие языки пламени и почему-то вспомнил рисунок Витрувианского человека.
Может быть, Сосуд повторяет форму живых существ? Тогда вопрос насчет наполняющей его маны остается еще более непонятным.
– Черт, что я вообще пытаюсь сделать? – спросил я себя.
– Сделать из себя идиота, – ответил на свой же вопрос.
Рядом со мной спала девушка, которая могла ответить на все мои вопросы. Мне нужно было просто растормошить ее и заставить говорить.
Заставить? Хм…
Вспомнив ее силищу, я засомневался, что вообще смогу ей что-то противопоставить кроме стрелы или ножа в грудь прямо сейчас, пока она спит. А ведь она еще даже не проявляла своих магических способностей! Если, конечно, сила не окажется одной из них.
Но конечно же, я не мог так поступить. Да и смысл? Убить единственную, кто может что-то разъяснить и кто вообще хоть что-то прояснил для меня, ради чего? Страха? Нет уж.
В этом мире я должен отложить эту эмоцию в долгий ящик. Запереть и закинуть так далеко, куда смогу дотянуться только в самых критичных ситуациях.
Я решил дождаться ее пробуждения и вежливо указать на свое важнейшее участие в ее спасении. Несколько раз.
– Ладно, продолжим, – сказал себе.
Поежившись, я закинул последние дрова в костер, понимая, что утро не за горами и через час-два можно будет расслабиться.
Сосуд – определённо, форма иного порядка. Но в то же время он каким-то образом выводит ману в физический мир, заставляя создавать невообразимые для человека из техногенного мира вещи.
Выбросив из головы идею формы Сосуда, я сконцентрировался на своем теле.
Набрав в грудь воздух, задержал дыхание и, медленно выпуская его, попытался ощутить хоть что-то. Представил, как дымчатая субстанция пробегает по моей груди и рукам. Воображаемый синий дым цеплялся за каждый волосок на моем теле, заставляя его вздыбиться. Повторяя каждый изгиб, заполняя собой каждую пору на коже, дымок добрался до кончиков пальцев рук и отпустил себя в неизвестность.
В животе снова затрепетало, и я продолжил представлять себе этот процесс, пока на кончиках пальцев не почувствовал маленький электрический укол, который можно сравнить с разрядом статического электричества между людьми. Мне вдруг вспомнилось, как на уроке физики мисс Кален привела пример статического разряда через поцелуй. Тогда весь класс слащаво улыбался, как объевшиеся сметаны коты. Я невольно улыбнулся, вспомнив детали из детства, но радоваться было рано.
Продолжая эксперименты, я все чаще ощущал этот маленький разряд и очень надеялся, что двигаюсь в нужном направлении. А что это еще может быть? Не статическое же электричество в лесу, в мире магии.
Меня переполнила детская радость от осознания контроля над вызываемыми ощущениями. Раз за разом призвать разряд становилось проще. В конце концов, мои старания вышли на тот уровень, где воображаемый голубой дымок пробегал по коже в считанные секунды и почти выстреливал из кончиков пальцев.
Затем я представил дымок белым и получил тот же эффект. В общем, ни один цвет радуги не отпугнул ни ману, ни Сосуд. Все замыкалось только на моих мыслях, а значит – это самое важное.
Получалась вполне логичная и простая картинка.
Неважно, как ты видишь ману и воспринимаешь Сосуд, важно, насколько реально ты их чувствуешь, как часть себя. Ведь человеку не нужно знать, как работают его мышцы, он умеет двигать конечностями настолько умело, насколько он себя натренировал. В ту же степь уходит увеличение мышечной массы, растягивание мышц и их гибкость.
Всего-то следует почаще сознательно пробуждать и использоваться ману, пока я не смогу выполнять с ней любые трюки на автомате. Научиться чувствовать ее количество не по использованным заклинаниям, а по сознательному опыту. Обращаться с ней как со своими руками и ногами.
Идея выглядела весьма простой.
Я снова вызвал разряд на кончиках пальцев и попытался ощутить изменения в своем состоянии. По телу пробежала странная дрожь через мгновение после затухания эффекта. Снова попытка и снова дрожь. Еще одна и дрожь снова дала о себе знать.
Потирая виски, я пытался понять разницу, но все последствия разряда были одинаковыми – еле заметная дрожь. Но обдумав ощущения лучше, я решил, что дрожь все-таки не физическая и не совсем по телу, а скорее где-то на ментальном уровне. И снова все замкнулось на сознании.
Не замечая течения времени за раздумьями, я пропустил, когда начало подниматься солнце, и крон полуголых деревьев коснулся желтый свет. Утро наступало так же уверенно и неизбежно, как и ночь, разгоняя окружающую меня серость и наполняя лес красками. Я зевнул и с удовольствием потянулся, приветствуя новый день.
Воодушевившись своими умозаключениями и тем, как в целом прошла ночь, я протянул руку к уже почти затухшему костру и представил срывающуюся с пальцев белую дымку.
Я
