— Сарг, Тирой, Савел, имя этого не помню, Кимох, Филитий… этих трех тоже не знаю, но все магистры. И куда же они помчались такой компанией?
— Веся! Они все магистры, ты сама говоришь! И потому намного сильнее тебя! Стало быть, там опасно, и тебе совершенно нечего делать!
— Любимый, ты сейчас всё сказал верно… но есть одно слово, которое целители понимают не так, как обычные люди! — печально промолвила куница, нежно глядя в глаза мужа.
— Какое это слово?! — мгновенно напрягся он, крепко обхватывая рукой талию жены и подвигаясь ближе к ней.
В том, что Весеника сказала чистую правду, у него не было ни малейшего сомнения.
— Опасно, — с грустной улыбкой ответила она. — Если где-то становится опасно и там есть люди, истинный целитель должен бежать в ту сторону, а не спасать свою шкуру.
— Но я тебя не пущу… — начал было княжич и сразу смолк под ее укоризненным взглядом.
Ну да, кому он это говорит? Ведь когда лодка уносила его в лапы к врагам, воины тоже пытались не пустить ее на заведомую погибель. И если бы не находчивость Веси, трупов на том поле под Турой было в десятки раз больше. Да и не в этом дело… можно, конечно, попытаться ее остановить. Но как потом им обоим жить, если эти самонадеянные безумцы погибнут, а жители Южина, да и все остальные собратья начнут смотреть на целительницу с немым вопросом, почему она сидела в сторонке? Или и того хуже, будут просто при виде неё прятать глаза?
— Тогда я с тобой, — твердо завершил Берест безмолвный разговор их взглядов, — всегда и везде.
— А я с тобой, — очень серьезно пообещала она и приказала: — Бор, быстро неси нас туда, где Саргенс.
Глава тридцатая
Сиреневый туман вмиг обволок их, теснее прижав друг к другу, и Дест немедля этим воспользовался, чтобы заключить жену в крепкие объятья и прильнуть к ее губам в нежном, примирительном поцелуе. Однако передвижение, ставшее таким привычным в цитадели, закончилось слишком быстро, или это Весе так показалось?
— А вы сюда зачем явились? — облил молодоженов негодованием голос Тироя, однако княжна и не подумала смущаться.
— Мы идем с вами.
— Нет! Здесь все — магистры! А ты недавняя ученица! — отрезал глава совета.
— Тирой, сейчас не время спорить и что-то доказывать. Хотя я могла бы рассказать, как упорно наставница учила меня всё время наблюдать, сравнивать, думать и делать выводы! И я давно их сделала, можешь не сомневаться! Вот стоит Берест, он не пропустит и малейшей лжи, скажи, достаточно моих умений и дара для получения звания магистра?
— Нет, — нехотя пробормотал помрачневший Тирой.
— А ведь ты солгал! — с изумлением рассматривая собственную жену так, словно никогда до сих пор не видел, объявил княжич. — И значит, вы прекрасно это знали! И в таком случае Веся была стократ права, идя сюда, и вы все это понимаете!
— А ещё мы осознаем, как тут опасно, — рыкнул Саргенс, — и какой редкий дар она сумела в себе взрастить! Ее беречь нужно… как особую ценность…
Он смолк под насмешливым взглядом Дикого Ястреба и обреченно махнул рукой, однако Тирой ещё не сдался.
— Ну и что вам тут делать без амулетов и оружия? — больше ничего сказать магистр не успел.
— Бор! Отнеси Тироя туда, где есть амулеты и оружие, и потом, когда он всё это прихватит, принесешь его обратно, — звонко приказала куница.
Сиреневый вихрь смел чародея гигантской метлой и стремительно унесся вдаль, заставив озадаченно присвистнуть кого-то из примолкших магов.
— Раз они так решили сами, — твердо сообщил Савел, — мы не имеем права спорить. Открывайте пока путь к источнику, у вас же теперь здесь четверо ворот?
Как вскоре поняла Веся, воротами маги громко называли маленькие и почему-то круглые чугунные дверки. Возможно, за их массивность и толщину, или за внушительные засовы и защитные знаки, густо покрывавшие всю поверхность.
За каждой дверкой располагался небольшой продолговатый зал, и если вид первого не привлекал ничем особенным, то на стенах второго княжна опытным взглядом лучницы рассмотрела сколы, трещины и подпалины. Значит, именно тут маги уничтожали вражеских фантомов, пришло к ней понимание, и Веся немедленно поделилась им с Дестом.
Сиреневый смерч доставил прямиком к хозяйке сердито шипевшего Тироя, однако несмотря на это возмущение, магистр не забыл ничего. Ни мужской одежды и маски для Веси, ни особого доспеха для Береста. Не забыл он и очки ночного видения, и защитные амулеты. А оружия и вовсе притащил на пятерых, куница даже едко осведомилась, не Бора ли маг рассчитывал вооружать тремя арбалетами сразу?
Впрочем, ничего из оставшегося лишним магистры не бросили, быстро рассовали по карманам и поясам и, особым способом заперев входную дверь, приступили к осторожному снятию замков и засовов с очередных ворот.
Однако и за третьей дверью ни одного вражеского созданья не обнаружилось, и маги, и без того необычно сосредоточенные и хмурые, помрачнели ещё сильнее. Сначала княжна не поняла отчего, но тут Берест озабоченно пробормотал у нее над ухом, как не нравится ему свет этих знаков. Куница перевела взгляд на последние ворота и мысленно ахнула, обнаружив, что покрывающие их руны светятся тусклым, багровым, как жар, светом.
— Источник куда-то пропал, — оглянувшись на них, удрученно буркнул Саргенс, — потому знаки так и побледнели. Обычно они почти золотистые… а теперь еле держатся. Отойдите назад, попробуем открыть. Там последний зал, а за ним только узкий лаз к источнику… пока маги его проделали, потеряли несколько сильных магистров. Проклятый Канзай наставил оживающих ловушек.
— Это ещё что такое? — увлекая жену к третьим воротам, задал вопрос Берест, однако никто ему не ответил.
Все неотступно следили за открывающим ворота Кимохом. Смотрела туда и Веся, стараясь не упустить ни одной мелочи. А посмотреть было на что. Двое стоявших чуть поодаль магов держали концы прикреплённых к кованой ручке чугунной дверцы длинных крепких веревок, поблескивающих вплетенными серебряными нитями, остальные магистры навели на нее свои магические арбалеты, готовясь немедленно расстрелять любое враждебное существо или фантома. Сам Кимох замер рядом с дверцей, одной рукой осторожно крутя винты, а другую приподняв как для броска и явно готовясь швырнуть в ворота какое-то боевое заклинание.
— Отодвинься на полшага, — снимая с пояса арбалет, еле слышно попросила Веся пытавшегося заслонить ее собой мужа, — мне дверь не видно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
