Он с детства узнал, как это бывает. Гейбриел мог отсиживать задницу сколько угодно. Делать карьеру ему необязательно — он первенец. Другое дело Дерек. Никто не собирался ему помогать, и поскольку у младшего сына всегда было меньше возможностей, он привык сомневаться в том, что сможет завоевать любовь женщины, если у той не будет веских причин выбрать его. Причин вроде славы или денег, способных возместить ему невысокий по праву рождения статус.
Говоря по правде, было время, когда он отважился бы на все ради любви. О да, Дерек мечтал когда-нибудь быть любимым. Именно эта мечта побудила его к военной карьере.
Если ему приходится рисковать жизнью, чтобы получить богатства, с помощью которых можно найти любовь, если ему приходится каждый день встречаться со смертью, чтобы заслужить звание героя, значит, оно того стоит.
Что же, теперь работа стала привычной, а что касается веры в истинную любовь… она уже давно поблекла. Таяла с каждой новой связью. Гибла с каждой замужней женщиной, которую он соблазнял.
Но прошлой ночью он встретил Мэри Нонсач и на несколько часов посмел надеяться, что она отличается от остальных. А теперь понял, что зря тешил себя глупыми мыслями. Она такая же, как все. Обычная интриганка с хорошеньким личиком. Да, ее поцелуи кружили голову, но ни одна молодая леди, целующаяся с незнакомцами в садовых беседках, не достойна стать его женой.
Впрочем, какая разница? Он уже давно не мечтал о женитьбе по любви. Не больше, чем Лили Балфур или ее вульгарный набоб Ланди. В нем ничего не осталось от романтичного мальчишки. Теперь он старше, закален жизнью и лучше понимает, что такое любовь.
Пусть женщина разделит с ним его бремя, пока он еще не богат. Пусть последует за ним на войну, как другие офицерские жены. Тогда это можно назвать любовью.
Пусть увидит своими глазами весь этот ад. Пусть поможет ему ухаживать за покалеченными солдатами. Пусть увидит, как он обезглавит в битве нескольких человек и располосует врага своей острой как бритва саблей. И тогда будет видно, хватит ли у леди храбрости быть женой запятнанного кровью убийцы… которым считала его Лили Балфур.
Нет, Дерек и не трудился искать такую любовь. Этого никогда не будет. Он просто не верил, что такая любовь существует.
Кроме того, он не попросил бы подобной жертвы ни у одной слабой женщины. И не позволит подвергнуть ее столь жестокому испытанию. Слишком хорошо знал, что война — это насилие над душой.
Одним словом, пусть лучше девушки восхищаются его мундиром и не пытаются достучаться до сердца.
Кроме того, он уже обдумал более реалистичный план своей будущей женитьбы. Когда он приобретет в Индии состояние, обязательно купит лучшую невесту, которую сможет себе позволить: самую гордую, самую высокородную, самую чистую.
А пока будет довольствоваться веселыми вдовушками и замужними распутницами, и если Лили Балфур это не нравится, пусть идет ко всем чертям!
К несчастью, их общее знакомство с Эдвардом неизбежно привело к тому, что вскоре им снова пришлось терпеть общество друг друга.
Ко времени музыкального вечера лорда и леди Фэллоу Лили почти сумела убедить себя, что совершенно забыла о майоре Дереке Найте. Немалая победа, если учесть, что теперь он постоянно приезжал к Эдварду, не говоря уже о том, что с губ крестной не сходило имя этого негодяя.
Эдвард то и дело упоминал о встречах с ним по делам комитета. Крестная, к ужасу Лили, постоянно твердила, что этот распутник, этот «жеребец сезона», и есть тот, которого она должна покорить, поймать в свои сети и повести к алтарю.
Ни за что! Только через ее труп!
Когда стало совсем невмоготу, Лили предложила миссис Клируэлл самой повести майора к алтарю. Похоже, ему по вкусу богатые вдовы!
Ее все еще жгли его слова, сказанные в тот день в Гайд-парке.
Легко ему свысока судить ее! У мужчин так много возможностей в жизни! Они могли учиться в школе, получить образование в университете, освоить достойное уважения ремесло. Но все это недоступно женщинам. Как говорила мать, для них существует лишь одно респектабельное занятие — выгодное замужество. Так пусть Дерек Найт издевается над ней, если у него хватает на это подлости! Он со своими бесчисленными приключениями, богатой семьей и влиятельными связями, своей профессией и своими талантами… весь мир у его ног. Деньги и слава, ничего не скажешь.
Но если он посмеет сказать ей хоть одно невежливое слово, она так его отчитает, что он еще долго будет ее помнить! И ей все равно, услышат ее или нет!
Поэтому она выбросила Дерека из головы и сосредоточила все усилия на Эдварде.
Сегодня ее поклонник вел себя идеально. К тому же хозяин вечера лорд Фэллоу был его вечным покровителем. И выглядел Ланди неотразимо. Лили еще никогда не видела его столь элегантным.
Они прошлись по украшенному статуями холлу. Стены мягкого серо-голубого цвета служили прекрасным фоном для темной бронзы, расставленной в центре зала, тогда как древние алебастровые бюсты греческих философов выглядывали из ниш.
Холл переходил в сад с большим квадратным двором, вокруг которого был выстроен дом. Здесь были разбиты роскошные цветочные клумбы, росли изысканно подстриженные кусты самых различных форм. Сумерки уже спустились, но изящные фонарики, развешанные по саду, освещали возвышение, где скоро предстояло играть пианисту с оркестром.
Пока что в холле со статуями играла арфистка, придавая безмятежное настроение вечеру.
Лили отвела Эдварда в сторону, чтобы как следует рассмотреть мозаичный столик. Прикрытая стеклом столешница была инкрустирована поблекшими, но все еще красочными фрагментами древней римской керамики. Лили ахнула, когда Эдвард попытался поставить на него бокал, но он тут же остановился и весело глянул на нее, желая показать, что всего лишь шутит.
— Не пугайте меня так! — прошептала она с укоризненой улыбкой, прижимая руку к сердцу.
Эдвард со смешком отвернулся.
— Наконец хоть один знакомый! — воскликнул он, щурясь и кивая в сторону бального зала.
Лили взглянула в ту сторону, но увидев, кого имел в виду Эдвард, невольно напряглась.
Дерек Найт… с очередной дамой. На этот раз он надел не мундир, а черный фрак. Она взирала на буйную гриву черных волос, не заплетенных сегодня в косу: странный контраст с вечерним костюмом. Элегантность и первобытность…
Длинные блестящие волосы доходили до широченных плеч. Майор выглядел абсолютным дикарем.
Эдвард со смехом окликнул красивого негодяя.
Лили с досадой уставилась на поклонника, но стоило ли возражать? Дерек Найт был одним из немногих членов благородных семей, тепло относившихся к Эдварду. Их взаимная приязнь, вероятно, основывалась на общих воспоминаниях о жизни в Индии.
