но с тобой он превзошёл сам себя. Откуда ты выбралась, чучело?
Я подсела к девушке, мило улыбаясь и, положив локоть на стойку, упёрлась ладонью в подбородок.
– Я отказываюсь вступать в битву интеллектов с безоружным противником.
– Ты меня сейчас обозвала глупой?
– Именно так.
Девушка встала и опрокинула меня на пол вместе со стулом. Дотянувшись рукой до её лодыжки, я резко потянула её на себя. Марина шлёпнулась рядом со мной. Началась настоящая битва. Мы драли друг другу волосы и катались по полу. Даже охранникам не удавалось разнять нас.
– Еще раз я увижу тебя рядом со своим женихом, и ты труп!
Из туалета выползла Лора и оттащила меня от рыжей твари.
Мать Шона хохотала и толкала меня туда, где играли в боулинг. Я обернулась и увидела, как рыжая "Медуза Горгона" кому-то звонит, нервно жестикулируя. Точно, как утром у дома Пейтонов. Не обращая внимания на людей, я громко заорала:
– Когда-нибудь ты далеко пойдешь, крашенная лошадь! И я очень надеюсь, что там ты и останешься.
Я громко икнула и попыталась поправить гнездо на голове, которое пару часов назад было идеальной укладкой.
Лора обняла меня, икнула точно так же, как я, и показала мужской бумажник и мобильник.
– Сперла у парня, что сидит у бара.
Я глупо хихикнула и села на скамейку, пытаясь завязать шнурки на сменной обуви, которую мы взяли напрокат для игры.
* * *
Шон
Я сидел в гостиной с бутылкой пива и смотрел футбольный матч в тот момент, когда зазвонил мой телефон. Лицо растянулось в улыбке. Я был уверен, что Молли стало скучно, и она захотела услышать мой голос. Взглянув на экран, на секунду завис, не веря собственным глазам. Звонила Марина, и она была последним человеком на планете, с кем мне хотелось бы сейчас поговорить. Неохотно нажав на зеленую кнопку, я принял вызов и тут же услышал её противный вопль.
– Пейтон, поднимай свой зад и дуй в боулинг! Твои дамочки нажрались как сволочи! А та, что стояла в трусах на балконе, напала на меня и избила! Шон, твоя шлюшка вырвала мне клок волос и поцарапала шею, но я в долгу не осталась!
– Послушай, шлюшкой оказалась ты, а Молли – моя будущая жена! И я ни за что на свете не поверю, что именно она затеяла эту драку! Ладно. Я выезжаю. До встречи.
Нажав на отбой, я нервно засмеялся. Ну конечно, боулинг! Любимое местечко моей мамы. Я знал, что вечеринка завершиться именно там, но не думал, что так весело. Мне даже было жаль, что я не видел этой драки. Более того, я лгал Марине, что не верю в то, что её затеяла Молли. Эта девчонка способна и не на такое. Остановив такси, я ехал в знакомое место. Сотню раз я забирал оттуда маму.
Спустившись в подвал, увидел, как Молли схватила шар и бросила его на скользкую дорожку. Вот только моя маленькая прелесть забыла вытащить пальцы из отверстий и сейчас скользила по дорожке вместе с шаром. Сбив головой все кегли, она громко завопила:
– Страйк!
Мама хлопала в ладоши и пританцовывала. Я сел на скамейку, закрыл глаза и согнулся пополам от хохота. Молли неслась ко мне, раскинув руки, и орала, что она чемпион. Я взглянул на ее причёску и макияж в стиле бешенной панды и снова засмеялся. Злиться на них было невозможно. Молли стянула прокатные башмаки и запустила один в голову Марине.
– И ещё один страйк! Марина, ты – серая посыпка на моём радужном кексе! Поняла?
После этих слов она забавно хрюкнула, что-то промычала и, громко икнув, уснула на моём плече. Я едва успел подхватить её на руки.
Мама выглядела не лучше. Я обнял её и поцеловал в макушку.
– Завтра вы обе об этом пожалеете. Пойдем! Сколько можно позориться в этом чёртовом боулинге?
Неся на руках спящую Молли, я гордо прошёл мимо бывшей девушки. Загрузив эти дрова на заднее сидение, завёл мамин бабский автомобиль и поехал домой. Не знаю почему, но я был нереально счастлив. Выгрузив пьяные брёвна у дома, я занес обеих в мамину спальню и лёг в гостиной. Почему эта девочка заставляет меня смеяться даже тогда, когда делает глупости? Потому что я люблю её. Я сам ответил на свой вопрос.
Глава 22
Молли
Проснулась от собственного громогласного храпа. Во рту было сухо и пахло из него так, будто туда всю ночь срали кошки. В комнате стоял тяжелый аромат перегара. Я резко открыла глаза и уставилась на бежевые стены незнакомой, но очень милой спальни. В висках стучали маленькие молоточки, уничтожая остатки мозга. Вспоминай Молли. Пикап, мотель, Шон! Я закрыла глаза и услышала тихий храп. Шон спал. Закинув на него ногу, я погладила его волосы. Длинные кудрявые волосы!
Медленно повернувшись, я открыла левый глаз, затем правый и взглянула на того, кто спал рядом. Лора! Уже легче. Но как я очутилась в её спальне? Думай, Молли! Сначала был массаж, потом боулинг! Твою мать! Сколько же мы выпили? Я вспомнила, как дралась с Мариной, как сбила головой кегли и как Шон тащил меня на руках. Позор! По-моему, я обслюнявила его рубаху!
Тихо встала, выскользнула из спальни и на носочках поползла в сторону кухни. В доме было тихо. Я сделала несколько шагов и вцепилась в дверной косяк.
– Доброе утро, любимая!
От неожиданности я ударилась головой об стену, наступила на свой же носок, который почему-то был всего один и болтался, как сопля. После чего рухнула на пол, больно ударив задницу.
– Чего же ты так орёшь? Голова раскалывается. Но зато я знаю, что она у меня есть.
Шон едва сдерживал смех. Осторожно поднял меня и уложил на диван гостиной.
– Ну как? Понравился День девочек? Что праздновали? Алкоголички!
– Помолвку, о которой мы даже не сообщили! Если бы твоя мама не увидела кольцо, то до сих пор бы не узнала! Как долго ты собирался молчать?
Я намеренно шла в наступление, зная, что лучшая защита – это нападение.
– Молли, солнышко, я дебил! Ты права, я должен был это сделать сразу же. Нет мне оправдания, правда. Я не знаю, что сказать. Прости.
– Думаю, что стакан воды и пара таблеток аспирина снимут с тебя часть вины.
Как ловко я выкрутилась из неприятной ситуации. Шон скрылся на кухне. Каждый раз, когда он стучал дверями шкафчиков, моя голова грозила взорваться,
