Если так… Что делать Рюдзи, тому, кто вытащил её с того склона? Что Рюдзи, который хотел схватить её и вытащить в безопасное место, должен сделать?
Рюдзи неожиданно почувствовал, словно земля под ногами треснула и дрожит. Не услышь он истинные чувства Тайги в ту метель, наверно, он не заметил бы в ней никаких изменений… Рюдзи неожиданно понял смысл этого.
Рюдзи всегда казалось, что если он не знает истинных чувств Тайги, то ничего не должно измениться. И если он забудет о том, что знает, всё вернётся в норму.
На самом деле он не мог ошибаться сильнее.
Тайга снова и снова падала с обрыва и страдала. Но она всё равно упорно отказывалась звать на помощь, позволяя себе лишь упасть, скрыться и убежать. Вот что она собиралась сделать. Она оставляла Рюдзи на склоне, продолжая падать, чтобы уйти со сцены.
Тайга не заметила, что Рюдзи остановился, она продолжала идти дальше в морозную ночь. Её фигура, купающаяся в лунном свете, всё удалялась и удалялась, длинные волосы ритмично раскачивались в такт шагам. Сейчас руки и голос Рюдзи были невероятно далеки от неё. Тайга уходила одна, это был путь, который она сама выбрала.
Тогда что насчёт меня?
Тайга ошиблась, и Рюдзи услышал её истинные чувства. Если что-то случилось из-за её ошибки, кто должен нести ответственность? Будет ли всё хорошо, если я забуду об этом? Но… Но, но, но, но… Я не могу. Я не могу сделать это, Тайга. Рюдзи хотел сказать ей это. Он не мог просто смотреть, как Тайга уходит одна. Он не мог игнорировать её чувства. Даже если он действительно может забыть это, и действовать, словно ничего не случилось, Рюдзи не хотел этого. Он не хотел снова видеть, как Тайга ранит себя и отворачивается.
Рюдзи хотел спасти Тайгу.
Он, почти как Тайга, давил голос, зовущий на помощь. Желая держаться за кого-то, желая полагаться на кого-то, он заставлял себя идти. Потому что ему обязательно надо было через это пройти.
Что же до Тайги – она приняла всё, что свалилось на неё, продолжала очень стараться, хотя вся была в ранах, чтобы дотянуться до цели – «Рюдзи».
Рюдзи хотел спасти Тайгу, сколько бы раз ему ни пришлось бежать в метель, чтобы схватить её руку. Он хотел крепко держать её за руку, не давая снова пораниться или упасть. Он ни за что не хотел снова бросить Тайгу.
Рюдзи хотел, чтобы Тайга поняла это.
Тайга, прижимая волосы, которые трепал ветер, наконец заметила, что Рюдзи нет рядом, и обернулась, высматривая его. Ветер трепал её снежно-белое ангорское пальто, раздувал длинное платье. Глаза горели на её кукольном лице, вишнёвые губы шевельнулись, и Рюдзи услышал…
– Рюдзи! Что ты делаешь! Я думала, что ты рядом, а в результате сама с собой разговаривала!
Это Тайга Айсака.
Моя одноклассница, случайно оказавшаяся моей соседкой. Известная как Карманный Тигр, хрупкая, жестокая и эгоистичная дочь богатой семьи, ребёнок, брошенный родителями. Неуклюжая и ленивая, но вместе с тем слабая и нуждающаяся в заботе. И одинокая как бумажный самолётик, который летит неизвестно куда.
Она – Тайга Айсака.
– Тайга…
Рюдзи подумал про себя, Я хочу вцепиться в тебя обеими руками, чтобы спасти.
Я хочу передать тебе это удивительное, сияющее ощущение счастья – и неважно, что придётся для этого сделать.
Вот почему я не хочу ни забывать, ни продолжать притворяться, что я никогда не слышал твой голос. Я хочу всегда суметь услышать твои истинные чувства.
Глава 5
В День Святого Валентина, после занятий, Тайга позвала всех в пустую комнату в старом школьном здании – неиспользуемую клубную комнату. Она специально пришла в школу пораньше, без Минори, чтобы положить записки в шкафчики для обуви всех троих – Рюдзи, Минори и Китамуры.
Тайга также силой затащила в эту комнату сопротивляющуюся Ами. Обычная записка здесь была бесполезна.
– Хе, хе, хе, вам, ребята, не повезло встретиться со мной здесь.
Тайга продемонстрировала дьявольскую улыбку, закрывая дверь. Похоже, она очень стеснялась официально отблагодарить одноклассников.
– Встретиться? Это же ты затащила меня сюда…
– ГлупаяЧи, некогда сейчас говорить о таких пустяках! Китамуре-куну ещё надо в школьный совет, Минорин в клуб, у Рюдзи очень важная работа, так что нам надо провернуть всё побыстрее.
– Важная работа? Это ты о подработке?
