Читаем без скачивания Всего один взгляд - Харлан Кобен

Но один, чересчур длинный, бросался в глаза.

— Код шестьсот три — это где?

— Не знаю. А где ты его нашла?

Грейс показала на мониторе. Кора подвела к строке курсор и выделила номер.

— Что ты делаешь?

— Жмешь на номер, и тебе сообщают, кому ты звонила.

— Да что ты?!

— Боже, в каком веке ты живешь? Ты хоть про звуковой кинематограф в курсе?

Грейс пропустила язвительные замечания мимо ушей.

— И все, что требуется, — нажать на ссылку?

— Это если номер есть в телефонной книге.

Кора нажала левую кнопку мыши, и в появившемся прямоугольнике они прочли: «Номер в списке не значится».

— На тебе. Его нет в списке.

Грейс посмотрела на часы.

— Полдесятого, время детское, — сказала она, — еще прилично звонить?

— В ситуации с пропавшим мужем — еще как прилично.

Взяв трубку, Грейс набрала номер и поморщилась от резкого, громкого сигнала вызова — он заставил ее вспомнить концерт «Вознесения». Механический голос в трубке проговорил:

— Номер, по которому вы позвонили, не обслуживается. Дополнительной информации нет.

Грейс нахмурилась.

— Что?

— Когда Джек последний раз звонил туда?

— Три недели назад, — ответила Кора, глядя на монитор. — Разговор длился восемнадцать минут.

— Номер не обслуживается.

— Хм, значит, код шестьсот три. — Кора открыла другой веб-сайт. Набрав «код 603», она нажала на «ввод». Ответ появился сразу. — Это Нью-Хэмпшир. Подожди, давай проверим в «Гугле».

— Что проверим? Нью-Хэмпшир?

— Номер телефона!

— А что это даст?

— Этого номера нет в телефонной книге, так?

— Да.

— Тогда дай кое-что покажу. Это не всегда получается, но, может, нам повезет. — Кора набрала в строке поиска телефон Грейс. — Мы сейчас поищем в Интернете эти номера рядом. Не по телефонным справочникам, раз там его нет, но…

Кора нажала на «показать результат», и на экране появилась единственная ссылка на адрес сайта, посвященного премиям за художественные работы, учрежденным Университетом Брандейс, альма-матер Грейс. Кора нажала на ссылку. На экране появились имя и телефон Грейс.

— Ты кого-то награждала?

Грейс кивнула:

— Да, мы распределяли стипендии на обучение на факультете искусств.

— Здесь все твои данные — имя, адрес и телефон, как и у других членов комитета. Ты им сама оставила, наверное.

Грейс только головой покрутила.

— Отбрось свои допотопные взгляды и добро пожаловать в эру информационных технологий, — засмеялась Кора. — Раз я знаю твое имя, можно задать миллион параметров для поиска. Вылезет сайт с твоей галереей, потом твой колледж и так далее. Теперь попробуем с этим номером шестьсот три…

Пальцы Коры вновь запорхали над клавиатурой. Нажав клавишу «показать результат», она прищурилась, вглядываясь в экран:

— Так, что-то есть. Боб Додд.

— Боб?

— Да. Не Роберт, а Боб. — Кора подняла глаза на Грейс. — Знакомый?

— Нет.

— Вместо адреса — почтовый ящик в Фицуильямс, Нью-Хэмпшир. Ты там бывала?

— Ни разу.

— А Джек?

— По-моему, нет. Колледж он заканчивал в Вермонте, так что по идее мог бывать в Нью-Хэмпшире, но вместе мы туда не ездили.

Сверху послышался плач — Макс расплакался во сне.

— Иди, — сказала Кора. — Я посмотрю, что можно накопать о мистере Додде.

В спальню сынишки Грейс поднималась со стеснением в груди: ночную вахту в доме всегда нес Джек, разбираясь со страшными снами и просьбами принести водички. Он и держал детишкам головы в три утра, когда их, случалось, рвало. Днем с их кашлями, чиханьем, градусниками и температурой справлялась мама, подогревая куриный бульон и заставляя проглотить робитуссин, ночная же смена традиционно отводилась Джеку.

Когда она вошла, Макс всхлипывал. Уже не рыдал в голос, а тихо хныкал, и отчего-то это надрывало ей сердце сильнее, чем самый громкий крик. Грейс обняла мальчика, дрожавшего всем телом, и, мягко покачиваясь взад-вперед, принялась успокаивать его тихим «ш-ш-ш», шепча, что мама рядом, что все в порядке, что он в безопасности.

Мальчик не сразу, но успокоился. Грейс отвела его в туалет. Хотя Максу едва исполнилось шесть, писал он как настоящий мужчина — в смысле не попадая в унитаз. Сонный ребенок покачивался, буквально спал стоя. Мама подтянула его пижамные штанишки с рисунками из «Поисков Немо», уложила в кровать и спросила, что же ему приснилось. Но Макс, помотав головой, мгновенно уснул.

