не понимаете в конструкции этого корабля и обязательно устроите катастрофу, если попытаетесь ее предотвратить. Если вы не сможете поклясться так, чтобы я вам поверила, я посажу на переднее сиденье Морин. Но мне кажется, что Морин не очень интересно, как управляют этим кораблем, а вам интересно.
— Вы правы, Хильда, — согласилась Морин. — Я учусь на медсестру. Потом стану врачом. Потом омолодителем. Если позволят способности. А пока что я беременна. Смешно, правда, Теодор? Стоит нам встретиться в самых благоприятных обстоятельствах, как я оказываюсь беременна. И на этот раз Вуди не сможет ничего испортить. — Она удовлетворенно усмехнулась. — С меня причитается, сержант Бронсон.
— Лазарус, вы хотите на переднее место? Или вы хотите удалиться с Морин в пристройку и удостоить ее того, чего она явно хочет?
— О, я могу подождать, — быстро сказала Морин.
— Господи, какой трудный выбор! Морин, погодим немного, а? Я в самом деле хотел бы увидеть, на что способен этот корабль.
— Я тоже хочу смотреть, Теодор. Но я бы тебе не отказала.
— Прошу замолчать. Джейкоб, ты не поменяешься местами с Лазарусом? Доложите оба, когда пристегнетесь для маневрирования.
— На семь «g», — добавил я.
— Пристегнулся. Эй, мы же проходим над Парком!
— Точно, — подтвердил я.
— Ремни затянуты. У Морин тоже.
— Первый пилот, берите управление. Маневрируйте по усмотрению.
— Есть, капитан, — ответил я. — АЯ ПЛУТИШКА, КЛИНИКА, выполняй. АЯ, ПРЫГ! АЯ, ПРЫГ! Веселее, девочка! Скорость ноль семь звуковой… ноль девять… одна и две десятых… две звуковых… три… четыре… правый вираж, курс на Парк. Входи в пике. Умница. Пять звуковых… шесть… семь…
— О Господи! — простонал Лазарус.
— АЯ, ПРЫГ! Что-то неладно, Лазарус? Ая, выдвигай крылья.
— Мы чуть не врезались в землю!
— По-моему, нет. АЯ ПЛУТИШКА, КЛИНИКА, выполняй. АЯ, ПРЫГ!
— Нас ждали на крыше!
— Кто? Каким образом? Может, у вас есть какое-нибудь радио, которое работает быстрее скорости света? — И я добавил: — АЯ, ПРЫГ! Умница, хочешь потанцевать в воздухе? Ая замечательно танцует и знает всякие штучки. Выберешь по своему вкусу, Ая?
— Дора научила меня сюите из «Щелкунчика», и я разучиваю танец Феи Драже. Но я еще не готова его исполнить.
— Давай «Голубой Дунай».
— Такое старье?
— Он у тебя хорошо получается. Хотя бы несколько тактов. Наша Умница любит, когда ее упрашивают. Она закладывала виражи, вертелась на месте и один раз даже прыгнула сама по себе, чтобы набрать высоту, и при этом не сбилась с ритма. Тем временем я вышел на связь и попросил Либби переговорить с Иштар.
— По альтернативному каналу, Либ.
Дити все поняла и закрыла люк в переборке, после чего в кабине продолжал звучать вальс Штрауса, а в кормовом отсеке шел секретный разговор по радио.
Когда Дити снова открыла люк, я, не отстегиваясь, ждал ее доклада.
— Можешь назвать мне цифру, астронавигатор? — У нас был условный код: «пятьдесят семь» означало пятьдесят семь секунд, а «пять-семь» — пятьдесят семь минут.
— Нет, Зебадия. Ноль. Немедленно.
— Понял. Лазарус, вы можете отсюда узнать свой дом в Парке?
— Конечно. Но мы оттуда быстро удаляемся.
— АЯ ПЛУТИШКА, КЛИНИКА, выполняй. АЯ, ПРЫГ! Где он сейчас, Лазарус?
— Практически под нами. Мне не видно.
Я перевел свою умницу в пике.
