спальне.
– Молли, успокойся. Всё в порядке. Мама всё отлично понимает. Тем более сейчас она заказывает поздний ужин из дорогого ресторана. Мама не умеет готовить.
Я набрала ванну и бросила в неё две ароматные бомбочки. Вода окрасилась в голубой цвет, напомнив мне воды Индийского океана и Мальдивские острова. Я закрыла глаза, погружаясь в ароматную пенную воду.
Душевая кабинка была открыта, и я с наслаждением наблюдала, как капли стекают по лицу моего мужчины, опускаясь ниже. Вода текла по его мускулистой груди, стекая на кубики пресса, и скрывалась в области паха. Закусив губу, я тихо застонала. Между ног горел пожар. Я хотела Шона прямо сейчас, и мне всё равно, что внизу нас ждёт его мать, что она услышит мои крики. Выбравшись из ванной, я завернулась в розовый банный халат, который Лора заботливо оставила на кровати.
Шон продолжал мыться, а я сгорала от дикого желания. Я и раньше хотела его, но атмосфера этой спальни была какой-то волшебной. Даже стены шептали мне голосом Шона. Скинув халат, я опустилась на колени и, схватившись руками за кровать, широко раздвинула ноги. Сзади послышались шаги. Шон присвистнул и остановился рядом со мной.
– Такого я ещё не видел, но мне определенно нравится. Молли, ты не просто влажная. Детка, ты истекаешь желанием.
Опустившись на колени рядом со мной, он провел руками по моей спине, сжал ягодицы, и я почувствовала горячее дыхание на своей промежности. Язык Шона творил с моим телом невероятные вещи. Он словно выпивал меня, посасывая разбухший клитор. Мне было хорошо, но этого было мало.
– Заставь меня кончить. Заставь кричать твоё имя.
– Думал, ты никогда не попросишь.
Пристроившись сзади, он медленно вошёл. Я чувствовала, как он растёт внутри меня. Сначала он был нежен и спокоен, осторожно входил в меня и полностью выходил. Потом его движения ускорились. Он вцепился в мою упругую задницу, насаживая меня на свой член и заставляя не просто кричать, а орать от дикого удовольствия. Мне нравилась эта поза. Именно так я ощущала, насколько огромным был его член и как глубоко он может войти. Мышцы сократились, я мелко задрожала, падая на пол.
Шон обхватил меня руками и, удерживая, сжал пальцами сосок. Комната закружилась, словно карусель. Я схватилась за простыню руками и, в последний раз прокричав его имя, почувствовала, как он взорвался внутри меня. По ногам текла его жидкость. Я сама взрывалась, погружаясь в тёмную бездну, где звёзды падали на пол, словно крупные светлячки. Это было не просто волшебно. Это было мощно и сильно. До исступления, до дрожи, до боли.
– Молли, со мной такое впервые, – испуганно прошептал Шон.
Я села рядом с ним и, уложив его голову себе на грудь, провела рукой по торчащим волосам.
– Я буду стараться, чтобы так было всегда. Ты только оставайся моим.
– Я только твой. Что бы не случилось, Молли. Даже если мне придётся уйти, помни, я обязательно вернусь, потому что кроме тебя мне не нужен никто.
Эти слова показались мне странными. Но я не хотела сейчас думать о чём-то нехорошем. Я наслаждалась его близостью, теплом этой комнаты и волшебной атмосферой чудесного дома.
Порывшись в сумке, я поняла, что мне нечего надеть на ужин с мамой Шона. И снова слёзы.
– Что опять не так?
– Мне нечего надеть. А я так хотела понравиться твоей маме.
Я всхлипнула и завернулась в розовый халат. Шон улыбнулся, подошёл к шкафу и распахнул его. Шкаф был битком набит абсолютно новой одеждой из самых дорогих бутиков Лос-Анджелеса.
– Я слишком хорошо знаю свою мать. Она хочет понравиться тебе не меньше, чем ты ей.
Я не верила своим глазам. В шкафу были платья, костюмы, дизайнерские джинсы и свитера. Я надела белые брюки и бежевый кашемировый свитер. Заплела косу и взглянула на Шона.
– Ты красавица! И дело не в дизайнерских шмотках. Одежда – всего лишь фантик, а конфетка внутри. Люблю тебя. Пойдём вниз?
Мы спустились в гостиную. Лора сидела за накрытым столом. Горели свечи в красивых подсвечниках. На столе стояла бутылка Каберне и тот самый Скотч, который мы притащили с собой.
– Молли, я взяла на себя смелость и купила тебе вещи. Размер подошел?
– Спасибо огромное, миссис Пейтон! Я в восторге! Никто не делал для меня ничего подобного! Я росла совсем в другой среде и потому чувствую себя не очень уютно.
– И зря. Привыкай, Молли. Это именно та жизнь, которую заслуживает женщина, что смогла заставить моего сына сиять от счастья.
Шон улыбнулся и сел за стол. Мы ели, разговаривали, смеялись. И чем больше я смотрела на эту женщину, тем спокойнее становилась. Лора была классной. Она рассказывала истории из детства Шона, а тот просил её замолчать.
– Когда Шону было десять, я отвела его к стоматологу. Он от страха описался и укусил доктора. Тому пришлось накладывать швы. Так что всё это бесстрашие – всего лишь маска.
Шон улыбнулся и показал матери кулак.
– Как вы познакомились?
Я замерла с бокалом вина в руке и испуганно взглянула на Шона. Тот загадочно улыбнулся и выпалил:
– Она опоила меня напитком "Спящий Лох". Пристегнула к кровати, сперла бабло и слиняла. Романтично, правда? А после явилась ко мне жить, просто поставив перед фактом.
Мать Шона смотрела на сына, словно искала некий подвох. Но потом сделала глоток вина и, прыснув, захохотала:
– Молли, с каждой минутой ты нравишься мне всё больше! Ой, не могу! Шон, если человек лох, его грех не обчистить! Молли, нам будет о чём поговорить все эти три коротких дня! Жаль, что отпуск Шона подходит к концу, и вы не можете остаться подольше. А теперь простите, но мне нужно лечь, утром я должна быть в издательстве. Шон, после обеда я хочу забрать Молли с собой. День для девочек. Найди себе какое-нибудь занятие, милый. Если, конечно, твоя девушка не против.
– Я только за. У меня есть к вам просьба, но об этом завтра.
Лора встала из-за стола, задула свечи, поцеловала Шона в щеку, а после обняла меня. Стало тепло, будто мама вернулась. Я обняла её в ответ и поняла, что это не притворство. Она искренне приняла меня в свою семью.
Я убрала со стола. Шон помог мне вымыть посуду, после чего мы вернулись в спальню. Я нашла красивую кружевную ночнушку и, надев её, тут же забралась в кровать. Я ужасно устала. Поездка, мотель, коровы и ослы, потрясающий секс и вкусный ужин. Я чувствовала,
