Далримпл не принадлежал к числу искусных полководцев. Если, удобно расположившись у себя в кабинете, он еще мог найти иной раз верное решение или составить неплохой план, то, чтобы довести задуманное до логического завершения, у него обычно не хватало ни сил, ни решимости.
Когда опасавшегося даже своей тени Бёррарда сменил еще менее склонный к активным боевым действиям «пенсионер» Далримпл, британским офицерам всех уровней, от генерала до последнего лейтенанта, стало очевидно, что никакого преследования отступивших французов не будет. Оба генерала, и Далримпл, и Бёррард, были старше уважаемого в армии Артура Уэлльсли как по возрасту, так и по званию. Одним словом, у вчерашнего вимейрского триумфатора не было ни одного шанса добить французов.
Напрасно сэр Артур пытался убедить своих новых начальников, что если наступательная операция и была опасной, то имевшихся у союзников сил было вполне достаточно для ее успешного осуществления. В ответ сэр Хью Далримпл приводил свои доводы, что, якобы, по направлению движения лежит незнакомая местность, где все сильные позиции находятся в руках противника, что противник имеет подавляющее преимущество в кавалерии, которая может обойти с тыла, что слишком опасно отрываться от своих коммуникаций и т.д. и т.п. Короче, спорить с ним было бесполезно.
А тем временем, 22 августа в Торриш-Ведраше у французов состоялся военный совет, на котором присутствовали генералы Жюно, Делаборд, Луазон, Келлерманн, Тьебо, Тавиель и полковник Венсан. Что делать теперь? Пробиваться в Испанию невозможно. Все сообщения отрезаны. Англичане вот-вот получат новые подкрепления…
До Жюно дошла информация, что в устье реки Масейра скоро начнет высадку 10-тысячный корпус 47-летнего генерал-лейтенанта сэра Джона Мура. В действительности, этот корпус высадился 24-го и был готов к маршу на Лиссабон 30 августа.
Р. Вудвилл. Прибытие генерала Келлерманна в английский лагерь для заключения перемирияПереговоры с англичанами. Соглашение о перемирии
В этих экстремальных обстоятельствах Жюно решил пойти на хитрость. На следующий день после сражения при Вимейро, в полдень 22 августа, он послал неплохо владеющего английским языком генерала Франсуа-Этьенна Келлерманна (бывшего дипломата, работавшего 3 года в Соединенных Штатах Америки) парламентером в лагерь англичан.
Генерал Келлерманн в сопровождении адъютанта и трубача, с белым платком на конце сабли, предварительно по ошибке обстрелянный на аванпостах генерала Фейна, добрался, в конечном итоге, до британской штаб-квартиры. Там он потребовал срочной встречи с генералом Бёррардом, т.к. не знал о приезде сэра Далримпла.
Вскоре он был принят обоими этими чопорными сановниками в Масейре.
Прикинувшись ничего не понимающим по-английски и ведя переговоры на французском через предоставленного англичанами переводчика, не забывший своего дипломатического прошлого Келлерманн услышал много интересного и важного для хода переговоров. «Эта хитрость чрезвычайно пособила ему». (2, с. 82)
Он подслушал, как англичане совещались между собой и говорили, что их положение не слишком определенно. Он быстро понял, что в руководстве союзной армии царит полный разброд, и что генерал Мур с подкреплением еще не прибыл.
В тот же день, 22 августа 1808 г., Келлерман подписал с англичанами Соглашение о перемирии на очень выгодных для французов условиях. Самым главным в этом Соглашении было то, что французская армия, несмотря на свое незавидное положение, не признавалась военнопленной, а следовательно имела право на сохранение оружия и на эвакуацию на родину.
После этого генерал Келлерманн 23 августа встретился с Жюно в Монташике. Он рассказал своему главнокомандующему о положении дел в британском лагере. Для Жюно перемирие было весьма кстати. Прибывавшее противнику подкрепление удваивало его численность. Давать повторное сражение было слишком рискованно. Но нерешительность англичан была по меньшей мере странной. Почему бы не воспользоваться ей по полной программе?
