— В таком случае мне и в голову не придет его пропустить, — галантно ответил он. — Не возражаете, если я привезу брата?
Его невинный вопрос вызвал новую волну восторга.
— У вас есть брат? — хором вскричали обе дамы.
— Разумеется, он просто обязан быть у нас, — кивнула миссис Ланди.
— Он тоже холостяк? — осведомилась миссис Клируэлл.
— Боюсь, что так, леди. Мы оба не слишком счастливы в любви, — вздохнул Дерек, подавляя дьявольскую усмешку. Гейбриел просто убьет его за это! Но он вытащит брата из дома, чего бы это ему ни стоило. — Он был ранен в бою, перед нашим отплытием из Индии.
— О, как ужасно!
— Бедняжка!
— Я, разумеется, забочусь о нем, но ничто не может заменить нежного участия прелестных дам.
— Разумеется, нет, майор. Как это грустно!
— Ничего, мы позаботимся о том, чтобы с вашим братом обращались крайне осторожно.
— Вы очень добры.
Обе матроны продолжали щебетать. Дерек откровенно забавлялся. Он привык к такому обращению. Большинство дам либо хотели затащить его в постель, либо окружить материнской заботой.
А вот мисс Балфур продолжала игнорировать его.
Дерек тайком наблюдал за ней.
Она была возмутительно невежлива. Или у нее зубы болят?
Допив чай, мисс Балфур отставила чашку с блюдцем и снова сложила руки на коленях.
И почему-то этот чопорный жест его тронул.
Он отметил, что у нее гибкая стройная фигура, светлые, забранные наверх волосы.
Что же, очень мило. Кто бы мог подумать, что у такого грубияна, как Ланди, столь изысканный вкус? Поразительно!
В этот момент мисс Балфур, словно ощутив его взгляд, подняла голову и осторожно посмотрела на него.
Их взгляды встретились.
Скрестились.
Боже милостивый!
Его наконец озарило.
Она! Мэри Нонсач, его таинственная девушка из беседки!
Нет, он, конечно, ошибается.
Дерек не мог пошевелиться.
Пожилые леди продолжали щебетать, Ланди нервно кусал ногти. Лили Балфур все смотрела на Дерека, тоскливо, умоляюще, словно заклиная пощадить. Ее лицо было белее алебастра.
Он не верил глазам, потрясенно обводя взглядом нежную шейку, ту прелестную шейку, которую так хорошо запомнил прошлой ночью. Как и ее золотистые волосы и белоснежную кожу.
Так это она невеста Ланди?
Но как…
Неужели прошлая ночь была чем-то вроде ловушки? Кто-то поручил ей соблазнить его, чтобы отвлечь от истории с пропавшими деньгами?
Ланди уже упоминал, что ее семья разорена.
Он вспомнил, что в кармане лежит ее сережка. Что же, если она хочет вернуть украшение, придется ответить на несколько вопросов.
Дерек снова бросил настороженный взгляд в ее сторону. Она явно молила не выдавать ее. Так, значит, она не игнорировала его, а отчаянно старалась, чтобы ее не узнали.
Что же, теперь он по крайней мере знал, почему она не желала открыть свое имя. «Мэри Нонсач» поймала богатого набоба и рисковала своей репутацией, целуясь в беседке с Дереком!
Сознание этого обрадовало его, и от недоверия к ней не осталось и следа. Хотя… он не успокоится, пока самолично ее не допросит!
— Позвольте угостить вас, майор! Лили, не сможете ли вы…
— О… да… конечно.
— Не трудитесь, я сам все возьму, — заверил он, вместе с ней подходя к сервировочному столу. Похоже, это единственный шанс подобраться ближе к ней!
Между ними словно искры проскакивали, когда они стояли перед столом, спиной к остальным, обозревая крошечные сандвичи и пирожные.
— Все выглядит восхитительно, — протянул он, надеясь, что она расслышала в его словах вполне очевидный намек.
Лили слегка отодвинулась.
— Что бы вы рекомендовали, мисс Балфур?
Лили, надменно поджав губы, оглядела поднос:
— Думаю, вам здесь понравится почти все, майор. Вы, похоже, не слишком разборчивы. Эдвард, дорогой, что выбрать для вас?
— То же самое, что и майору, — буркнул тот.
Дерек выгнул бровь, ибо сильно сомневался, что она когда-либо давала Эдварду то, что подарила прошлой ночью ему.
— Мне лимонаду, пожалуйста, — произнес он вслух.
— Надеюсь, вы им подавитесь, — выдохнула она, с ангельской улыбкой подавая ему кувшин.
— Вам лучше быть со мной повежливее… мисс… Нонсач, — пригрозил он.
Лили прикрыла глаза, помедлила, словно все еще цепляясь за последнюю надежду остаться неузнанной.
— Положите мне побольше сахара, — потребовал ее поклонник. — Я люблю сладкий лимонад.
Дерек молча протянул ей ложку, но едва их пальцы соприкоснулись, Лили поспешно отдернула руку, и ложка со звоном упала на пол.
— О Боже! — ахнула она.
— Ничего страшного, — успокоил Дерек, но оба нагнулись одновременно, чтобы поднять ложку, и едва не столкнулись лбами.
Ланди громко захохотал над их неуклюжестью.
— У вас просто талант терять вещи, верно? — пробормотал Дерек себе под нос, поднимая ложку.
Она вопросительно уставилась на него. Он едва заметно улыбнулся, подтверждая, что нашел сережку.
— Гайд-парк через час.
Она слегка кивнула. Оба снова поднялись.
Пока он откладывал ложку в сторону, она взяла другую, бросила еще один кусочек сахара в лимонад и стала размешивать. Дерек тем временем положил себе на тарелочку печенье и сандвич с огурцом.
Они вернулись на свои места. Вскоре Дерек встал и распрощался. День оказался чрезвычайно насыщенным.
Пока хозяин провожал его во двор, где уже ждал кучер с экипажем, майору пришлось выслушать немало похвал в адрес Лили.
— Она — это что-то, верно? — хвастался Ланди, ухмыляясь во весь рот. — Красавица, как я и говорил, и при том истинная леди.
— Вы совершенно правы, — согласился Дерек, закрывая за собой дверцу экипажа.
«Ты и понятия не имеешь насколько…»
После отъезда майора леди еще немного посидели, а затем спустились вниз, к розовой коляске миссис Клируэлл.
Лили старательно загораживалась зонтиком от солнца, опасаясь загореть. Ей ни к чему портить внешность.
Миссис Клируэлл показала на маленькое озеро, мимо которого они проезжали, но хотя Лили кивала и даже изображала улыбку, сердце все еще тревожно колотилось при воспоминании о неожиданной встрече с Дереком Найтом.
Этому человеку снова удалось смутить ее!
О, это невыносимо. И неизвестность была настоящей пыткой! Она должна знать, намерен ли он сказать Эдварду об их тайном свидании или промолчит.
Что бы ни случилось, нельзя позволить ему разрушить ее свадебные планы. Она так и скажет при встрече в Гайд-парке!
Разумеется, существует опасность, что их увидят на людях. Она в обществе столь известного распутника и повесы.
