Розторн у Нико и Джокубаса. - В нём больше нет смысла, поскольку заболевших находят по всей Саммерси.
Мужчины кивнули.
Браяр радостно взвизгнул:
— Значит мы можем вернуться домой!
— Нет, - хором сказали четверо взрослых, ошарашив его.
— Почему нет? - потребовал он, вдруг придя в ярость. Какой от него здесь толк, и почему ему нельзя уйти? Теперь у них было достаточно лекарей. Он хотел свою собственную комнату, в своём доме, и еду, приготовленную бесподобным Горсом в храмовых кухнях. Он хотел, чтобы Ларк сказала ему, каким храбрым он был, и услышать бой часов на Оси. Открытый воздух не помешал бы, и солнце, и поваляться с собакой на траве. Он мог бы вернуться к девочкам, где было его место.
«А кто будет смотреть за Флик?» - спросил внутри него тихий голос. «Кого кроме тебя беспокоит её судьба?»
Розторн приобняла Браяра за плечи.
— В Спиральном Круге болезни нет, - мягко объяснила она. - Не так ли? - вопрос был адресован Нико, и тот покачал головой. - Пока мы не узнаем, как передаётся болезнь, мы не можем подвергать риску заражения синей сыпью наших друзей на вершине холма.
— Но ты ведь вернёшься, не так ли? - потребовал Браяр у Нико.
— Да, вернусь, - рявкнул маг. - Я также остановлюсь в палатке за пределами Топи, избавлюсь от одежды, натрусь с ног до головы отвратительным мылом, от которого я потом весь чешусь, потом натрусь ещё более отвратительно пахнущим маслом, прежде чем мне позволят уйти. Если бы я думал, что ты принёс бы больше пользы в Спиральном Круге, а не здесь, то я бы с радостью предложил тебе пройти через то же самое.
Браяр бросил на Нико гневный взгляд, и получил такой же взгляд в ответ. Если бы он был в толерантном настроении, Браяр бы увидел, что глаза Нико были уставшими, кожа — потрескавшейся, красной и затёртой. Но Браяр в тот момент не был в толерантном настроении.
— Да это смердит! - закричал он, в ужасе от того, что он проведёт остаток своих дней в Доме Урды. - Это очень, очень смердит! Милосердие Лакика на синюю сыпь, и на того, кто послал её! - он взбежал по лестнице вместе со своим шакканом, отчаянно пытаясь не расплакаться как ребёнок. Проблема была в том, что он уже видел милосердие Лакика, которое заключалось в полном отсутствии такового.
Глава 7
Фростпайн закрыл коробку для образцов крышкой; Даджа последний раз протёрла её. Кирэл отнёс её девушке в жёлтых одеждах Храма Воздуха, ждавшей у порога. Она удерживала в равновесии на деревянной тачке почти полностью заполненный коробками для образцов ящик. Кирэл положил туда свою ношу, закрыл ящик, и закрепил кожаный ремень, удерживавший крышку. Девушка поблагодарила его, мимоходом бросив молодому человеку взгляд, затем развернула тачку, и укатила её.
— Возможно, тебе следует помочь ей, - подал идею Фростпайн, подмигнув Дадже. - Она выглядит сильной, но такие грузы требуют деликатности …
Даджа заметила, что кожа Кирэла приобрела милый малиновый оттенок.
— Ты ей, похоже, нравишься, - указала она, массируя свои пальцы.
— Я увижусь с ней за ужином, - ответил Кирэл. - Они с подружками едят за соседним столом, - он отряхнул свои белые одежды, пытаясь оттереть следы сажи.
— Твои руки в порядке? - спросил Фростпайн Даджу, откладывая в сторону остальные инструменты. - Я знаю, что гравировка — это трудно, но у тебя так хорошо получалось, что я не думал и спрашивать.
Даджа засунула руки в карманы куртки.
— Я просто удивлена видеть их пустыми, - сказала она. - Сколько дней мы уже этим занимаемся?
— Я счёт потерял, - устало заметил Кирэл. Он зачерпнул из бочки воды, и облил ей свои длинные косы, пыхтя как кит.
Фростпайн обнял одной рукой мокрое плечо Кирэла, второй — Даджи.
— Вы хорошо поработали, - сказал он своим ученикам. - Больше работают только лекари, Ларк и Сэндри, - он отпустил их. - Даджа, жемчужина моя, ты можешь вернуться в Дисциплину этой же ночью, если хочешь.
— Хочу, - ответила Даджа. - Мы достаточно этих штук наделали?
— У них хватит на месяц, и завтра мы отдыхаем, - объявил Фростпайн, когда они вышли наружу.
— Эй! Смотри, куда идёшь! - крикнул мужчина, когда они только собирались выйти на спиральную дорогу. Мимо прокатились четыре повозки, в каждой были послушники и посвящённые Храмов Огня и Земли. Они были вооружены кирками и лопатами. За ними ехали ещё повозки, гружёные тканью, пустыми корзинами и древесиной.
— Что это всё такое? - спросил Фростпайн у одной из возчиков.
— Обустраиваем больничный лагерь, - ответила женщина, посвящённая Храма Земли. - Больничный лагерь и карьер, чтобы сжигать мёртвых, - когда Фростпайн и его ученики в шоке уставились на неё, она сказала: - Вы где были? Синяя сыпь по всему городу. Дом Урды и Храм Воды заполнены. Герцог освобождает склад, и вверх по холму от Топи строят лагерь. Карьер будет выкопан на Острове Куска, - её повозка поехала дальше, следуя к южным воротам, на дорогу в город.
«Браяр?» - спросила Даджа, протягиваясь через их магическую связь. «Ты в порядке?» - ей вдруг стало страшно за них с Розторн.
«Я в порядке. Отвали» - твёрдо ответил Браяр. Даджу отрезало так резко, как если бы у неё перед лицом захлопнули дверь.
Когда Браяр ступал по коридору к комнате, в которой была Флик, его остановил лекарь.
— Маска, перчатки, - устало сказал он. - У нас есть свежие, на столах; используй их.
Браяр хотел сказать ему то же, что только что сказал Дадже, но мужчина глядел поверх маски так устало, что Браяр решил, что оно того не стоит. Он поставил шаккан, и взял себе маску. Ощущение Ларк и Сэндри окатило его, когда пахнувшая травами ткань прижалась к его носу. Он почти мог видеть их лица, настолько сильно была впитана их магия в некрашеный хлопок. То же было с перчатками. Натянув их на руки, он почувствовал, как будто Ларк и Сэндри стояли у него за спиной, храня его.
Это заставило его устыдиться.
«Даджа», - позвал он робко беззвучно позвал он. «Даджа, прости».
Он чувствовал, что ранил Торговку, так же, как если бы ударил её ножом. Затем Даджа тоже расслабилась.
«Там плохо»?
«Достаточно