Получив всю эту ценнейшую информацию, Жюно, до этого терзавшийся в сомнениях, воспрянул духом и проявил твердость. «Я требую у них не милости, — заявил он. — Если откажут мне в условиях, которых хочу для своей армии, я буду защищать Лиссабон, и они кровью заплатят мне за каждую улицу». (50, с.68)
Полный текст Соглашения о перемирии от 22 августа, подписанного Уэлльсли и Келлерманном, приводится ниже (42):
Соглашение о перемирии 22 августа 1808 года
Заключено между генерал-лейтенантом сэром Артуром Уэлльсли, с одной стороны, и дивизионным генералом Келлерманном, с другой стороны, уполномоченными генералами от британской и французской армий.
Штаб-квартира английской армии, 22 августа 1808 года.
1) Начиная с этой даты, устанавливается перемирие между армиями Ее величества королевы и императора Наполеона с целью согласования Конвенции об эвакуации французской армии.
2) Главнокомандующие обеими армиями и командующий британским флотом в устье Тежу назначат день, когда они соберутся в удобном для них месте, чтобы обсудить и подписать вышеназванную Конвенцию.
3) Река Сизандру станет демаркационной линией, установленной между двумя армиями; Торриш Ведраш не будет занят ни той, ни другой стороной.
4) Главнокомандующий английской армией обязуется включить в настоящее перемирие и португальские войска: для них демаркационная линия будет установлена между Лейрией и Томаром.
5) Предварительно установлено, что французские войска не будут считаться военнопленными; все они будут перевезены во Францию с их оружием, багажом и всей частной собственностью, которая будет им сохранена.
6) Никто, ни португальцы, ни представители других наций, союзных Франции, ни французы, не будут преследоваться по политическим мотивам; их собственность будет сохранена, и они будут свободны покинуть Португалию со всей их собственностью в обговоренное время.
7) Русскому флоту будет обеспечен нейтралитет порта Лиссабона: это значит, что, когда английская
армия и флот займут город и порт, вышеназванный русский флот не будет побеспокоен во время своего пребывания в порту, не будет остановлен, когда он решит отплыть, не будет преследоваться после отплытия до времени, обговоренного в морском законе.
8) Вся артиллерия французского калибра, равно как и лошади кавалерии, будут отправлены во Францию.
9) Настоящее перемирие может быть прекращено только после предварительного предупреждения за 48 часов.
Составлено и заключено между вышеуказанными генералами в день и год, указанные выше.
Сэр Артур Уэлльсли Келлерманн, дивизионный генералДополним лишь, что это Соглашение, кроме приведенных 9, имело и 1 дополнительную статью, согласно которой все французские гарнизоны должны были быть включены в Конвенцию об эвакуации французской армии при условии, что они не капитулировали до 25 августа.
Судьба русской эскадры
Как видим, статья 7 Соглашения о перемирии между французами и англичанами касается русского флота.
В августе 1808 г. английские войска подошли к Лиссабону. Англичане понимали, что русская «союзная Франции» эскадра на сдачу не пойдет и что предстоит кровавый бой. Поэтому английский адмирал Коттон вынужден был пойти на переговоры и 23 августа подписать с Сенявиным особую конвенцию. Согласно этой конвенции русская эскадра должна была отправиться в Англию и находиться там до заключения мира между Англией и Россией, после чего возвратиться в Россию. 31 августа 1808 г. эскадра Сенявина под русским флагом вышла из Лиссабона и 27 сентября 1808 г. прибыла на портсмутский рейд.
Забегая вперед, скажем, что возвратиться на родину русские моряки смогут лишь осенью 1809 г., а из всей «спасенной» Сенявиным эскадры еще через 4 года прибыли в Кронштадт только 2 корабля — «Сильный» и «Мощный».
В России ни царь Александр, ни его ближайшее окружение также не поняли и не оценили поведения Сенявина. В апреле 1811 г. он был назначен на второстепенную береговую должность начальника Ревельского порта, а когда же наступил грозный 1812 г., о нем даже не вспомнили. Тогда Сенявин сам подал царю просьбу об определении его вновь на службу. В ответ на это Александр I с издевкой написал на прошении: «Где? В каком роде службы? И каким образом?». (24, с. 352) В результате Сенявин не был принят даже в ополчение. Оскорбленный столь явным пренебрежением, адмирал подал прошение об отставке и в апреле 1813 г. был уволен со службы с половинной пенсией.
