я понимаю, что об этом Рейгар сказал бы напрямую. Просто поставил бы меня перед фактом. А сейчас он ведет себя слишком таинственно, скрытно и нехарактерно для самого себя. Здесь что-то другое, вот только пока не понятно, что именно. Еще и тот человек с мешком на голове… Это как-то связано?
Догоняю мужа в тот момент, когда он сворачивает в неприметный коридор за бронзовой статуей дракона.
— Рейгар, что происходит? — шиплю я, хватая его за руку. — Куда ты идешь?
Муж оглядывается нам за спины, а затем отвечает:
— На прием к королю.
— А это? — изумляюсь я и бросаю многозначительный взгляд на бальный зал. — Разве это не прием?
— Не совсем, — усмехается Рейгар и сам закидывает мою руку на свою, а затем шагает вперед. — Бал — это просто ширма, развлечение для знати. Прием же устраивается для очень узкого круга лиц, и он вовсе не для веселья.
Вздернув от удивления брови, я торопливо шагаю рядом с мужем, а вскоре мы останавливаемся возле неприметной двери. Если бы я просто проходила мимо, то даже и не обратила бы на нее внимания. И к чему такая секретность?
Глава 13
Рейгар ритмично отстукивает костяшками по двери, и через мгновение нашему взору открывается небольшая зала с ослепительно ярким освещением и неприлично дорогим убранством. Посреди залы находится стол с множеством блюд, за которым расположилось около двадцати человек во главе с королем.
— Добро пожаловать, — тягучим басом произносит король, обратив на нас свой взгляд, и жестом приглашает за стол.
— Ваше Величество, — немногословно отзывается Рейгар.
— Доброго вечера, Ваше Величество. Благодарю, — с почтением произношу я и кланяюсь в реверансе, прежде чем проследовать за стол вместе с мужем.
Все присутствующие, в отличие от меня, знают друг друга и ведут за ужином непринужденные, но бессмысленные беседы. А я чувствую себя не в своей тарелке. Хорошо, что у меня нет нужды привыкать к такому, ведь скоро я навсегда сбегу от Рейгара и этой богатой, но никчемной жизни. По крайней мере, я очень на это надеюсь.
— Генерал, Боги наградили тебя просто очаровательной женой, — с ехидной ухмылкой произносит король Арнард.
Щеки мои тут же пунцовеют, а мне сквозь землю хочется провалиться! Меньше всего мне хотелось бы слышать комплименты от посторонних людей, а особенно от короля.
— Они не оставили мне выбора, — отвечает Рейгар, и зал наполняется громким заливистым смехом.
Нет, я ошиблась. Вот теперь мне хочется провалиться сквозь землю! Наверное, такого унижения я не испытала даже тогда, когда застала мужа с любовницей!
— Дорогая, не принимайте близко к сердцу, — утирая слезы от смеха, произносит леди Навьен, сидящая напротив. — Наши мужья любят пошутить на эту тему. Так им легче принять факт того, что этот выбор они сделали не сами. Но в глубине души они знают, что сами никогда и не нашли бы лучшей избранницы.
— Безусловно, — мурлычет ее муж — один из королевских советников, и крепко целует ее жилистую руку.
— Это просто шутка, — шепчет мне Рейгар, подкрепляя слова леди Навьен. — Прости, если это тебя обидело.
— Ну, что вы, — громко и с широкой улыбкой произношу я. — Разве можно обижаться на правду?
Произношу я это лишь для того, чтобы не чувствовать себя полной дурой до конца этого ужасного вечера. А леди и лорды одобрительно кивают мне в ответ, мол, молодец, что не растерялась.
Но самоирония — это не мое. Искренне смеяться над тем, что причиняет тебе боль, — настоящая пытка. Вероятно, никто из них не был в той ситуации, в которой оказалась я, потому и могут искреннее посмеяться над подобной шуткой.
Снова беседы принимают непринужденный характер, а я ковыряюсь в своей тарелке и считаю минуты до того момента, когда все кончится.
Когда часы отбивают десять, все вдруг затихают, и мужчины принимаются вставать из-за стола.
— Ты уходишь? А я? — растерянно шепчу я, взглянув на мужа.
— Ухожу, — кивает он. — А ты будь здесь. Позже я вернусь, и мы поговорим.
Через минуту за столом остаются лишь женщины, и, судя по их поведению, происходящее для них вполне привычно.
Рейгар был прав, когда сказал, что все это вовсе не для веселья. Но, кажется, не только бал, но даже и этот прием лишь ширма. А самое главное, ради чего все затевалось, будет происходить за другой дверью.
Оказывается, в присутствии мужчин разговоры за столом были куда более содержательными.
— Вы видели новую коллекцию от леди Аливар?
…
— Я недавно в новый салон красоты ходила, который Флер что-то там. Отвратительное обслуживание! Даже напитков не предложили!
…
— А мне муж на годовщину свадьбы новое колье подарил! Целое состояние потратил!
….
— А я новую кухарку наняла. Готовит просто пальчики оближешь! Непременно жду вас к себе в гости в следующие выходные!
…
— А вы слышали, что леди Эстрайд муж изменяет? Наверняка поэтому они сегодня не приехали…
А вот это тема меня цепляет, в отличие от пустой болтовни о нарядах и украшениях. Да и сами дамы охотно принимаются это обсуждать, перемывая все косточки этой несчастной леди Эстрайд. И в каждом слове я слышу мысли Рейгара. Они тоже винят во всем жену, а не мужа: плохо одевалась, недостаточно ухаживала за собой, не старалась в постели… А ведь они даже не знают их ситуации, а уже априори обвинили во всем женщину!
Ощущаю себя так неловко и неуютно, будто обо мне сейчас речь. А ведь наверняка они могут быть в курсе того, что Рейгар изменил мне. И с радостью обсудили бы эту тему, не будь здесь меня.
Не хочу больше слушать этот бред и поднимаюсь из-за стола, намереваясь выйти на балкон.
— Леди Этрис, дорогая, вы плохо себя чувствуете? — интересуется леди Навьен.
— Нет. С чего вы это взяли? — изумляюсь я.
— Да на вас лица нет, — отвечает она и игриво добавляет: — Похоже, у нашего генерала скоро будет пополнение в семье!
— Глупости. Я не беременна, — нервно усмехаюсь я. — Просто мне не очень хочется обсуждать подобную тему, вот я и решила немного подышать свежим воздухом.
— Это вы просто еще не знаете о своей беременности. По вашему лицу сразу все видно. Поверьте, я знаю, о чем говорю, — вклинивается в разговор жена главного казначея леди Файт и подмигивает мне. — Я бы посоветовала вам сходить к лекарю, чтобы убедиться в моих словах.
Это шутка? Они по лицу могут понять, что женщина беременна? Ну, бред же! И несмотря на это они правы. И, Боги, как
