взлетели, а я, опомнившись, что уже совсем темно, побежал к нашему дому и, уже видя его вдалеке, всё бежал и бежал… Потом я ещё раз решил обернуться, взглянуть на озеро и как будто проснулся… И вот я уже в воде, на глубине, и у меня нет воздуха… я потерял сознание. Очнулся на грязном столе; слезая с него, понял, что нахожусь в незнакомом доме. Из окон было видно болото, я сразу же выпрыгнул наружу, там было невысоко. Я отчаянно бежал и бежал, хлюпая по лужам, пока, наконец, удалившись достаточно, не заметил большую светлую поляну. Я пошёл к ней, но на полпути меня что-то сбило с ног, и я отлетел на сырую траву. Открыв глаза, я увидел склонённую над собой старую женщину, под два метра ростом, а то и выше – только она горбатая была. Колдунья, шепелявя, заговорила: «Ты – мой поздний ужин, малец, и я не упущу шанс поесть человечинки!» И она ещё больше нагнулась, разевая свою вонючую пасть. Шире, чем обычный человек. Я увидел её редкие, но острые зубы, и со всей силы ударил в глаз. Вскочил и побежал на поляну. Вслед я услышал, как ведьма кричит на непонятном языке. Я вышел на свет, и оказалось, что я недалеко от нашей деревни, а вокруг бродили мои мама и папа с соседями и звали меня. Я откликнулся на зов, и меня заметил отец – он сразу погиб от моих рук, ибо свет был от луны, а не от солнца! Тогда я и обернулся зверем!
– Зверь убил всю твою семью? – спросил Тир.
– Он залил всю округу кровью, вся деревня пала перед ним.
– Мне жаль это слышать, – сочувственно сказал Самэль.
– Да, спасибо.
– Тебе не встречались враги сильнее тебя?
– Я видел магов, которые просто остановили зверя, он не мог двигаться, и я не знаю, почему, но они не убили нас. В другой раз огр встретился, он вырубил волколака и тоже ушёл, не добив.
– Может, они считали, что ты бываешь хорошим, когда управляешь собой? – задумался Самэль.
– Я уж и не знаю, а вот что мне интересно… Вы говорили между собой, что хотите узнать, кто ты, Самэль? Можешь рассказать? Ты вроде на человека похож.
– Да, я превращался в вурсу лет пять назад, а совсем недавно нереально быстро бежал или высоко прыгал, – подтвердил Самэль.
– Ну, а ещё у тебя были клыки, когда ты отрубился, – добавил Тир.
– Вы не говорили мне об этом!
– Мы думаем, что он тоже может быть волколаком! – подвёл итог Тир.
– Тебя проклинали? – спросил Йорди.
– Нет… но я не родной сын, а приёмный… я не знаю, кто мои настоящие родители, а уж проклят ли, это и подавно неизвестно.
– Ясно, ребята… А что вы тут делаете?
– Я со зверьком отдыхал, а они пошли на охоту… А потом ты напал, как я понял, – пояснил Самэль. Сразу после этих слов ар'юн приземлился на плечо Рамола.
– Мы вообще очень хотим узнать, кто такой Самэль? Мы думали, ты нам поможешь! – всплеснул от отчаянья руками Рамол.
– Ребята, я толком необразован, ведь меня совсем мальчишкой прокляли… я лишь услышал непонятные слова, после чего стал таким. А давайте, я пойду в тень, обернусь волколаком и постараюсь добыть вам мяса, выкинув его на свет… Честное слово, я потом убегу обратно! В таком состоянии я научился немного сдерживать зверя в себе, но если наступит вторая стадия – тогда это становится невозможным! У зверя в голове тьма и обида – неведомо из-за чего! Он не даёт с собой подружиться, да я и сам не очень хочу! Сам-то по себе – я хороший человек и работал бы фермером, если б не злобная старуха!
– Или если б ты отозвался маме немного раньше! – как-то с обидой сказал Тир.
– Ти-и-ир, а когда ты стал таким язвительным?
– Самэль, так он прав! – заметил Йорди.
– Я тоже в детстве не всегда слушался родителей! И это не значит, что в своём горе виноват ты сам! – поддержал парня Самэль.
– Я могу вам помочь с мясом?
– А я не заражусь волколакством? – насупился Тир.
После короткой паузы все ребята громко засмеялись, не сдерживая эмоций.
