Только тут она поняла, что все время наматывает пряди волос на палец – пряди, которые сегодня утром она не заплела в косу и не закрутила в тугой пучок, потому что больше не хотела выглядеть бесполым существом.
Как он говорил? «Твой венец превосходит все на свете»!
Хочется верить, что он не лицемерил и его прощальная улыбка означает нечто другое. Хочется надеяться, что он видит в ней не очередную жертву своего обаяния.
Она уникальна.
Но ей придется подождать до следующего раза, чтобы выяснить, права ли она.
Клэр так горячо уверяла, будто ей было хорошо, что Фрэнк немного успокоился. Но ее поведение при прощании настораживало. Она словно давала ему отставку, и Фрэнку показалось, что он не имеет для нее такого уж большого значения. Как будто она просто использовала его, чтобы улучшить свое настроение и самочувствие. А потом недвусмысленно дала понять, что продолжения не будет.
Она спрашивала о съемках, выражала надежду на то, что фильм получится удачным. Значит ли это, что она снова отторгает его, дает понять, что у них нет и не может быть ничего общего? Хорошо хотя бы, что она говорила без злости и досады. Все равно она всячески подчеркивала разделяющую их дистанцию, заявив, что Буэна-Виста – это ее жизнь и ее роль. Но не его.
Что ж, вполне справедливо, думал Фрэнк, хотя все внутри у него восставало против такого суждения. А может, он сам неверно судит о ней? В общем, ни в чем нельзя быть уверенным, пока он не приедет в Буэна-Виста и не сможет проводить с Клэр больше времени.
Когда он вернулся в Чикаго, оказалось, что съемки потеряли для него всякий интерес. Его раздражал сценарий, особенно те сцены, в которых он должен был играть с вдовой убитого бандитами владельца итальянского ресторана. Не нравились ему любовные сцены. И концовка тоже. Он постоянно представлял на месте своей партнерши Клэр. Что, если бы она была вдовой, которая борется за выживание и должна еще помогать копу, зная, что тот в конце неизбежно ее покинет?
Он спорил с режиссером, настаивая на том, что сценарий насквозь фальшивый, что следует углубить и подчеркнуть сцены, наполнив их напряжением, которое идет от столкновения интересов, а его герою следует в конце вернуться в Чикаго – этого требует правда жизни.
Как ни странно, он добился своего.
Актриса, игравшая хозяйку ресторана, была очень благодарна ему за то, что после его вмешательства ее роль значительно расширили. И даже слишком благодарна. Ее итальянский темперамент начинал действовать ему на нервы. Ему пришлось откровенно объяснить, что он влюблен в другую. В кого? Его партнерше не терпелось узнать имя своей удачливой соперницы, ведь поблизости от съемочной площадки других женщин нет. Фрэнк упорно отмалчивался, понимая, какую историю раздуют из всего газетчики, если пронюхают. Нельзя подвергать Клэр такому суровому испытанию, тем более что они пока договорились всего лишь о деловом сотрудничестве.
Она сдержала слово и регулярно присылала ему подробные сообщения о состоянии дел в Буэна-Виста. Она отчитывалась за каждый потраченный доллар. Ему одновременно нравились и не нравились ее письма. Нравилась ее деловитость, но не нравилось то, что в письмах не содержалось ничего личного. Как будто то, что между ними произошло, было лишь незначительным эпизодом, о котором следовало как можно скорее забыть.
Разумеется, он незамедлительно отвечал, стараясь никоим образом не давить на нее своим авторитетом, ни намеком не упоминая о своих правах совладельца ранчо. Он намеренно почти ничего не писал о себе, зная, что его жизнь не представляет для нее никакого интереса. Да, головой он все понимал, но тем не менее ему было неприятно. Неужели она настолько низко его ценит?
Он не писал о съемках, разве что упоминал о задержках и проволочках в расписании. Еще два месяца, полтора, месяц, две недели, еще несколько дней. Он не пошел на вечеринку по случаю окончания съемок. То, что его актерский талант покорил знаменитого режиссера, тоже не произвело на него особого впечатления. Как только Фрэнк выполнил все условия контракта, он собрал вещи и купил билет на самолет, спеша домой – в Буэна-Виста и к Клэр Келли.
13
Земля под ногами была такой же сухой и растрескавшейся, как и тогда, когда Фрэнк был здесь в последний раз, потому что дождей все еще не было. Однако на его деньги на земле Буэна-Виста вырыли еще несколько артезианских скважин, и благодаря этому у лошадей появилось больше мест для питья. Кроме того, Клэр запаслась сеном и комбикормами. Она радовалась тому, что Фрэнк не пытался издали руководить ею. В своих письмах он безоговорочно одобрял все ее начинания.
Возникла проблема совершенно иного характера, и невозможно понять, как выпутаться из создавшегося положения, пока он не приедет. Клэр взглянула на наручные часики. Еще несколько часов – и она его увидит. Она приказывала себе успокоиться. Вначале нужно взглянуть ему в глаза и понять, какие чувства испытывает он.
На кухне она застала одну Тину, которая радостно хлопотала у плиты, готовя любимые блюда Фрэнка. Две молодые помощницы Тины сейчас наверняка убирают комнату для гостей, чтобы к его приезду все сияло и блестело. Клэр отказалась от чая, предложенного Тиной, и съела несколько крекеров, запив их апельсиновым соком из холодильника. Когда она присела к столу, Тина прекратила месить тесто и смерила ее откровенно неодобрительным взглядом.
– Ты не скажешь ему?
Клэр старательно изобразила изумление.
– Не скажу? Кому? О чем?
Тина вытерла руки о фартук, ее черные глаза лукаво сверкнули.
– Не думайте, сеньорита Клэр, что вам удастся меня провести! Мне отлично знакомы все приметы. Я вырастила троих дочерей!
Тошнота, от которой Клэр страдала последние несколько недель, снова подкатила к горлу.
– Я поняла, что моя Дженни беременна, задолго до нее самой, – продолжала Тина, не оставляя сомнений в своей осведомленности.
Клэр поняла, что бесполезно отрицать очевидное.
– Ты уже кому-нибудь говорила об этом? – с тревогой спросила она. Внезапно она забеспокоилась. Что, если все соседи в курсе и только ждут, когда она открыто заявит о своем положении?
– Нет. Но если ты не скажешь сеньору Фрэнку, я сделаю это сама, – тоном, не терпящим возражения, заявила Тина.
– Пожалуйста, не надо! – воскликнула Клэр. Преждевременное разоблачение могло расстроить все ее планы на будущее.
– Ничего хорошего из секретничания не выйдет, – безапелляционно продолжила Тина. – И особенно нехорошо скрывать ребенка от отца.
– С чего ты взяла, что отец ребенка Фрэнк? – вскинулась Клэр, полная решимости во что бы то ни стало выиграть время.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