Грейс смотрела, как в такт дыханию поднимается и опускается его грудь. Сейчас Макс был очень похож на отца.

Через минуту она сошла вниз. На первом этаже царила тишина, не нарушаемая даже шелестом клавиш. Грейс вошла в кабинет. Стул перед компьютером был свободен. Кора стояла в углу, судорожно стиснув в руке бокал с вином.

— Кора, ты что?

— Я знаю, почему телефон Боба Додда не обслуживается.

В голосе Коры слышалось странное напряжение, будто слова давались ей с трудом. Грейс ждала продолжения, но Кора молчала, пытаясь вжаться в угол.

— Что случилось? — не выдержала Грейс.

Кора быстро отхлебнула вина и выдохнула:

— Согласно некрологу в «Нью-Хэмпшир пост», две недели назад Боба Додда убили.

Глава 16

Эрик Ву ступил на порог дома Сайкса.

В доме было тем но — уходя, Ву везде выключил свет. Незваный гость, воспользовавшийся ключами, не включил освещения. Интересно почему?

Надо же, у этой дамочки в кружевной комбинации хватило ума не зажигать огня.

Ву остановился. Если есть мозги не объявлять о своем присутствии зажженным светом, зачем тогда надо было бросать открытую ключницу посреди дорожки?

Что-то не складывалось.

Пригнувшись, Ву шмыгнул за кресло, замер, прислушался. Все было тихо. Будь в доме посторонние, он бы расслышал движение. Ву ждал.

Ничего.

Ву напряженно думал. Может, посетитель уже ушел?

Сомнительно. Человек, рискнувший воспользоваться чужим ключом, захочет осмотреться. Он бы нашел Фредди Сайкса в ванной и вызвал бы помощь. Если бы гость убрался восвояси, ничего не обнаружив, он положил бы ключи обратно в тайник. А здесь ни того ни другого.

Какой напрашивается логический вывод?

Гость все еще здесь. Затаился. Спрятался.

Мягко ступая, Ву двинулся в глубь дома. Все три выхода были заперты, он проверил. На двух имелись засовы, которые Ву бесшумно задвинул. Взяв стулья из столовой, он поставил по одному перед каждой дверью, желая если не преградить, то хотя бы помешать непрошеному посетителю беспрепятственно покинуть дом.

Поймать неожиданного противника.

Лестница была застлана ковровой дорожкой, заглушавшей звук шагов. Ву решил проверить ванную — там ли по-прежнему Фредди Сайкс. Ему вновь пришла на ум ключница, брошенная посреди дорожки, словно демонстративно. Бессмыслица какая-то. Он пошел медленнее.

Что-то не давало ему покоя. Начнем сначала. Человек, который знает, где Сайкс держит ключи, открывает дверь и проникает в дом. Дальше? При виде Фредди он наверняка ударится в панику и вызовет полицию. Не найдя Сайкса, просто уйдет, сунет ключи в пластмассовое хранилище и отложит псевдобулыжник в сторону.

Однако на деле все было не так.

Значит, еще раз — какой вывод?

Единственное, что можно предположить, если Ву ничего не упустил, — вошедший нашел Сайкса, как раз когда он вошел, и не имел времени вызвать помощь, успев только спрятаться.

Но и в этой версии имелись натяжки. Разве вошедший не включил бы свет? Может, соседка и включала, но заметила, что идет Ву, лихорадочно щелкнула выключателем и затаилась.

В ванной, где лежит Сайкс.

Поднявшись в хозяйскую спальню, Ву обратил внимание на щель под дверью в ванную. Свет не горел. Нельзя недооценивать врага, напомнил он себе. Он уже наделал немало ошибок. Сначала Рокки Конвелл — Ву глупо подставился, не озаботившись заподозрить слежку. Затем его заметила соседка Сайкса. Небрежная работа. Полная дрянь.

А теперь еще и это.

Трудно относиться к себе критически, но, глядя на свои действия со стороны, Ву вынужден был признать: никто не идеален. Только идиоты верят в безупречных профессионалов, которые все наперед просчитывают. Возможно, время, проведенное в тюрьме, притупило его бдительность? Не важно. Сейчас необходимо сосредоточиться. Собраться в кулак.

Надо же, как много фотографий в спальне Сайкса… Здесь, как знал Ву из онлайн-переписки, пятьдесят лет прожила его мамаша. Отец Сайкса погиб на войне в Корее, когда Фредди был еще совсем маленьким, и мать так до конца и не оправилась от горя. Люди по-разному реагируют на смерть дорогих им людей. Миссис Сайкс променяла реальную жизнь на жалкое прозябание с призраком и провела остаток дней в этой комнате на той самой кровати, которую делила со своим мужем-солдатом. Она спала на своей стороне, рассказывал Фредди, и никогда никому, даже малышу сыну, когда он прибегал в слезах, испугавшись дурного сна, не позволяла коснуться супружеского ложа, которое когда-то занимал ее возлюбленный.