этот мир. И всё крутится вокруг Вечного Древа…
Я молчал, заставляя шестерёнки в варварских мозгах крутиться сильнее обычного. Бездна в этот раз говорит очень много, она явно готовилась к этому разговору.
— И я даю тебе выбор, — черноволосая улыбнулась, — Можешь умереть эффектно, но забрав кучу ничтожеств с собой… тогда ты узнаешь, какое наказание тебя ждёт. А можешь просто пойти со мной.
Я изумлённо рассматривал её руку. Бледная чистота Бездны казалась чем-то инородным в этом мерзком и грязном болоте… А может, и вправду согласиться? Кстати, смог же я один раз обвести Бездну вокруг пальца? Значит, и в этот раз найду выход…
Я, Всеволод Десятый, продал Бездне душу, и смог вернуть её обратно. О чём-то это да говорит⁈
Как назло, черноволосая мило улыбалась мне и просто молча ждала, когда я протяну руку. Как будто она не слышала мои последние мысли.
— Нет, конечно, — она улыбнулась ещё милее, — Неужели ты думаешь, что я позволю второй раз обвести себя вокруг пальца? Да и то, Всеволод, если так подумать… Ты обманул меня, но сам просто сдох.
Она произнесла это так равнодушно, что у меня разом вспыхнула в душе злость. Даже не варварская, а моя собственная.
Всплыл в голове тот разговор двух колоссов. Я сразу вспомнил, что моя смерть тогда оказалась не напрасной — она засчиталась как искренняя жертва, и злые глаза Бездны, которая тогда не смогла раздавить меня, так и застыли перед моим взором.
Откуда-то из глубин подсознания проклюнулась мысль. А ведь если я сейчас уводил болотных тварей от своих спутников, чтобы те могли выбраться… Разве это не жертва?
Эта мысль показалась настолько же гениальной, насколько и простой. Ну, что ж, взрыв, так взрыв…
— Я не просто сдох, тварь! — прошипел я.
— Нет! — глаза Бездны округлились, — Ты не можешь… Только не снова…
О-о-о, как приятно было увидеть этот испуганный взгляд, когда повелительница Тьмы с растерянной яростью смотрит на своего лучшего последователя… Который в очередной раз просто плевал на всё её величие.
Зажмурившись, я приготовился призвать Тьму. Кольцо усилит призыв, и бросская кровь выдаст пламя невероятной силы…
— НЕТ! — голос Бездны грохнул по моим ушам, в который раз подтверждая, что я всё делаю правильно, — Ты пожалеешь об этом, Десятый!!!
Я просто наслаждался её бессилием. Приятно было ощущать себя не беспомощным бревном, застрявшим в трясине, а всемогущим Тёмным Жрецом…
И я даже успел представить, как от меня кругом исходит волна огня, пожирая всё на своём пути. Как испепеляются в оранжевом пламени, превращаясь в головёшки, мелкие твари и как корчатся взрослые…
Как исчезает в пламени искажённое злостью лицо Бездны. Как она кричит, что ещё не всё кончено, что она ещё сделает свой ход… О, да! Снова эта мощь, повергающая даже богиню в ужас.
И в последний миг я передумал…
Осторожно открыл один глаз. Бездна исчезла. Жижа вокруг меня кипела, до того раскалилась моя кровь, но рубикон я не перешёл… Мелкие кикиморы отпрыгнули, зашипев от ожогов, а взрослые рычали, готовясь прыгнуть и оторвать мне голову, но кипящая вода их отпугивала.
— Хе-хе-хе, — ощерился я, — Всё-таки я тебя ещё раз поимел, Бездна…
Нельзя было считать эту жертву искренней. Во-первых, я бы удовлетворил любопытство, а во-вторых, я делал это ради того, чтобы снова обмануть Бездну… Так не считается.
В голове попытался проклюнуться какой-то голос, но он был очень слаб, я ничего не разобрал. Бездна слишком рано явилась мне, ещё не восстановив толком свой предел, и сейчас опять потратила все силы.
Кстати, о богинях. Есть у меня одна в должницах… Интересно, а она сможет помочь?
Я даже возмутился этой своей мысли. В смысле — «сможет?» Меня не волнует, сможет или нет. Она мне должна.
— Мавша! — рявкнул я прямо в лицо огромной кикиморе, уже булькая грязью, так глубоко меня втянула трясина, — Вытаскивай меня давай!
Глава 13
Кикимора продолжала рычать, протягивая когтистую лапу ко мне. Вторая обходила трясину, в которой я застрял, явно намереваясь напасть со спины.
На миг меня взяло сомнение. Вдруг Мавша ещё не набрала достаточно сил, чтобы проявиться в этом мире?
В то же время я знал — любимое дело любого божества сделать вид, что оно ничего не слышит, а если что-то и произошло, оно тут совсем ни при чём. Боги ведь тоже отвечают перед мирозданием за свои косяки, и отлично знают, что рано или поздно карма вернётся им.
И Мавша точно была бы не против, если б ответный удар судьбы пришёлся как можно позже. «Мои существа съели воплощение Хморока? Ой, я даже не успела остановить их. Ах, когда ещё теперь он вернётся в этот мир, когда ещё я смогу отдать долг…»
— Мавша, — я уже не рявкал, а булькал, погрузившись носом в трясину, — Я знаю, что ты здесь. Отдавай долг!
Тут у рычащей кикиморы всё же получилось изобразить удивление…
— Я тебе Губитель Древа вынесла, хмарочья твоя душонка!!! — завизжала тварь, указывая пальцем на дубинку, которую я держал над головой.
Я только закатил глаза. Ну опять она за своё… У меня, кстати, только глаза и остались, чтобы демонстрировать мимику.
— Я отдала тебе Губителя Древа!!! — вторая гориллоподобная кикимора за моей спиной в истерике задубасила кулаками по жиже, набрасывая грязь мне на затылок, которая сразу же затекла в глаза.
Ну вот, теперь и видеть перестал. Да смердящий свет, она специально решила меня утопить?
Я уже не мог кричать в ответ и только отсчитывал секунды, сколько ещё хватит воздуха в лёгких. Кстати, его оказалось невероятно много, удушье пока совершенно не ощущалось, и я заподозрил, что и Стрибор наверняка ошивается неподалёку.
Ты-ка смотри, все слетелись, как мухи на… кхм… как пчёлы на застрявшего в болоте бросса.
Взрослые кикиморы продолжали носиться вокруг моего омута, а мелочь, заполонившая все камыши вокруг, поддакивала им возмущённым кваканьем. Сейчас они все, сложив задние лапы и подняв головы, надували шеи и были очень похожи на обычных жаб.
Меня аж оглушило этим разноголосым хором, но спустя несколько секунд всё заглохло в трясине, залившей мне уши и окончательно залепившей глаза.
А потом когтистая лапа проскребла мне сзади по шее, хватая за шкирку, и разом вытянула на мель. Я плюхнулся в мелководную жижу, меня снова оглушило громкое кваканье
