их спрятанными по всему Хогвартсу в местах, в которых скорее всего окажусь, просто на всякий случай, если я каким-то образом окажусь захвачена врасплох без моей палочки.
Палочку Амбридж я хранить не стала. Она являлась изобличающей уликой, и скорее всего привела бы меня в Азкабан или куда похуже.
Я бросила её на месте преступления, рядом с её телом, предварительно протерев. Я считала, что волшебники не знают, как снимать отпечатки пальцев, но рисковать не могла.
Меня похлопали по плечу.
Обернувшись, я увидела юного волшебника. Он таращился на меня. Я напряглась, но тут же ощутила руку Снейпа на плече.
― Вы мисс Эберт? — спросил он.
В мозгу пронеслось изображение того, как он сует мне нож в живот; я положила руку на палочку и отступила.
― Да.
― Героиня Хогвартса? — спросил он.
Ухмылялся он как маньяк.
― Я себя так не называю, — осторожно ответила я.
― Хотел поблагодарить вас, — сказал он. — Я встречаюсь с тамошней семикурсницей, Грейси Хокинс... она сказала, что вы спасли ей жизнь.
Он был молод; учился ли он в Хогвартсе в прошлом году? Не могла вспомнить. В любом случае, семнадцатилетие считалось возрастом совершеннолетия в волшебном мире. Тем не менее, свидания с школьницей казались мне немного сомнительными.
― Грейси — отличная девушка, — ответила я. — Я многому у неё научилась.
― Удивлён, что она вообще согласилась проводить с вами время, мистер Брукс, — произнёс Снейп. — Насколько я припоминаю, Грейси была единственной причиной, по которой вы вообще сумели выпуститься в прошлом году, и она была шестикурсницей.
Брукс покраснел и уставился в пол. Несомненно, Снейп нервировал его практически так же, как и некоторых первогодок.
― Всё, что я хотел, чтобы вы знали — есть люди, готовые поддержать вас, — произнёс он. Подался вперёд. — Не все в нашем мире мудаки.
― Говорите за себя, мистер Брукс, — изрёк Снейп. — И не забывайте, что несмотря на все её достижения, мисс Эберт всё ещё ребёнок.
Я позволила себе ухмылочку в его адрес, и Брукс покраснел.
В отличие от большинства людей, он выглядел не таким уж и устрашённым. Может, из-за того, что в моей улыбке были какие-то зачатки искренности.
Мы развернулись и больше не разговаривали, хотя я поймала на себе взгляды нескольких человек из очереди. Моя фотография достаточно часто появлялась в газете, так что я теперь была своего рода несовершеннолетней знаменитостью.
Обследование меня и Снейпа детектором темномагических вещей заняло много времени. Я не хотела отдавать свою палочку; такой момент стал бы идеальным временем для моего захвата, в конце концов. Хотя всё равно пришлось отдать, и она оказалась взвешена и возвращена мне.
Я последовала за Снейпом к лифтам; теперь в них были лифтёры; очевидно, для некоторых волшебников было слишком сложно управляться с лифтом. Словно бы и не были лифты изобретены задолго до того, как родилось большинство из них.
― Вы, кажется, знакомы с этим местом, — заметил Снейп.
― Меня протащили здесь, перед тем как кинуть в тюремную камеру, — отозвалась я.
Лифтёр посмотрел на меня странно, и я ухмыльнулась ему.
― Надеюсь, это не тот опыт, который вам жаждется повторить, — сказал Снейп.
― Думаю, поймать меня в этот раз будет немного труднее, — ответила я.
Может, мне следует разместить в местной системе вентиляции некоторые из палочек Пожирателей Смерти; если меня когда-либо снова схватят, я смогу призвать палочку и сбежать, за исключением случая, когда Дамблдор снова применит чары фиделиуса.
В конце концов, предварительная подготовка — лучшая форма обороны.
Мы проследовали к кабинету Министра.
На мгновение мне стало интересно, не выдадут ли меня портреты котов на стенах, но когда два охранника снаружи впустили нас внутрь, я увидела, что со стен всё было убрано, из-за чего обстановка в комнате стала по-спартански простой: остались только стол и камин.
В углах комнаты находились охранники, пристально наблюдающие за мной и Снейпом с подозрением в глазах. У них был точно такой же вид, как и у охранников на входе, за исключением того, что они выглядели ещё более опасными.
Несомненно, в Министерстве восприняли всерьёз убийства двух министров.
Амелия Боунс была непривлекательной женщиной. Квадратная челюсть и коротко стриженные седые волосы. Монокль в глазу. Она сидела за столом, покрытым кипой бумаг; у Амбридж не было и десятой доли от их количества.
― Мисс Эберт, — произнесла она, подняв глаза.
Я выпрямилась.
Эта женщина, пожалуй, действительно сможет улучшить жизнь маглорожденных; моя обычная тактика — раздражать и сердить чиновников Министерства, пока они не потеряют самообладание, здесь не сработает.
― Министр Боунс, — уважительно произнесла я, кивая.
Она удивлённо посмотрела на Снейпа; очевидно, от меня ожидали чего-то иного. У меня что, появилась репутация в Министерстве?
― Вы оказали услугу стране, — сказала она. — Предотвратили зверскую расправу и защитили нашу величайшую ценность — следующее поколение.
Я пристально посмотрела на неё, нахмурилась.
Пыталась ли она для чего-то меня умаслить?
― Что вы знаете об Ордене Мерлина? — спросила она.
Пожав плечами, я ответила:
― Не слишком много. Я выросла не здесь, и орден не упоминался на уроках изучения волшебников.
― Изначально он был создан Мерлином для продвижения законов и обычаев, идущих на пользу и маглам, и защищающам их. Со временем награды изменились и стали выдаваться в знак признания выдающихся достижений волшебников.
― Почему мы об этом говорим? — подозрительно спросила я.
― Я собираюсь выдвинуть вас на получение Ордена Мерлина первой степени, — объяснила она. — У такого решения есть преимущество того, что оно полностью заслуженно и при этом станет пощёчиной определённым членам нашего общества, которые цепляются за... устаревшие взгляды.
― Вы ожидаете нападения Пожирателей Смерти на церемонию, — произнесла я. — И хотите меня использовать как приманку.
― Неужели вас это беспокоит? — спросила она. — Принимая во внимание, что предложение искреннее. Награждение приведёт террористов в ярость, но они и так уже хотят вашей смерти. Вы станете самой юной обладательницей ордена в истории.
Норвел Твонк, чей портрет я использовала для
