соперницы отчётливо сверкнуло презрение и неприязнь.
— Если оба согласны, то можно приступать, — кивнула свидетельница и развернулась к арене, но Лилия её остановила.
— Нет, мы начнём только после конца занятий, когда соберётся больше народа. Хочу, чтобы было как можно больше свидетельниц поединка, — по-прежнему довольная соперница, по виду, уже представляла, как будет издеваться над проигравшим. Чтож, её ждёт сюрприз. Лишь бы симбионт не облажался.
Между тем, юные целительницы повалили валом на представление, в очередной раз доказав, что скорость слухов в женском коллективе превышает не только скорость звука, но и скорость света. Если вчера здесь были, в основном, старшие и промежуточные ученицы, то теперь добавочно привалила целая куча младших. Пришла также и наставница, довольно поглядывая на меня, и этот предвкушающий взгляд напряг меня куда сильнее, чем моя соперница. Потому что наставницей сегодня была не Арина, а Фирса.
— Сегодня все пришли посмотреть на то, как старшая ученица разделается с младшим учеником, — негромко проговорила стоящая рядом Гера, оглядывающая толпу. Я же в этот момент внимательно наблюдал, как Фирса делает какие-то наставления внимательно слушающей её Лилии и что-то незаметно ей передаёт. — На что ты рассчитываешь? Просто хочу понять, глупость это или тонкий расчёт?
— Конечно же глупость, разве могут быть сомнения? — повернулся к девушке с весёлым выражением лица. — Умный ввязывается в драку, только когда уверен в победе.
— Глупец так никогда не сказал бы, — поджала губы Гера, наблюдая вместе со мной за подходящей Лилией.
Фирса активировала барьер Арены, над ней возник прозрачный купол, похожий на половинку мыльного пузыря, с лёгкими радужными разводами. Мы прошли внутрь, барьер не мешал видеть окружающих и слегка приглушал звуки. Впрочем, среди стоящих вокруг быстро наступила тишина, поскольку все начали прислушиваться к происходящему. Противница встала у входа, указав мне на противоположную точку круга. Неужели она боится, что я убегу?
— Сейчас ты поймёшь, что меряться со мной силами — плохая затея, — громко произнесла зловеще улыбавшаяся девушка, активируя защитные конструкты, — готовься к позору.
— А чем ещё с тобой меряться? — насмешливо произнёс я, в свою очередь активируя «пузырь». — Размером органов размножения? Мой в длину всяко больше твоего в глубину, и это можно легко доказать без длиномера.
— Да я с таким, как ты, за телегу еды в голодный год не возлягу, — взвилась соперница, почему-то разозлившись от моих слов. Наверно, из-за более бурной реакции на мои слова свидетельниц, прислушивающихся к каждому слову внутри барьера.
— А чего тогда ко мне приставала? — картинно удивился, произнося эту чушь, но в толпе ахнули, — знал бы, что так обидишься на отказ, согласился бы на твои ласки, потерпел уж.
— Ты об этом пожалеешь, сволочь,- прошипела Лилия, глядя на то, как за барьером хихикают и бурно обсуждают мой блеф. После такого мало кто поверит в её оправдания.
Я активировал магическое зрение, симбионт также подтвердил готовность. Ещё раз перебрал свой скудный магический целительский арсенал, куда кроме «пузыря» входили «ошеломление», «слабое исцеление», «рассеивание», а также внедрённые в мою голову этой ночью «подавление», стандартный, но слегка усиленный симбионтом конструкт для преодоления защиты от целительства, и «преобразование жизни». Последнее не было целительским конструктом и относилось к общей магии, преобразуя со значительными потерями энергию мага напрямую в жизненные силы его цели. В отсутствие целителя рядом, такой конструкт мог на какое-то время сохранить раненого в живых даже в случае смертельных ран, лишь бы хватало энергии, а её у меня хоть отбавляй. «Огненный шар» же светить не следовало, поскольку это стандартный конструкт огневиков, и я вообще не должен его знать и уметь им пользоваться .
После отмашки выждавшей нужное время Фирсы, Лилия сразу ринулась в атаку, быстро создав какой-то сложный конструкт и резко направив его в мою сторону.
***
Гера задумчиво наблюдала, как соперники заходят на арену. Вся эта ситуация очень дурно пахла. Старшая ученица вызывает младшего ученика на поединок, нарочито не обговаривая условия его окончания, и теперь по правилам его можно прервать только при угрозе жизни. Следит за этим её бывшая наставница, до сих пор защищающая и помогающая ей, научившая её большинству известных ей боевых конструктов, среди которых есть с лёгкостью пробивающие любую защиту от целительства, например, «усиленная пила», при достаточной напитке энергией одинаково хорошо разрезающая как магическую защиту, так и тело соперника. Сама Гера в их единственном поединке победила Лилию чудом, за мгновение до формирования соперницей такой «пилы», разбившая её защиту «усиленной парализацией», из-за чего та элементарно не попала в цель.
Именно взгляд Фирсы на этого Дина и насторожил девушку. Она до пятнадцати лет, когда её родовитый отец соизволил признать отцовство над незаконнорождённой дочерью, росла на улице, где от чутья и мозгов выживание зависело больше, чем от силы. Навыки руководства целой бандой таких же юных и озлобленных, как она, пригодились ей и здесь, в Оплоте. Люди везде одинаковы, как в подворотнях, так и в аристократических кругах, везде признают лишь власть, силу и умение опередить соперника. Если бы не её поразительные способности к целительству, Гера, скорее всего, уже сгинула бы в трущобах Ифинура, но ей выпал шанс, который было бы глупостью упускать. И теперь, под коркой из наскоро привитых хороших манер и правил поведения в обществе, скрывался тот же зверёк, выживший лишь благодаря чутью на опасность. И это чутьё твердило ей, что над парнишкой намерены учинить расправу.
Однако, вмешиваться она решила только в крайнем случае. Протолкавшись незадолго до начала поединка к своей подруге, что принимала ставки, Гера выяснила, что на Дина поставили лишь трое. Имена двоих из них ничего девушке не сказали, кроме того, что одно из них было ульвийским, видимо, это были новички в Оплоте. Но что больше всего её поразило, это тот факт, что третьей была Ринда, девушка очень расчётливая, разбирающаяся в поединках и сугубо практичная. Тот факт, что она ставит, лишь будучи уверенной в выигрыше, а также сумма ставки, заставили её пересмотреть отношение к назначенному в жертву пареньку. Дураком тот явно не был, значит, у него был какой-то убийственный козырь в поединке, про который номка явно знала.
— Что этот идиот делает? — удивилась стоящая рядом Роза, другая старшая ученица, забредавшая на Арену крайне редко. Но сегодня был особый случай и особый бой. — Это же «пузырь», я правильно рассмотрела?
— Верно, «пузырь», — задумчиво
