тут и там торчали остроконечные крыши подводных хаток, рядом с которыми иногда бурлили пузыри. Естественно, ни одной живой души в озерце не было видно, но я и не надеялся подойти незамеченным.
В первую очередь кикиморы — животные. И, если их не направляет богиня или им ничего не грозит, нападать не будут.
— За ними что, нырять? — проворчал Виол, не спуская глаз с верхушек крыши.
Я не ответил, потому как сам раздумывал над этой проблемой. Из некоторых крыш коптился самый настоящий дымок, ведь кикиморы обладали простейшим разумом. Особенно взрослые, пожившие своё.
Со взрослой кикиморой мне встречаться совсем не хотелось. Значит, надо избегать дымящихся хаток.
Посмотрев на озерцо, мы снова тихо двинулись через камыши, и я дал Кутеню команду искать гнездо помельче.
— Кстати, а как добывают пот с кикимор? — спросила Креона.
— Наверное, надо заставить их сначала вспотеть? — предположила Дайю, — Может, приказать им?
— Боюсь, ваше высочество, тут это не сработает, — проворчал бард, — Но знаю точно, что пот собирают только с живых кикимор.
Я усмехнулся. Перед походом, кстати, мне пришлось помучиться с выбором — оставить Дайю в трактире или взять с собой. Но чуяла моя жреческая чуйка, что за трактиром тщательно следят, поэтому рисковать я не стал.
— Для начала условимся, — прошептал я, — Когда я закричу «взрыв», вам надо бежать от меня подальше.
— Громада! Что ещё за взрыв⁈
— Взрыв — это взрыв, — пробурчал я.
Креона с Виолом переглянулись, а Дайю не преминула вставить:
— У нас в Лучевии есть маги пыли, они отлично владеют магией взрывов.
— В пещере тогда я, получается, видел такого мага пыли? — сразу спросил я.
— Да, это был он, — кивнула та, — Послушник из храма Знойных Песков, я помню, он служит моему дяде.
Я усмехнулся. Кажется, скоро абсолютно все цепочки рано или поздно сойдутся на этом Шане Куо, дяде принцессы. Ну, значит, если я буду его считать главным последователем Бездны, то ошибки не будет.
— Погоди, громада. Там, в магической зоне, где мы тебя возле раскуроченной пещеры нашли… это и был тот взрыв⁈ — Виол судорожно сглотнул.
В ответ я лишь кивнул. Как хорошо, что не надо объяснять. Меня самого мучила одна дилемма — если от этого взрыва погибнут кикиморы, это будет считаться убийством? Или обязательно я должен делать это физически?
— Видит Маюн, такие вещи обсуждаются до похода, — проворчал Виол, — Но нет, мы же и в магическую зону, и в лиманы попёрлись с бухты-барахты…
— Малуш, вообще-то бард прав, — нехотя сказала Креона.
Говорить, что импровизация у варвара получается явно лучше, чем обдумывание стратегии и планов, я не стал. С настоящими врагами мы ещё не встретились, и если не идти вперёд семимильными шагами, то первая наша встреча с ними закончится плохо.
— Такое оправдание, как тугие варварские мозги, сойдёт? — с насмешкой произнёс я, — Ну, и кто нырнёт за кикиморами?
Мы как раз вышли к подходящему мелкому озерцу, где одиноко торчали три крыши. Оглянувшись на барда и чародейку, я сразу понял, что нырять придётся мне. Уж точно не принцессе…
— Ну, Отец-Небо, — проворчал я, заходя в воду и пропахивая ногами толстый слой ила, — Ты знал, что Десятый будет барахтаться в вонючем болоте?
— Эй, громада! — опомнился бард перед тем, как я нырнул, — А если ты скажешь «взрыв» в воде, как мы услышим⁈
Но вода уже поглотила меня, и я двинулся к первой подводной хатке. Я скорее не плыл, а шёл под водой, потому что вес доспеха не давал мне всплыть. К счастью, в моей мощной груди воздуха хватило бы надолго. Кутень спокойно передвигался рядом под водой, причём его глаза, в отличие человеческих, отлично видели даже в мутной болотистой воде.
Подплыв к подводному вигваму, собранному из тонких коряг, оплетённых водорослями, я сунул руку под шторку из листьев осоки. Из далёкого-далёкого прошлого пришло воспоминание, как я в детстве нырял за раками и вот так совал руки в узкие норы. Как же давно это было, тогда я ещё не успел уничтожить половину Империи, и теперь кажется, это было даже не со мной.
— А-а-а! — мой подводный крик уплыл пузырями вверх, когда острые зубы чуть не оттяпали мне палец, и я вытащил мелкую кикимору, грызущую защиту на моём локте.
Пока я двигался обратно, обезьяноподобная жаба извивалась, пытаясь прокусить толстую кожу, обшитую железной чешуёй. Я перехватил её за горло и на всякий случай воткнул кикиморе в пасть топорище, чтобы не дай Небо она не позвала своих сородичей.
О, я даже в воде чувствовал, какое склизкое у неё тело, она так и норовила выскользнуть из рук. Много, очень много пота, так мы быстро заработаем положенное нам золото.
— Эй! — зашипел я, когда вытащил голову из воды, и, вытянув бешеное чудище на свет, поднял её перед собой, — Снежком её оглу… Да смердящий свет!!!
Кикимора резко обмякла в моих руках, и я уставился на стрелу, торчащую изо лба бедной твари. При этом слизь, покрывающая её, и вправду будто помутнела, и стала вязкой, но уже не скользкой.
— Ой, прошу прощения, — Дайю опустила лук, — Я случайно.
Я ничего не ответил. Лишь с досады отбросил убитую кикимору на берег к спутникам. Оттащим Сидору, может, на какие ингредиенты сгодится.
— Так, — я обернулся, — Следующую, Креона, ты просто оглушаешь пучком льда. Мы собираем с неё пот, а потом живую отпускаем. Живую, всем ясно?
* * *
В этот раз получилось гораздо лучше. Я выскочил из воды, вытянув трепыхающуюся кикимору, проскакал до берега.
Креона прочавкала навстречу, активируя заклинание на ходу.
— Я готова, Малуш!
— Давай, — я выставил кикимору, и чародейка метнула снежок.
И тут же мгновенный удар жезлом в нос чудовищу, да так, что у той хрустнул череп. Ещё через мгновение я удивлённо уставился на кончик лезвия, вылезший из спины худосочной болотной твари, а потом спрятавшийся обратно.
Как Креона преодолела в одном прыжке сразу пару метров по трясине, она и сама не сообразила.
— Моркатова стужь! — Креона вытаращилась на свои руки, — Я сама не поняла, как так… Ой, в общем.
Я ошарашенно опустил руки, погрузив тело кикиморы в воду. Да чтоб этих глупцов Бездна сожрала…
Даже не
