опричникам.
— Свет мой Аграфена Васильевна, а я к вам с дарами — Никита показывает разложенное на столе. — Уважьте верного слугу царского, примите! А то посылаю я к вам сваху, посылаю, а толку никакого. Вот, решил сам приехать, чтобы увидели вы меня, и поняли, что стоит ко мне приглядеться.
— Благодарю за дары, — вдова с опаской поглядывает на сидящих за столом опричников. — Только стоило ли утруждать себя столь долгой дорогой?
— Конечно стоило, Аграфена Васильевна, вы же без этого на моё предложение не соглашаетесь, — ухмыляется Никита. — Так что, станете моей женой?
— Мне нужно подумать, не могу же я так сразу ответ дать, — уклончиво отвечает вдова. — Давайте я лучше вам угощенья принесу, вы наверняка с дороги проголодались!
— И угощенья несите, и вино, а то наши чарки уже пустеют, — развязно требует Афанасий. — А ещё дочку свою зовите, говорят, нашлась недавно!
— Дочь моя ещё не выходила из опочивальни, хворает она, — пытается отговориться вдова.
— А мы подождём, пока выздоровеет, — хохочет Афанасий. — Так что в ваших интересах, чтобы она выздоравливала побыстрее!
— Так что, Аграфена Васильевна, когда мне ждать ответ на моё предложение? — Никита вопросительно приподнимает брови. — Любовь моя к вам не знает границ, так что я хотел бы, чтобы мы скорее поженились!
— Ответ дам через неделю, — отвечает перепуганная, но, тем не менее, не теряющая присутствия духа вдова, приказывает одному из слуг забрать Никитины подарки, а остальных слуг посылает за угощеньями.
— Так, я что-то не пойму, дочку нам покажут? — возмущается Афанасий, и остальные поддерживают его одобрительным гулом. — Не увидим дочку — не уйдём, так и будем гостить у вас до скончания веков!
— Хорошо, Василиса выйдет к вам, — сдаётся вдова. — Но лишь на минуточку, и снова вернётся в свою светлицу!
— Хоть одним глазком увидим, и уже хорошо, — мечтательно заводит глаза рыжеватый опричник.
Прозоровская ставит на стол принесённые слугами угощения, и отправляется за Алисой.
А я беру пример с опричников, и начинаю уплетать пряники, коврижки и сладкие пирожки — угощенья у вдовы наивкуснейшие!
Когда Алиса в сопровождении Аграфены Васильевны появляется на пороге, я даже сначала её не узнаю — одета в нежно-голубой сарафан, через плечо перекинута длинная коса, наверное, нарастила волосы специально для путешествия, глаза скромно опущены вниз. Испуганно жмётся к своей «маменьке», будто и в самом деле выросла в XIV веке и не привыкла общаться с парнями. Ну и актриса!
— Василиса, душа моя, не пугайся, поприветствуй гостей, — говорит вдова, и Алиса послушно одаривает нас глубоким поклоном.
Из образа при этом не выходит — глаза всё так же опущены, на лице смесь смирения, послушания и испуга.
— Пусть девица угостит нас вином! — нагло требует Афанасий, и Алиса в страхе ещё плотнее прижимается к своей «маменьке».
— Василиса, доченька моя, не пугайся, эти люди не сделают тебе ничего плохого, — вдова приобнимает Алису за плечи. — Угости их вином, и вернёшься в свою светлицу.
Алиса-Василиса берёт из рук слуги кувшин, и, не поднимая глаз, обходит сидящих за столом опричников, восполняя содержимое их чаш. Наполняя чашу Никиты, успевает что-то тихонько ему сказать — наверное, договаривается о том, как нам встретиться и поговорить. Опорожнив кувшин, Алиса возвращает его слуге, вновь кланяется, и в сопровождении сенной девушки покидает столовую.
Да уж, вот у кого мне нужно поучиться поведению в XIV веке, так это у Алисы. Она явно не бездельничала на уроках по поведению девиц в былые времена!
— Какая чудесная у вас дочь, — Афанасий провожает Алису жадным взглядом своих тёмных глаз.
— Но вдовушка куда краше, — подмигивает Прозоровской Никита.
Бедная вдова заводит глаза от его дурацкого комплимента, да и мне хочется сквозь землю провалиться — послала же судьба такого мерзкого хамоватого «братца»!
После ухода «дочери» Прозоровской мы не засиживаемся — опричники быстро сметают принесённые вдовой угощенья, выпивают наполненные Алисой чарки, и по приказу Афанасия начинают собираться.
— Спасибо за хлеб за соль, — на прощанье Никита масляно улыбается вдове. — С нетерпением жду вашего решения, через неделю приеду, чтобы его услышать!
— И мы тоже приедем, — зловеще ухмыляется Афанасий. — Полюбуемся на красавицу Василису!
— Буду ждать вашего приезда, — криво улыбается вдова.
По её поведению видно, что защитить её от назойливых ухаживаний Никиты некому, и, скорее всего, ей придётся согласиться на его предложение.
— Вы поезжайте, а мы с братом вас догоним, — говорит Никита усевшимся на коней опричникам, и мы с ним возвращаемся во двор вдовы, где под вековым дубом нас уже дожидается Алиса, совершенно не похожая на ту скромную девицу, которая угощала опричников вином — глаза больше не опущены, во взгляде цепкость и сосредоточенность.
— Времени мало, поэтому говорить буду быстро, — Алиса тараторит как самая настоящая заучка, разве что очков не хватает на хорошеньком носике для завершения образа. — Шкатулка, с помощью которой я планирую отправиться назад, принадлежит царице, поэтому я примкну к девушкам из боярских родов, прислуживающим ей.
— А как мы назад отправимся? Ты выкрадешь эту шкатулку? — спрашиваю я.
— Посмотрим, возможно, — Алиса оглядывается на дверь. — Из-за вас одни проблемы, если бы я была одна, всё было бы куда проще! Достаточно было бы просто взять в руки шкатулку, и вернуться домой. А теперь ещё как-то нужно вас обратно переправить…
— А я тут при чём? Это всё Даша со своим возлюбленным путешественником-нелегалом! — оправдывается Никита.
— Вернёмся — со всеми вами разберутся, — строго обещает Алиса. — Ну всё, побежала я, а то маменька моя меня спохватится, проблем не оберусь. В ближайшее время буду работать над тем, чтобы добраться до царицы, а вы просто сидите тихо и не отсвечивайте. Хотя, какое тут не отсвечивайте, если ты, Никита, уже умудрился в опричнину вступить!
— Приспосабливаюсь как могу, — разводит руками Никита, мы прощаемся с Алисой-Василисой, и отправляемся к своим лошадям.
13. Жених вдовы Прозоровской
Как и предполагал Никита, вдова Прозоровская берёт паузу лишь для приличия — деваться ей некуда, и по истечению недели она соглашается на брак с хамоватым безродным опричником. Впрочем, страдает от вынужденного решения вдова недолго — Никита пускает в дело всё имеющееся у него обаяние, и вот уже Аграфена Васильевна считает дни и часы до того момента, когда станет женой своего дорогого Никитушки.
На правах жениха Никита может безнаказанно проводить время дома у Прозоровской, поэтому общение с Алисой больше не составляет для нас труда.
— Представляете, моя новая маменька совершенно не хочет со мной расставаться! — жалуется нам Алиса, пока вдова занята подготовкой к свадьбе. — Вот как я теперь доберусь
