и беспощадным. Орки ворвались в поместье как лавина из стали и ярости. Их магические доспехи легко выдерживали удары противника, а кровавое железо их оружия резало вражескую броню как бумагу.
Гиперион лично ворвался в главный дом, где барон пытался скрыться в подвале вместе с семьёй и сокровищами.
— Барон Освальд, — спокойно сказал он, спускаясь по каменным ступеням. — Время расплаты пришло.
— Я дворянин! — завизжал барон, толстый мужчина в дорогих одеждах. — У меня есть права! Вы не можете…
— Могу, — перебил его Гиперион и взмахнул мечом.
Голова барона покатилась по полу подвала. Его жена и дети, видевшие кошмарные сцены обращения с рабами, получили более милосердную смерть — быструю и без мучений.
Тем временем освобождённые рабы плантации получили оружие и с энтузиазмом принялись охотиться на своих бывших мучителей. Надсмотрщики, ещё час назад размахивавшие кнутами, теперь умоляли о пощаде, но не находили её.
— Сожгите дом и казармы, — приказал Гиперион. — Сокровища и припасы забрать с собой. Плантацию оставить рабам — пусть выращивают что хотят для себя.
Пламя охватило роскошный особняк барона. Дым поднимался к небу, видимый за многие мили — сигнал другим работорговцам о том, что возмездие пришло в их земли.
Третьей целью стал город Волчья Пасть, административный центр маркграфства. Здесь располагались главный рабский рынок, тюрьмы и резиденции местной знати. Гарнизон насчитывал около четырёхсот человек, но большинство из них были обычными стражниками, не готовыми к серьёзному сражению.
— Ультиматум простой, — объявил Гиперион, остановившись перед городскими воротами. — Откройте ворота, освободите всех рабов, выдайте работорговцев — и город будет цел. Отказ означает полное уничтожение.
Городской совет собрался на экстренное заседание. Старый бургомистр, торговец рабами со стажем, настаивал на сопротивлении. Но более молодые члены совета, видевшие дым от сожжённых поместий, склонялись к капитуляции.
— Этот безумец уничтожил армию маркграфа! — кричал молодой купец. — Он сжёг три баронских поместья! Что мы можем против него⁈
— Мы не можем просто сдать город! — возражал бургомистр. — Это позор!
— Позор лучше смерти, — резонно заметил другой торговец.
Спор длился несколько часов, но решение было принято, когда один из освобождённых рабов проник в город и открыл изнутри восточные ворота. Орки ворвались на улицы, не встречая серьёзного сопротивления.
Гиперион направился прямо к рабскому рынку — большой площади в центре города, где на деревянных помостах выставляли живой товар. Зрелище было отвратительным — сотни людей разных рас, закованных в кандалы, с глазами, потухшими от отчаяния.
— Граждане Волчьей Пасти! — громко объявил он, поднявшись на главный помост. — Рабство в этом городе отменяется! Все, кто находился в неволе, объявляются свободными!
Он провёл рукой по воздуху, и кандалы на сотнях рабов начали плавиться и спадать. Магия крови позволяла ему воздействовать на металл в больших масштабах.
— А все, кто торговал людьми, будут судимы! — продолжил он. — Освобождённые граждане, вы имеете право потребовать справедливого возмездия!
То, что произошло дальше, было настоящим народным судом. Освобождённые рабы опознавали своих бывших хозяев и торговцев. Некоторых судили публично, выясняя степень их вины. Самых жестоких казнили на месте, других приговорили к принудительным работам.
Бургомистр попытался скрыться в своём особняке, но группа бывших рабов выследила его. Они вытащили старика на площадь и зачитали длинный список его преступлений.
— Виновен в торговле детьми!
— Виновен в пытках и убийствах!
— Виновен в разделении семей!
Приговор был единогласным. Но казнь отложили — бургомистр должен был публично покаяться в своих грехах перед всем городом.
Гиперион наблюдал за происходящим с мрачным удовлетворением. Справедливость восторжествовала, пусть и в жестокой форме.
— Командир Грашак, — обратился он к орку, — займитесь складами и сокровищницами. Всё золото и ценности конфискуется в пользу освобождённых. Оружие и доспехи распределить между ополченцами.
— Слушаюсь! — рявкнул орк и направился выполнять приказ.
К вечеру весь город был под контролем армии Гипериона. Рабские рынки закрыли навсегда, тюрьмы открыли, работорговцев арестовали или казнили. В городе воцарился новый порядок.
Финальной целью похода стал замок Серого Волка — наследственная резиденция маркграфов Карстайл. Массивная крепость на скалистом утёсе считалась неприступной, но Гиперион не собирался брать её штурмом.
— У меня есть ключ от любого замка, — сказал он, подходя к массивным воротам.
Он приложил руку к металлу и сосредоточился. Кровавая магия проникла в структуру железа, разогревая его изнутри. Через несколько минут ворота начали плавиться, превращаясь в раскалённую лаву.
Защитники замка — наёмники и личная охрана покойного маркграфа — попытались организовать оборону, но против орков в магических доспехах у них не было шансов. Битва за замок продолжалась всего час.
В тронном зале Гиперион нашёл старшего сына маркграфа — юношу лет двадцати, который дрожал от страха за огромным дубовым столом.
— Ты Эдмунд Карстайл? — спросил он.
— Д-да, — заикаясь, ответил молодой человек. — Я… я не участвовал в планах отца! Я против рабства!
— Неправда, — спокойно возразил Гиперион. — Мои шпионы докладывали, что именно ты предложил идею «проучить сумасшедшую графиню». Ты хотел лично присутствовать при её казни.
Лицо юноши побледнело. Он понял, что отрицание бесполезно.
— Что… что вы со мной сделаете? — прошептал он.
— То же, что твой отец хотел сделать с моими людьми, — ответил Гиперион и взмахнул мечом.
В замке были обнаружены обширные подземелья, где содержались сотни рабов в ужасающих условиях. Многие из них были на грани смерти от истощения и болезней. Гиперион лично спустился в темницы, чтобы освободить узников.
— Вы свободны, — сказал он, расплавляя цепи и кандалы. — Кошмар закончился.
Некоторые рабы были настолько измучены, что не могли поверить в происходящее. Они падали на колени, благодаря своего освободителя. Другие плакали от радости или просто стояли в оцепенении.
— Всех раненых и больных доставить в лазарет, — приказал Гиперион орочьим медикам. — Остальным выдать еду, одежду и небольшую сумму денег на первое время. Кто хочет вернуться домой — обеспечить транспортом. Кто хочет остаться — найти работу.
Сокровищница замка оказалась полна золота, драгоценностей и произведений искусства. Большую часть богатств Гиперион приказал распределить между освобождёнными рабами в качестве
