Человек, или не человек, теперь уже было все равно, на слова не отреагировал, девчонка вернулась в машину в смятении чувств, и оставалось только вернуть ее домой и приставить толковых людей, что бы отслеживали ее перемещения. Почему-то Миронич был уверен, что неизвестный захочет встретиться с Александрой, хотя сама девчонка с яростной обидой отрицала даже саму такую возможность.
И тут еще, как по закону подлости, начался военный переворот, которого, теперь стало понятно, ждали «алмазные друзья», готовились к нему, но день и час начала все равно предсказать не смогли. В Город ввели войска, передвигаться по улицам, особенно центральным, стало очень и очень затруднительно с любым комплектом документов. Да еще и солдаты, ошалевшие от свободы и безнаказанности, частенько палили дел не по делу. Но к вечеру, когда приставленные к Александре люди сообщили, что она сидит в ресторане «Старый Город», Миронич сорвался из дома и поехал туда сам. И напрасно поспешил.
Как выяснилось чуть позже, в ресторане «сладкая парочка» пробыла минут десять, а то и меньше. Перед самым заказом и он, и она ушли в туалет, причем, каждый в соответствующее полу заведение. Наблюдатели Миронича не волновались. Запасной выход был далеко, туалеты окон не имели, а уж совсем на всякий случай весь уличный периметр ресторана просматривали дополнительно на это выделенные люди. И при этом Миронич появился к пустому столу. И опасный человек, и Александра исчезли. А вместо них, откуда ни возьмись, появились в «Старом городе» «алмазные друзья», тут же показав, что друзьями их и в самом деле можно называть только в кавычках.
Миронича так мордой об стол не возили с гимназических времен. Оказалось, что таким кретинам, как он вообще не место в безопаске, что никто не поручал ему отслеживать клиентов, а просили просто передать некие слова, что, лишившись яиц, Миронич дешево отделается, а мир и общество только выиграют, ибо незачем плодить кретинов, подобных ему. Пару раз во время этой выволочки прямо за ресторанным столиком с изысканнейшими напитками и закусками старший безопасник пытался взбрыкнуть и повозмущаться, но натыкался на ледяной взгляд офицера, передавшего вчера при встрече фотографию клиента, и униженно замолкал, понимая, что безмозглым ночным мотыльком он уже подлетел к пламени свечи и остается только ждать, когда, опалив крылышки, придется рухнуть в темноту вечности.
Итогом застольного разноса от «алмазных друзей» был категорический приказ: найти Александру любой ценой, перевернув весь город, не обращая внимания на военное положение, комендантский час и прочие мелкие бытовые неудобства. Не забыть при этом малую родину девушки, городки и деревеньки, где родились ее знакомые из художественного кафе, квартиры, дачи и места рождения многочисленных художников, кому позировала Александра.
Перестав в душе кипеть от гнева и унижения, Миронич прикинул свои реальные возможности, подсчитал и понял, что на исполнение такой задачи потребуется спецслужба какого-нибудь небольшого государства вроде Испании или Италии, со всей приданной ей полицией и национальной гвардией. Ну, и дополнительное финансирование в размере полугодового бюджета спецслужб обеих этих стран.
Куда ни кинь, везде вылезал Мироничу здоровенный клин. Поняв бесполезность споров и возмущений, он притих, скромно соглашаясь со всем, что продолжали говорить ему «алмазные друзья». Но, покинув ресторан, стал действовать самостоятельно, теперь только спасая собственную шкуру и более ни о чем не думая.
Конечно, что бы поднять нужную ему волну и создать видимость, он в этот же вечер перебаламутил всех сотрудников безопаски корпорации, своих полицейских и криминальных агентов и просто «друзей», заодно внушив и Самюэльсону, что тот может получить в полное и безраздельное пользование Александру, всего лишь самостоятельно поймав ее. Расчет был на то, что кинувшийся на поиски дилетант создаст огромное количество шума и пены, прикрывая собой действия других сотрудников и отвлекая внимание всех и вся от самого Миронича. Чуть позже, уже из дома, старший безопасник связался и с высокими чинами в полиции и даже в военной контрразведке, с кем был знаком просто шапочно, пытаясь направить и их на след беглецов.
Но все это была дымовая завеса. И оставалось только надеяться, что за недостатком времени его «алмазные друзья» поймут это, когда будет уже поздно. Раздавая многочисленные указания, принимая доклады и уточнения позиций, Миронич за вечер и начавшуюся ночь ухитрился раз пять выехать в разные концы Города, не обращая внимания на военное положение, объявленный комендантский час и начальное, в первый день, рвение по службе солдат и офицеров. И однажды все-таки нарвался на благоприятный момент, его машину обстреляли.
Пользуясь этим благоприятным, в чем-то случайным, а в чем-то и рукотворным моментом, Миронич машину поджог и незаметно для солдат патруля выбрался переулками с места происшествия. Время было уже позднее, комендантский час в разгаре, и Миронич справедливо рассчитал, что военные до утра не буду звать полицию, а может, и машину тушить не будут. Дальнейшее представляло собой элементарную задачку из учебника для начинающих контрразведчиков: есть сгоревшая ночью машина, нет тела, которое, может быть, отправили в морг, может быть, просто бросили в стороне от места происшествия. В морге сейчас неопознанных тел предостаточно, «алмазные друзья» все-таки не могут напрямую задействовать все силы полиции и контрразведки в стране на его опознание, поэтому на фору в три-четыре дня Миронич понадеялся.
Не заходя домой или хотя бы на одну из известных в безопаске корпорации, в полиции или друзьям-знакомым конспиративных квартир, Миронич добрался до никому неизвестного, оборудованного специально для такого случая убежища в подвале старинного дома в Гончарной слободке, выстроенного ни много, ни мало, а лет триста назад. В убежище были два выхода, кроме входа, недельный запас еды, водопровод, туалет и ванная, свет и газ, вообще, все тоже, что в обычной квартире, кроме окон. Здесь можно было просидеть безвылазно, наглухо задраив двери и неделю, а при разумной экономии — и гораздо дольше.
Конечно, Миронич мог попытаться под шумок прямо сегодня же исчезнуть из Города, для этого у него были готовы и запасные документы, и деньги, и несколько маршрутов отхода. Но он решил не торопиться, переждать, пока спадет служебное рвение у солдат и офицеров, из введенных в Город частей, у полицейских, возможно заинтересующихся судьбой водителя сгоревшей машины, и, наконец, у его «алмазных друзей», которые могут за пару-тройку дней, если и не найти, то как, минимум, напасть на след Александры и ее спутника. То, что эта сладкая парочка не расстанется, Миронич почему-то не сомневался. Как и не сомневался в том, что лично его жизнь «алмазным друзьям» не нужна вовсе. И искать его не прекратят никогда в этой жизни. Ничего личного, просто не повезло ему прикоснуться к высшим тайнам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