Цк! Ами недовольно скрестила руки на груди, стоя в углу пустой комнаты. Она проигнорировала Минори, которая улыбнулась и сказала «Ну, тут нет ничего плохого». Даже когда к ней подошёл её друг детства, стараясь успокоить её, Ами отошла и повернулась к Китамуре спиной, держась от него поодаль. Тайга, не обращая на это внимания, продолжила…
– Хоть атмосфера и не очень хорошая, но всё-таки сегодня Валентинов день. Я приготовила шоколад, чтобы выразить всем вам свою признательность!
Затем она аккуратно вытащила из бумажного мешка четыре обёрнутые коробки.
– Ты сама это сделала? Тайга… Ты великолепна!
Минори, сидящая перед вставшей Тайгой, громко захлопала и погладила её по голове.
– Айсака сделала шоколад для меня… Эй! Даже есть его жалко.
Громко сказал радостный Китамура.
– …Разве это не тот шоколад, что вы продавали вчера? Никогда бы не подумала, что ты осмелишься так врать…
– Конечно, нет! Я взяла коробки, потому что они красивые, но там шоколад, что я сама переплавила! Хотя они похожи на донце чашки, но я сумела сделать отличные кружочки! Смотри! Тёмные мешки под глазами! Я полночи с этим возилась!
Тайга, отвечая на обвинение Ами, продемонстрировала свои мешки под глазами. Рюдзи знал, что Тайга на самом деле легла лишь в пять утра – он сам не мог заснуть, и всю ночь смотрел на свет в окнах Тайги.
– Должно быть, тебе опять Такасу-кун помогал.
– Нет, не помогал! Я и Рюдзи коробку подарю!
– Но у Такасу-куна тоже тёмные мешки под глазами.
– …Это мой обычный вид.
– Будто кто-нибудь тебе поверит! – тихо возразила Ами. Рюдзи сел рядом с Китамурой, но даже не счёл нужным вытереть толстый слой пыли со стула, лишь безразлично смотрел на счастливое лицо Тайги. Та расставляла коробки на столе. Она приготовилась и дальше получать раны и молчать.
Рюдзи неожиданно понял, что есть вещи, которые могут заставить людей чувствовать себя совершенно беспомощными, и «изменить чувства» кого-то другого – одна из них.
– Сперва – вот! Глупая Чи! Спасибо за вчерашнюю помощь!
– …Я тут не при чём, меня заманили под фальшивым предлогом.
Ами выглядела совсем не радостной, принимая шоколад.
– Следующая – Минорин! Спасибо, что спасла мне жизнь во время школьной поездки!
– Да о чём ты говоришь, дура. Конечно, я буду помогать тебе всем, чем могу. Если Тайга в опасности, я немедленно лечу на помощь!
– Минорин, я люблю тебя!
– И я тебя люблю! Ох, Тайга!
Тайга и Минори подержались за руки, подтверждая свои чувства. Затем…
– Рюдзи! Это для тебя, спасибо! Я нашла в интернете, как надо разогревать с водой! Ты должен съесть это вместе с Я-тян!
– Ох…
Рюдзи не мог смотреть в лицо Тайге, принимая шоколад. Он хотел улыбнуться в ответ, но почему-то в результате почесал нос, отчаянно стараясь скрыть своё выражение лица.
– Последний и самый главный, Китамура-кун! Тебе самая большая!
– Ох, ох!… Она действительно тяжёлая! Я правда рад! Но правильно ли давать мне больше всех?
– Конечно! Это же ты вытащил меня со склона, рискуя собой! Рюдзи мне всё рассказал! Ох, это так смущает! Я правда глупая! Какое у меня было выражение, когда я лежала в снегу? Белки глаз были видны? Или я лежала лицом в снег?
Речь Тайги стало ещё сложнее понимать, чем обычно, когда она попыталась замаскировать своё смущение. Но Минори удивлённо посмотрела на Рюдзи – похоже, слова Тайги оказались для неё сюрпризом. Китамура тоже это заметил, его улыбка застыла, взгляд расфокусировался. Рюдзи отчаянно пытался уйти от взгляда Минори.
О нет…
Хоть я и попросил Китамуру соврать Тайге, но Минори… Она всё поняла.
Тайга очень смущалась, вспоминая этот несчастный случай, цокала языком, закрывала глаза, хваталась за щёки в слабой попытке скрыть смущение.
– Ох! Не могу поверить, что я натворила такое! Ноги неожиданно провалились в снег, я покатилась, ударилась головой, в глазах всё побелело… Наверно, это и чувствуешь, когда падаешь в обморок. Похоже, хоть я и была без сознания, я разговаривала во сне. Я была просто в шоке, когда очнулась! Поверить не могу, что такое случилось.
– …И о чём же ты говорила в своём сне?
– Хм-м… Я не могу сказать, не могу! Даже Минорин! Я никогда никому не расскажу об этом! Не спрашивайте меня!
