что же тут происходит?!
– Грядет эра хоббитов! Кухня наша! Бей, Хоббитания!
– Ого, да тут, оказывается, еще и политика замешана… Серьезный случай, клиника, нужен доктор! – крикнул агент 013. Новая волна нападающих едва не накрыла нас с головой…
Но счастье всегда стоит на стороне героических суперагентов. В столовую вбежал шеф с дежурным врачом, возглавлявшим с десяток санитаров со шприцами наперевес.
– Колите их всех, не жалейте транквилизаторов! Все равно это старые запасы, через неделю срок годности истекает. Нам повезло, что мы успеем их применить, заодно и руку набьете.
Санитары, похоже, были из новеньких и возились долго. Хоббиты защищались, как полярные медведи, но в конце концов полегли все…
Шеф, лихо сдвинув набекрень знаменитый красный колпак, подошел к нам, излучая благодушное спокойствие:
– Вчера я несколько удивился, когда хоббиты пришли ко мне целой делегацией и подали огромный список своих требований, который я должен был, видите ли, подписать. Они требовали отмены всех процедур в больнице, выдачи каждому по Кольцу Всевластья, свободного пропуска в Мордовскую зону, два десятка орков на отстрел плюс мифриловые бронежилеты. Кроме того, им понадобились слуги-китайцы, индийский чай в мешках и африканские слоны!
– Вэк… Слоны-то зачем?
– Не знаю, милочка, наверное, на котлеты… И главное, еще пятьдесят процентов акций нашей Базы, которых и в проекте никогда не было. Мы же не коммерческое предприятие, в самом деле! Ну и десяток других, не менее нелепых, требований…
Я с сочувствием глядела, как надевают смирительные рубашки на усыпленных хоббитов. Теперь они казались такими маленькими и беззащитными, словно не с ними мы только что валялись в рукопашной…
– А когда я вежливо сказал, что рассмотрю список на досуге, они взъярились, заявив, что их тут все обманывают и за людей не считают, в смысле за полноправных граждан. Дескать, терпеть такое больше не намерены, на днях узнали правду и готовы отстаивать свои права с оружием в руках. «Мы только с виду такие тихие и безответные, а на самом деле мы жестокие и отважные воители!» – вещали они. Представляете?
В общем, шеф дал задание секретарю через свои каналы выяснить, в чем дело. Оказалось, что коротышки достали из секретных архивов Базы распечатку двухтомника «Кольцо тьмы». А там, знаете ли, ТАКИЕ хоббиты – рубят всех без предисловий и опасны, как трезвые назгулы у косметолога. Не дай бог переборщить с белилами или румянами…
Так вот, начитавшись, парни огребли кучу комплексов и решили повторить славные подвиги предков. Черт, оказывается, не все книги одинаково полезны…
Оставшееся до вечера время прошло без эксцессов. Я навещала в стационаре Боббера и других, но к кровати Федора подходить опасалась – его болезнь лечению не поддавалась, протекая скачкообразно, и от него можно было ждать любых поворотов. На следующий день с утра мы, как всегда, засели в библиотеке за изучение материалов нового дела.
– Хм, не густо они накопали, – недовольно буркнула я, пролистав содержание тонкой папочки.
– Это типичная черта ученых – скрывать информацию, – откликнулся Алекс. Он был занят изучением геральдики ордена, никак не мог определиться, кем же ему быть: местным тевтонцем или заезжим тамплиером.
– А может быть, там поселилось нечто настолько таинственное, что даже исследования агентов-ученых ничего не дали? Ведь дело Попрыгунчика скорее было их неудачей, чем закономерностью.
– Да, деточка, скальпировать Лонгфелло тебе все-таки не позволили, – поправив очки, изрек Профессор. – Не будем гадать, займемся насущными проблемами. Итак, выношу на ваше обсуждение первоначальный план действий, документы, легенды, костюмы и антураж. Я изображаю кота…
Как уже было сказано, нам предстояло отправиться в Польшу четырнадцатого века, а точнее, в Мальборк – замок-резиденцию великих магистров ордена Госпиталя Пресвятой Девы Марии Дома Немецкого в Иерусалиме. То бишь Тевтонского ордена крестоносцев. Здоровенный такой замок, их тогдашняя столица.
Дела тевтонцев процветали, более того – это был рассвет могущества ордена. Сила, власть, богатство, обширные земли – все, что можно было взять мечом, они брали. Всадники с крестом на щите отбрасывали страшную тень, и кровь невинных всегда отмечала их след. До Грюнвальда оставалось еще лет пятьдесят, когда поляки, литовцы, русские и татары раз и навсегда сломают хребет тевтонскому рыцарству…
Но это все в будущем, а сейчас нас интересовало другое. Таинственные смерти в хорошо укрепленном, многоуровневом замке уносили из стройных белых рядов тех, кто стоял во главе организации. Исторический процесс должен идти своим путем, достаточно того, что в это так или иначе вмешиваемся мы. Если еще и монстры начнут вносить свои коррективы…
Итак, сначала погиб орденский казначей, спустя два дня верховный маршал, через неделю главный госпитальер и еще один заезжий комтур из провинции.
Конечно, их тут же заменили «временно» исполняющими обязанности до созыва совета, но, как вы понимаете, это не выход…
– Братья подозревают друг друга и хотят до общего сбора найти заговорщиков. Ибо существует опасность ненароком избрать тех, которые как раз и расчищали себе дорогу на эти хлебные должности, – сообщил кот. – Даже великий магистр, или гроссмейстер Тевтонского ордена, всерьез боится, что вскоре доберутся и до него.
– А мне их совсем не жалко, как явствует из истории, это всего лишь банда высокомерных, жестоких, беспощадных завоевателей! Это неведомое существо-убийца только быстрее выгонит их из Мальборка, и Польше не надо будет терпеть унижения несколько лишних десятилетий.
Командор удивленно посмотрел на меня, позволив себе осуждающую улыбку:
– Милая, обычно тебе вроде не свойственна такая жестокость, ты ведь жалеешь всех без разбора. Крестоносцы – тоже люди, мы уж не говорим о гибнущих ученых…
Я показала ему язык и надулась. Меня здесь редко понимают и вечно выставляют в дурацком свете. Но я же добрая, я все всем прощаю… пока не придумаю, как отомстить! И ведь придумаю, не сомневайтесь…
Уже вечером заглянула в оранжерею полюбоваться на распустившиеся пионы-убийцы (с ядовитым ароматом, поэтому держали их в специальных стеклянных саркофагах), а на обратном пути встретила Стива. Судя по всему, он специально поджидал меня, горя желанием поговорить наедине. Вид у него
