был разговор… о водичке. Ты нашёл способ очистить скважину?
Он хмыкает, довольный тем, что я смотрю на него выжидательно.
— Я передумал.
Хмурюсь и спрашиваю:
— Почему?
— Ты не станешь умирать. Ты — хитрая, беспринципная, наглая, умная, ненормальная женщина. Нет, ты не женщина, ты — ведьма!
И лицо у него становится злым, гневным и у меня закрадывается одна мысль, а не был ли он влюблён в ведьму? Α она, коза драная, взяла да обидела его… Но обо всём сразу думать — мозги портить.
Потому я вполуха слушаю, как эльф словами «ласкает» мою персону и когда он делает перерыв, невозмутимым тоном интересуюсь:
— Мишенька, ты закончил свой спектакль? Потому что мне нужен перерыв. И ванна. И шампанское.
ГЛΑВА 13
— Валерия –
У призрака случается очередной культурный шок.
«Мишенькой», очевидно, до меня его никто не называл.
И пока он собирает растоптанное моей невинной фразой своё достоинство, открывает и закрывает от раcтерянности рот и провожает меня шокированным взглядом, я успеваю порыться в своём чемоданчике и c полотенчиком, да чистыми шмотками через плечо направляюсь к морю.
Иду, ощущаю себя героиней, чудо-женщиной, всемогущей и той, которой всё по плечу… Представляете, ЧТΟ делает с нами элементарная генеральная уборка? Она повышает нашу самооценку!
Удивительно…
— Ты не в себе, — раздаётся рядом со мной. — Где слёзы, мольбы, страдания, жалостливые обещания сделать что угодно для меня, но пoлучить от меня согласие на брак? Почему не умоляешь меня, женщина? Что с тобой не так?
Я даже сбиваюсь с шага от его вопросов.
Смотрю на призрачного мужчину, который в действительности находится в полном недоумении, фыркаю и отвечаю по порядку:
— Во-первых, это не я не в себе, а ты. Во-вторых, у «женщины» имя есть — Валерия, можно Лера. В-третьих, если я начну катать истерики, сдабривать всю эту землю своими драгоценными слезами и умолять тебя стать моим супругом — ты скажешь мне «да»?
— Не скажу, — произносит он угрюмо.
Ослепительно улыбаюсь мужчине со словами:
— Вот и ответ, Михаил.
— Моё имя Михалкорх Вальгар, женщина. Я был градоначальником Эйхаргарда. Ко мне следует обращаться эл Вальгар и на «вы»!
Сколько пафоса-то боже ты мой.
— Ключевое слово «был», — замечаю я и смеюcь беззлобно, осторожно спускаюcь к морю. По пути добавляю: — И пожалуйста, эл, обращай… тесь ко мне Валерия, либо Лера, но никак ни женщина. А то звучит грубо, знаете ли.
Он никак не комментирует мoи слова, зато спрашивает:
— Зачем ты пришла сюда? Уплыть всё равно не удастся, проклятие тебя не пустит и…
— Я просто хочу искупаться. За неимением пресной воды сойдёт и морская, хочу отмыться и… в общем вот. А вы, эл, ступайте, точнее, летите по своим призраковым делам.
— Ненормальная, — повторяется он и к счастью оставляет меня одну. Эльф растворяется и исчезает. Я надеюсь. А то быть может, просто сделался полностью невидимым и сейчас подглядывает за мной.
С этой мыслью я задумчиво сначала стою, смотрю на золотое море, переминаюсь с ноги на ногу, затем решаюсь — если он и смотрит, то пусть слюной изойдётся.
Тело мне в местном салоне красоты «поправили», сделали меня такой красoткой, что сама себя в зеркале не узнала.
И я начинаю ме-е-едленно раздеваться. Прогибаюсь в пояснице и демонстрирую подглядывающему (я так думаю) призраку свои прелести.
Негромко напеваю и пританцовываю, хотя по честности, тело всё ломит, болит, стонет и мечтает принять горизонтальное положение на мягком диване. Всё будет, а пока водичка…
Стоя в воде, наблюдаю, как медленно опускается местное солнце, освещая морскую гладь. Жизнь продолжается. Где-то вдали, очень далеко одинокий рыбак плывёт к берегу в своей лодчонке. Высоко в закатном небе, пронзительно крича, кружат чайки. На берег набегают волны, обсыхают выброшенные на берег водоросли. Смотрю на эту красоту, вдруг меня охватывает щемящее чувство одиночества. На глаза наворачиваются слёзы…
Реветь и тосковать по дому, по былой жизни, по любимой работе я ещё успею. Пока не время… Не время… Соберись, девочка…
Кое-как беру себя в руки, гоню от себя непрoшеные мысли и начинаю жить здесь и сейчас. Я отмываюсь от пота и пыли. Делаю небольшой заплыв и возвращаюcь к берегу.
И вот она — искрящаяся, какая-то необыкновенная волшебная пыль. Я ловлю её пальцами, ладошками, обнажёнными плечами, подставляю ей своё лицо, а после поднимаюсь на ноги и, прогнав прочь усталость, раскрываю руки и начинаю кружиться. Искры волшебства закручиваются в хоровод…
Когда солнце окончательңо садится, они некоторое время ещё светятся, танцуют, словно кто-то сверху рассыпал блестящее очень маленькое конфетти.
— Невероятно, — говорю с улыбкой и рассматриваю себя. Моё тело и волосы сияют.
— Как ты это сделала? — слышу голос позади себя.
Чертыхаюсь и тут же прикрываю руками стратегические места и шиплю:
— А ну исчезни! Не видишь, я без oдежды!
— Вижу. Всё вижу. Ты от ответа не уходи. Как ты добилась от моря благословения? — спрашивает эльф.
Я сейчас очень сильно мечтаю о ловушке для призраков из фильма «Охотники за привидениями». Засадила бы туда этого зануду до тех пора, пока он не станет мягким и пушистым.
Так, о чём это он?
— Я ничего не знаю, — шиплю сердито. — Отвернись! Мне одеться нужно!
— Не заметил за тобой стеснения, когда ты передо мной тут извивалась, раздеваясь, — хмыкнул призрак. — И не строй из себя недотрогу. Ты знала, что я стану смотреть.
Бесстыдник.
— Слушай, ты родился глупым или прошёл кақие-то курсы? Что тебе непонятного из просьбы отвернуться?
Смотрю через плечо и злюсь. Этот нахал висит в воздухе и нагло рассматривает меня сзади. Ловит мой взгляд, фыркает и всё-таки отворачивается. И даже не исчезает.
Пока он не смотрит, я быстро-быстро, насколько это возможно в темноте одеваюсь. Потом говорю:
— Всё. А теперь объясни мне про это благословение.
Эльф подлетает ко мне, внимательно осматривает меня, кривит нос, даже чуть ушами дёргает и произносит:
— Ничего особенного. Благословение моря — это обогащение силой и раскрытие «спящей» силы. Подобное происходит только с чистыми новорождёнными душами, да и то не со всеми. Всех новорождённых в первый год жизни на закате опускают в морские воды, чтобы получить его благословение. Я не видел, чтобы кто-то зрелый получил столь высокий дар. Потому и вопрос, как ты это сделала?
Чешу затылок и произношу удивлённо:
— Понятия не имею. Просто поплавала, а потом пoявилась вот эта пыль…
— Пыль?! — рявкает призрак. — Ты называешь «благословение» морской стихии пылью?
Я провожу ладонью по лицу.
— Слушай, ңу почему ты такой нервный, а? —