– Ну, я не против твоей помощи, – отсмеявшись, согласился Самэль.
– Это хорошо, а я могу называться вашим другом? Когда я становлюсь человеком, мне нужны добрые эмоции и память о ком-то хорошем.
– Да, конечно, ты – хороший человек! Мы тоже будем считать тебя своим другом. Ты – наш первый хороший знакомый, ведь мы втроём с детства дружим и больше никого к себе не приближали. Либо рарасы были гнилые, а в основном – люди, либо нам они просто не нравились, а ещё были те, кто видел, что Тир – лишь наполовину человек, поэтому не приближались. Хотя никто не говорил, что он какой-то иной, чем человек, расы, но всё равно держались на расстоянии, – рассказал Самэль.
– Ясно… Ну, бывайте, друзья! Может, когда-нибудь увидимся!
Ребята закивали в ответ, и Йорди стал уходить в тень. Всем стало жаль парня с такой непростой судьбой, хотя в разговоре он был довольно весел.
Тень деревьев скрыла очертания нового знакомого, и он обернулся полузверем на первой стадии. Начала появляться шерсть, лицо вытянулось в звериную морду, вылезли когти, да и ростом он стал выше.
Зверь зарычал и скрылся в лесу, а через некоторое время, пока компания друзей обсуждала, что произошло, и кто как испугался, из леса выбросили тушу молодого седого оленя21.
– Седой олень? А мы его всего сможем забрать? – задумался Тир.
– Всего и не надо, что останется – кто-нибудь доест, – усмехнулся Рамол.
– Уже темнеет, нам надо торопиться, может, ночь пересидим? Мы толком и не отдохнули, да и опасно тут шляться!
– Мне вот интересно, как Йорди станет сдерживаться, чтобы не пойти искать нас? Ночью им управляет зверь, так ведь? – спросил Самэль.
– Мяса и крови в лесу хватает, наверно. Ведь мы пока не готовы к сражению с таким монстром, – ответил Рамол.
– Разделяться больше не станем, это будет нам уроком! Хорошо, что солнце – наш помощник и что вы не решили биться с ним! Может, сейчас, когда в его памяти остались хорошие воспоминания о нас, Йорди не будет нападать. Хотя бы днём, – размышлял Самэль.
Пока ребята разделывали оленя, наступила ночь. Все самые вкусные куски мяса они распихали по дорожным сумкам, за которыми пришлось возвращаться в лагерь. Ребятам повезло, что тут никто не ходил и их не обокрали. После этого парни решили на сегодня больше не останавливаться и идти дальше, и только зверёк не мог с собой совладать. Он тут же улёгся на шее у Тира, свесив лапы к груди, и уснул.
***
– Мы подплываем к границе земель! – заметил Кардиандрант.
– О-о-о, эльф на таком же корабле плывёт. Слушай, а ты случайно не знаешь орка, любителя ящериц? – прогремело сверху, и все увидели огромную голову.
– О ком ты говоришь, великан?
– Да недавно тут лодка проходила с орком и такими же людишками! – с отвращением показывая пальцем на людей, сказал великан, – Орк интересовался ящеркой, которую я убил и… съел… да, не самое лучшее, что я пробовал, но и не самое плохое, наверное.
– Да, я тоже люблю ящериц. А о чём они говорили? – подыграл снежный эльф.
Тут великан громко засмеялся от радости, что у него теперь два друга любителей ящериц.
– Они просили рассказать, какого цвета она была, а я и говорю, что сначала мелькала вроде как бесцветная, а потом коричневой оказалась… Или я не говорил такого? – почти про себя задумался великан.
– А когда ты их видел?
– Да, вроде более двух дней прошло, как я съел ту ящерицу… ну и часов семь спустя, наверно…
Лодка уже пересекла границу, а великан будто забыл, что с кем-то говорил, отвернулся и сел к костру.
Прошло несколько спокойных часов, хотя все были настороже. До этого неразговорчивые эльфы начали просить Кардиандранта рассказать какую-нибудь историю. Остальные обернулись на них с немым вопросом: «Почему только сейчас они заговорили?»
– Братья эльфы, вы знаете что-нибудь про пиратов? – спросил Кардиандрант.
Один из них стал говорить за всех:
– Немного. Мне и моим братьям интересно будет узнать, что они из себя представляют.
– А я знаю,
