— Это не мало, — вздохнула Веся, бережно стирая со щек ученицы слезинки, — это очень важно, понять горе другого и сделать всё, чтобы помочь. Но я не стану давать тебе советов, Мила, кроме одного-единственного, — не торопись принимать решение. У меня был очень надежный друг, и я уже подумывала, как однажды возьму его браслет… а потом встретила Деста. И теперь каждый день говорю спасибо светлым духам за эту встречу. И боюсь даже подумать, как бы я жила, если бы поторопилась.
— Я и не спешу… — едва успела выговорить Мелания, как из цветов вывалился Берест, сцапал в охапку свое счастье и замер, спрятав лицо в ее волосах.
Ученица тихо пискнула и спешно удрала из-за стола, поднырнув прямо под полог шатра.
— Мила! — догнал ее знакомый голос, и девчонка припустила прочь с удвоенной прытью. — Мила!
В несколько прыжков Дарс догнал видящую, поймал за рукав и резко развернул к себе лицом, чтоб тотчас, рыкнув с досадой, отпустить. В глазах девушки светился не просто страх, а почти ужас, и именно он словно ледяной водой окатил княжича.
— Мила, — горько пробормотал Даренс последний раз, — ну вот отчего ты меня так боишься? Я тебя хоть раз обидел? Хоть однажды слово грубое сказал? Ну припомни? А теперь всего-то хотел поговорить, всё прояснить!
— Нет… — пряча взгляд, несчастно прошептала девушка, — нам просто не о чем беседовать! Я не хотела за тебя замуж, поверь! Тетушка так решила, она всех пытается сделать счастливыми… и хотя Луидия думала о себе, но она была права, никогда я не буду с тобой счастлива, и ты со мной тоже. Так зачем ещё разговаривать? Если это так… тяжело?
— Думаешь, мне легко? — и в самом деле тяжко вздохнул Даренс. — Но я хотел рассказать тебе одну историю. Когда Веся… Эвеста познакомилась с Ардестом, она ведь тоже не знала, как к нему относится… и как он к ней. Я там был, точно знаю. Но они заключили договор… рассмотреть друг друга получше, а чтоб никто не вмешивался, Веся взяла у него браслет. А Дест дал ей обещание… не торопить ее и не спорить, если она вернет браслет. Вот я и подумал… Мила, давай и мы попробуем так сделать? Представь, что ничего не было, ни Серого гнезда, ни Луидии, мы с тобой только здесь, в Южине, познакомились. Вот тебе браслет и три месяца на размышления. За это время ты изучишь меня и решишь, нужен ли тебе такой слабый чародей. И если через три месяца ты захочешь вернуть браслет, я обещаю забрать его без единого слова… если причина будет веской. Ну, берешь?
— Почему-то мне кажется, что ты пытаешься меня обмануть, — недоверчиво вздохнула ястребица, с минуту посомневалась, и не подозревая, как сжимается сердце давнишнего друга от этой неуверенности. Затем лукаво усмехнулась каким-то тайным мыслям и протянула руку. — Но с одним условием: влиять на меня своим обаянием ты не станешь. Иначе я у Саргенса амулет попрошу.
— Обещаю, — серьезно закивал Даренс, спешно застегивая свой браслет на руке упрямой девчонки, и не догадывавшейся, сколько он этого самого обаяния на нее уже вылил, пока не сообразил, что на Милу оно совершенно не действует.
Как-то не так она поняла совет — не спешить, — тайком вздыхала куница, озадаченно глядя на браслет, сверкавший на запястье Милы. Так и хотелось отозвать в сторонку хитровато поблескивающего голубыми глазами блондина и допросить вместе с Берестом, какой из своих фокусов он провернул, чтоб так быстро уговорить девчонку. Но время, отведенное на отдых, уже закончилось, об этом чуть виновато сообщил Саргенс. Вернее, он сказал, что зараженные уже встали в очередь, но такие намеки Веся умела разгадывать ещё пять лет назад.
И через несколько минут уже привычная процедура полностью заняла все ее мысли и внимание. Бросить в зараженного крошку-фантома, три минуты следить, пока он не вольется в серое марево вражеского создания, затем посмотреть в списке Каси имя магистра и бросать фантома в следующего пациента, глядящего на нее неверящим взглядом.
И так час, другой, третий… четвертый. После того как маги убедились в безопасности Весиного метода, мужчины пропустили вперед зараженных чародеек, и теперь те рыдали в отдельной комнате, оплакивая пережитые волнения. Княжна давно сбилась со счета, и временами ей уже казалось, будто пациенты незаметно размножаются где-то там, в глубинах этого огромного дома, но она стряхивала с себя усталость или просила Бора добавить ей магии и снова бросала фантома. Теперь девушка была неимоверно благодарна магистрам, так ловко разделившим работу, которую она поначалу намеревалась делать в одиночку, но всё чаще поглядывала на дверь, когда та приоткрывалась, в попытке сосчитать оставшихся зараженных.
— Ещё семнадцать, — каким-то своим чутьем угадав ее мысли, пробормотал Саргенс, отпустив очередного освобожденного, и куница благодарно кивнула в ответ.
Семнадцать — это совсем немного, меньше часа, и значит, не стоит сейчас просить кружку отвара, о котором она мечтает уже невесть сколько, наверное, мороженое было слишком сладким. Лучше немного потерпеть, в походах приходилось терпеть и не такое. Зато теперь у нее есть занятие, можно считать оставшихся и знать, что вереница за дверью становится всё короче с каждым вошедшим в зал. Четырнадцать, одиннадцать, девять…
Пол под ногами дрогнул и с потолка посыпался невесть откуда взявшийся песок, когда в двери появился восьмой из оставшихся пациентов. Маги вмиг насторожились, замахали руками, выхватили откуда-то амулеты непривычного вида… и тут раздался низкий гул, похожий на рев неведомого, но огромного и грозного чудища, и через миг пол дернулся под ногами ещё раз, более ощутимо.
— Быстрее, — приказал Тирой, испытующе уставившись на целительницу, — сможешь вливать фантомов через минуту? Похоже, у него всё же была с ними связь, хотя я не могу понять как.
— Давайте сразу всех, — тотчас вспомнила свои тайные задумки княжна, — я как раз кое-что придумала.
— Но только поосторожнее! — Берест на миг схватился за рукоять кинжала и тотчас отпустил ее, фыркнув от досады. Какой толк от его кинжала, если тут куча магистров, умеющих одним взглядом зажигать огонь и метать молнии?
— Не волнуйся, — заверила Веся, всматриваясь в побледневших людей, торопливо входящих в зал, как она и думала, самых сильных: Савел, Кимох…
Ждать, пока они рассядутся на спешно поставленной помощниками простой скамье, целительница не стала, швырнула крошек сразу, и не по одной, а по пять в каждого. Не время думать о бережливости, когда шаман, почуявший, как стремительно уходят из-под его власти рабы, которых он собирал столько времени, решился на заготовленные на крайний случай пакости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
