«Mein Kampf» состоит из двух томов. Первый — «Расплата» — описывает период жизни Гитлера, когда его мысли о политике и немецком отечестве соединились в доктрине национал-социализма. Второй том — «Национал-социалистическое движение» — развивает идеи, высказанные в первом томе. Эти идеи были порождением чувств и опыта молодого амбициозного Гитлера, пытающегося найти иной путь в жизни, отличающийся от предложенной его отцом карьеры чиновника. Первой любовью Гитлера стало искусство, но эта любовь была уничтожена — его не приняли в Академию живописи (мало кто был столь же высокого мнения о его работах, как он сам). В результате он переключил свое внимание на архитектуру, но из-за его нежелания учиться в Realschule эта мечта тоже осталась неосуществленной.
По мере нарастания неудач, он начал завязывать отношения с другими австрийскими немцами, заметив, как много проблем их объединяет. Он видел, что немцы не гордятся немецкими корнями, а те, с кем он сталкивался, держали себя так, будто немцы были людьми второго сорта. Он ощущал себя отверженным вместе со многими другими австрийскими немцами, будто их лишили равноправия. Он видел преобладание социал-демократов во власти, подрывающей чувство собственного достоинства рабочего класса, держащей его в покорном повиновении и порабощении.
Гитлер учился ненавидеть евреев, потому что считал, что они были социал-демократами, делающими невыносимой его жизнь и жизнь других австрийских немцев из рабочего класса. Постепенно он начинал замечать, что большинство видных членов социал-демократического движения, журналистов, которые протестовали против ограничений в бизнесе, те, с кем он спорил о политике марксизма, считая его орудием социал-демократов, — все они были евреями. Главным откровением для него было то, что эти люди не австрийцы и не немцы, — они чужаки, пришедшие взять все под свой контроль. У них нет национальности. Даже если еврей родился в Австрии или Германии и являлся гражданином одной из этих стран, это не имело значения для Гитлера. Его целью и целью всех немцев должна была стать борьба против людей, чья цель, согласно Гитлеру, состояла в осквернении всех человеческих ценностей и разрушении всех сложившихся культур и наций. Он утверждал, что сохранение и преумножение немецкой нации — помощь природе и исполнение воли Бога: «Защищая себя от евреев, я борюсь за дело божие».
Его отношение к евреям и марксизму складывалось не только под влиянием венского опыта; он видел и другие противоречия. Это подтолкнуло его к политической карьере, в которой проявилось его увлечение национал-социалистическим движением. В Австрии Гитлер считал парламент системой, обслуживающей исключительно собственные интересы и не заботящейся о рабочих массах. Если появившуюся проблему не может решить правительство, ее должен решить пришедший со стороны. Для Гитлера бюрократия, которая не делает ничего, заботясь о своем положении, не может быть хорошей властью. Гитлера приводит в ярость то, как парламент сохраняет власть, сохраняя статус-кво и успокаивая народ. Такая политика, особенно перед выборами, замораживает любые шансы на перемены или революцию, в которой он отчаянно нуждался.
С момента своего приезда в Австрию в 1904 году Гитлер включается в пангерманское движение. Он преклоняется перед Георгом фон Шонерером и доктором Карлом Люгером, которые трудятся во имя спасения немецкого народа и разрушения австрийского государства. Движение потерпело полный крах. Согласно Гитлеру, это произошло в силу следующих причин: 1) социальные проблемы носили неясный характер; 2) попытка получить поддержку парламента провалилась; 3) у народа не было стремления к революции. Каждый из этих элементов затормозил движение. Как бы то ни было, эти составляющие не были упущены Гитлером в дальнейшем, когда он рассматривал возможности объединения немецкого народа для благоденствия в Европе и во всем мире. Все эти причины он считал прямыми угрозами свершению своих планов.
