я опять не заснула, всё верно, — с тёплой улыбкой закончила она за меня фразу. — Как ты думаю знаешь, покровительствую я в основном земледельцам, пряхам и матерям, а потому именно среди них и распространять тебе слово обо мне.
— Тут, я думаю, особых проблем не возникнет, — отпив немного кваса, который оказался с хреном, я начал обдумывать, как донести до людей веру в нового бога, а точнее богиню, — у меня во владении есть несколько крупных деревень, два города и один небольшой народец, за пару лет управимся.
— Вот и хорошо, но не тяни с этим, а то все твои страдания станут напрасными и пропадут зря. Знания об обрядах угодных мне я дам, чем людям за их веру плачу тоже, — ещё раз тепло мне улыбнувшись, Макошь встала из-за стола, — а тебе пора просыпаться, и нас ещё много работы.
Пробуждение на следующее утро было странным, точнее не совсем привычным, однако оглядев себя со всех сторон, мне стало понятно, что божественный пир не только полностью позволил мне восстановиться, но и, кажется, сделал меня ещё немного больше, но это не то, на что стоит жаловаться.
Таким образом, с момента личного общения с Макошью, на территории моего клана началось внедрение в повседневную жизнь крестьян и прочих жителей новых привычек. Так, например, у крестьян удалось закрепить привычку благодарить Мать Сыру Землю за её дары, пряхам намекнули, что если петь правильные песни за работой, то и веретено не запутается, и стежки ровнее выйдут. Но легче всего было привнести новую богиню в пантеон ръеклингов, перед которыми не требовалось изображать конспирацию. Сказали, что есть такая богиня, что и женщинам их народа поможет, и урожаи обильней сделает, молиться ей так и так, и не прошло и пары месяцев, как все восемь союзных племён начали прославлять Макошь, получая от неё взамен дары и покровительство, а учитывая тот факт, что ръеклинги начали постепенный переход от охоты и собирательства к производящему хозяйству, новый элемент веры оказался как нельзя кстати.
Уже потом, через несколько лет, наблюдая за лавинообразно расширяющимся культом Макоши, который в кратчайшие сроки захватил Скайрим и начал расползаться по другим провинциям, мне становилось немного смешно. От того, насколько просто доброй богине было завоевать сердца простых людей, ежедневно живущих в суровом Нирне. Ведь, казалось бы, Макошь помогала людям в таких обыденных вещах: немного увеличить урожай и спасти его от погибели, сделать труд прях и швей немного проще и легче, облегчить роды у женщин, и всё. Однако же до неё не было никого из богов, кто также помогал людям. Кинарет была больше ответственна за дикую природу, Мара, та что местная, больше по любви и чувствам, а Дибеллу так и вовсе интересовал больше сам процесс делания детей, а не плоды этого действа. И пусть никто не строил для Макоши величественных храмов и не проводил пышных богослужений, зато почти каждая женщина в Скайриме возносила ей мольбы за здоровье своих детей, а каждый крестьянин, отработав день в поле, просил её об обильном урожае.
Так, одновременно занимаясь своими обычными делами, к которым прибавились ещё и распространение культа Макоши, проходили года. Отправился в своё путешествие Хельги, а за ним и Флоки, причём не в одиночку, а со всеми своими подчинёнными, с которыми был зачат почти в один и тот же день. Континентальные владения клана постепенно всё больше и больше богатели, и пусть о дальнейшем расширении можно было только мечтать, зато имеющиеся деревни не только обеспечивали все потребности Зала Титанов, но и позволяли живущих на моих землях крестьянам жить на порядок лучше, чем их соседи.
Развивался и Солтсхейм, став новым местом жительства для большинства безземельных крестьянских детей и просто авантюристов, любящих пошляться по малозаселённым пустошам в поисках сокровищ и приключений. Помимо Вороньей Скалы на землях острова на момент 198 г. 4Э прекрасно себя чувствовали шесть больших деревень, которые частично перекрывали потребности жителей города в зерне и прочих овощах. Сама же Воронья Скала не только постепенно всё больше и больше наращивала объёмы производства металлов, но и постепенно переходила с продажи сырья, на продажу и производство готовых инструментов, которые, при значительно меньшей массе и размере приносили намного большие прибыли. На полную заработала и эбонитовая шахта, выдавая, теперь, достаточный объём руды, чтобы начать полноценную торговлю этим редким и ценным металлом.
В связи с расцветом ранее никому не нужного острова, кое-кто попытался оспорить мои права собственности на него, но вполне официальная бумага, с множеством подписей и печатей сделали любые попытки отобрать моё имущество невозможным. Впрочем, часть Солтсхейма действительно мне не принадлежала, и была уже много лет выставлена на продажу, а если конкретней, то его северная часть, где из всех достопримечательностей только горы и пещеры, набитые дикими ръеклингами, которые убивали и жрали любого неосторожного путника, посмевшего приблизиться к их владениям.
Мои же ръеклинги всё больше и больше напоминали вполне себе цивилизованных людей, научившись у других поселенцев как обрабатывать землю, добывать и ковать металл, и всё это за несколько лет. Чувствую, к концу моей жизни по всей Империи распространится новая раса, входящая в её состав, к худу это, или к добру, покажет только время.
Однако, во всём остальном мире жизнь продолжала идти своим чередом, не особо оглядываясь на мои успехи, и успехи моего клана. Так, например, с разницей в пару месяцев умерло два весьма значимых для всего Скайрима человека: Верховный Король Истлод, оставив вместо себя своего младшего и единственного сына Торуга, и ярл Виндхельма Хог Буревестник, оставив после себя только двух малолетних дочерей. В связи с тем, что такой крупный город как Виндхельм остался без ярла, Императором было принято решение амнистировать Ульфрика Буревестника и выпустить его из тюрьмы раньше срока. По слухам, которые до меня доходили, Ульфрик, в отличии от отца оказался ужасным управленцем, недальновидным правителем и отвратительным дипломатом, чуть ли не в первый день после прибытия домой, он сумел разругаться с половиной кланов владения, оскорбить пару десятков торговцев, причаливших в порту его города, и как вишенка на торте, начать продвигать идею возвращения поклонения Талосу на официальном уровне. На случай если Ульфрик, как и в известных мне из серии игр событиях, развяжет гражданскую войну, я смахнул пыль с Короны Зимы и своего любимого комплекта доспехов.
Остальные провинции Империи также продолжали жить своей жизнью, так в Морровинде, наконец, закончился раздел земель, ставших пригодными для жизни после затухания Красной Горы. Большую часть территорий