— Сможете меня навести?
— Да, нужно… Стойте! Там какой-то корабль — на том месте, где стоянка «Доры»! Какая наглость! Кто-нибудь мне за это заплатит. Неважно, что «Дора» далеко, это моя личная стоянка! Видите этот круглый корабль? Какой-то незваный гость! Мой дом — тот что побольше, с двойным атриумом с северной стороны.
— Ничего, если я приземлюсь рядом с незваным гостем?
— Ничего, только там не хватит места.
— Попробую. Закройте глаза.
Я нацелился вертикально на то место, которое Либ велела им освободить.
— В прицеле. Умница?
— Точно в кресте, хозяин.
— Новая программа, кодовое слово «Морин», говорю три раза.
— Слышу три раза.
Мы быстро снижались.
— МОРИН, выполняй! Умница, Ая. Открой дверцы.
Она открыла дверцы, но спросила:
— Если я такая умница, почему меня не пригласили тоже? Все Дора Лонг да Афина Лонг, а я что, второсортная?
Я только рот разинул от неожиданности. Меня спасли две наши любимые. Либби сказала:
— Ая, мы и не знали, что ты можешь на это обидеться.
А Дити добавила:
— Ая, или мы с тобой пойдем обе, или обе не пойдем. Обещаю.
Я поспешно скомандовал:
— Спать, Ая. Конец связи.
К нам толпой бежали люди.
— Буду спать. Конец связи, — ответила Ая как раз в тот момент, когда Лаз и Лор добежали до нас. Лазарус, не успев отстегнуться, воскликнул:
— Эй! Да это же «Дора»!
— Конечно, «Дора», приятель. А ты что думал? (По-моему, это была Лор.)
— Но как вы попали сюда раньше нас? Я-то знаю, что может этот корабль и чего не может — я сам его проектировал!
— Приятель, мы здесь уже три недели. Ты просто ничего не понимаешь в путешествиях во времени.
— Хм-м-м… Да, должно быть, так.
Разглядывать нашу машину было особенно некому: Тамара и Иштар пригласили на встречу только горсточку самых старших — не по возрасту, а старших в семействе. Нас встретили сама Иштар, уже больше не беременная, некий молодой человек по имени Галахад, та невероятная Тамара, точная копия Морин, хотя на нее и не похожая (но при этом все же похожая, и не просите меня объяснить, как это получается), и еще одна красавица, которой могла бы позавидовать Прекрасная Елена, но которая, видимо, и не догадывалась о своей красоте, — это была Гамадриада. Лазарус остался недоволен тем, что не увидел какого-то Айры, — его не оказалось дома.
Нас с Дити ненадолго оставили одних с двойняшками.
— Я пообещал прокатить вас обеих. Залезайте.
— Да нет, сейчас мы не можем…
— …Потому что начинается празднество в вашу честь…
— …И мы будем заняты. Завтра!
— Никаких «завтра» не будет. Заткнитесь, лезьте внутрь и пристегнитесь. Пошевеливайтесь!
Они пошевелились.
— Засеки время, — тихо сказал я Дити, пристегиваясь. — Ая Плутишка, подъем. — Она сыграла побудку. — Закрой дверцы.
— Правая задраена.
— Левая тоже. АЯ, ПРЫГ, АЯ, ПРЫГ, АЯ, ПРЫГ! ТУРМАН, выполняй. Лаз-Лор, можете на таком расстоянии узнать ваш дом? Высота около тридцати километров, идем на снижение.
— Не знаю…
— …По-моему, можем.
— АЯ, КЛИНИКА, выполняй. Теперь знаете, где мы?
— Да, это…
— АЯ, ТЕРМИТ.
— О!
— Мы здесь некоторое время жили. Тогда пристройки еще не было, приходилось выставлять вооруженную охрану, чтобы выйти пописать. Даже мне. Прелестное местечко, но опасное. АЯ, ДОМОЙ.
Я накренил ее носом вниз.
— А это наше постоян… Дити!
— Воронки нет, Зебадия. Точно так здесь все выглядело, когда мы с папой только арендовали это место.