Гитлер вернулся в Мюнхен незадолго перед началом Первой мировой войны. Он называл это время счастливейшим в своей жизни. Он немедленно решил отправиться добровольцем в армию и получил разрешение от короля Людвига III надеть мундир баварского полка, в котором прослужил шесть лет. Этот опыт привел Гитлера к другому ключевому моменту в его личной философии. На войне Гитлер заметил, что пропаганда — инструмент, активно используемый врагом: немцев изображали свирепыми, жаждущими крови боевыми машинами. То, что его правительство не использовало этот прием, он считал одной из причин поражения Германии. Он понял, что пропаганда, если ее правильно использовать, — один из наиболее эффективных инструментов войны, средство, которое убеждает массы: простое, созвучное моменту и испытанное в методах и способах подачи. Он учится на чужих ошибках, чтобы не повторять их в будущем.
Быстро падение Рейха и поражение было признано и немедленно позабыто, что, согласно Гитлеру, дало время реабилитировать национальное сознание, вложить в умы людей нужные идеи и взрастить их. Опираясь на ранние цели провалившегося пангерманского движения в Австрии, Гитлер сосредоточился на развитии национал-социализма: сплочении потерянной нации вокруг концепции сильной единой Германии. Внутренней основой этой цели было то, что достойными гражданами могли стать только чистокровные немцы; остальные считались лишь материалом, служащим благу нации.
«В результате скрещения двух существ, стоящих на различных ступенях развития, неизбежно получается потомство, ступень развития которого находится где-то посередине между ступенями развития каждого из родителей. Это значит, что потомство будет стоять несколько выше, нежели отсталый из родителей, но в то же время ниже, нежели более развитый из родителей. […] Такое спаривание находится в полном противоречии со стремлениями природы к постоянному совершенствованию жизни. Основной предпосылкой совершенствования является, конечно, не спаривание вышестоящего существа с нижестоящим, а только победа первого над вторым. Более сильный должен властвовать над более слабым, а вовсе не спариваться с более слабым и жертвовать таким образом собственной силой. Только слабые могут находить в этом нечто ужасное. На то они именно и слабые и ограниченные люди. Если бы в нашей жизни господствовал именно этот закон, то это означало бы, что более высокое развитие органических существ становится вообще невозможным. […] Таким образом, можно сказать, что результатом каждого скрещивания рас является: а) снижение уровня более высокой расы; б) физический и умственный регресс, а тем самым и начало хотя и медленного, но систематического вырождения. Содействовать этакому развитию означает грешить против воли Всевышнего вечного — нашего творца».
Наблюдения молодого Гитлера заложили основы нацистской Германии. «Арийцы», по Гитлеру, господствующая раса, были сильными, могущественными созидателями, прототипами идеального человеческого существа, строительным материалом, отвечающим философии национал-социалистической партии. Существование разных рас — необходимость; но лишь одна из них должна возвыситься над всеми и получить абсолютную власть. Его мечта будет осуществлена, когда немцы станут единственными правителями мира. А до тех пор Гитлер будет использовать любую стратегию и тактику для достижения этой цели.
Перед Второй мировой войной «Mein Kampf» вызывает наиболее пристальный интерес. К этому времени большая часть планеты была уверена, что текст являет собой гитлеровский план завоевания мира. Отто Д. Толишус писал в «Нью-Йорк Таймс Мэгэзин»: «По содержанию «Mein Kampf» на десять процентов автобиография, на девяносто процентов — догма и на сто процентов — пропаганда. Каждое слово в ней… было написано… с целью пропаганды. Если судить по ее успешности, то это пропагандистский шедевр века». «Шедевр» также содержал картину гитлеровских ценностей: Гитлер признает неэффективность правительства, которое слишком велико, чтобы поддерживать стабильность и эффективно решать проблемы; он считает, что одно лишь образование никогда не будет полезным, поэтому пропагандирует греческий идеал — баланс между умственным и физическим развитием; и он признает ценность и силу нации, объединенной патриотизмом и волей к победе.
ЦЕНЗУРНАЯ ИСТОРИЯ
«Mein Kampf» вызвала множество претензий с момента появления и до Второй мировой войны. Джонатан Грин в «Энциклопедии цензуры» называет «Mein Kampf» одной из «особенно часто» запрещаемых книг. Но, возможно, наиболее подробно задокументированная история содержится в исследовании Джеймса и Пейшенс Барнс «Mein Kampf» Гитлера в Британии и Америке», которое освещает не только издательские войны в Соединенных Штатах, но также рассматривает все ключевые процессы, напрямую или косвенно связанные с «Mein Kampf».
